АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ Свердловского областного суда от 20.04.2018 № 33-6781/2018

СВЕРДЛОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 20 апреля 2018 г. по делу N 33-6781/2018

Судья Хрущева О.В.

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:
председательствующего судьи Колесниковой О.Г.,
судей Ивановой Т.С., Федина К.А.,
при секретаре Б.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело
по иску А. к государственному унитарному предприятию Свердловской области «Фармация» о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания N 220 от 01.12.2017, взыскании компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе истца на решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 22.01.2018.
Заслушав доклад судьи Колесниковой О.Г., объяснения истца, поддержавшего доводы жалобы, судебная коллегия

установила:

А. обратился в суд с иском к ГУП СО «Фармация» (далее Предприятие, ответчик) об оспаривании законности привлечения к дисциплинарной ответственности, ссылаясь в обоснование на следующие обстоятельства.
С 10.02.2014 он работает на Предприятии по трудовому договору в должности юрисконсульта, приказом N 220 от 01.12.2017 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушение п. 3.8 должностной инструкции, п. 6.2 Правил внутреннего трудового распорядка Предприятия (далее Правила), п. п. 3.2, 6.1.1 трудового договора, выразившееся в невыполнении требований приказа N 1092-05 от 08.11.2017 о направлении в служебную командировку в г. Каменск-Уральский. Приказ о наложении дисциплинарного взыскания истец полагал незаконным, факт вмененного ему в вину дисциплинарного проступка отрицал, настаивая на том, что необходимость в направлении его в командировку у работодателя отсутствовала, а кроме того, исполнение поручений, перечисленных в командировочном задании, не входит в его обязанности в соответствии с должностной инструкцией. Истец полагал, что привлечение его к дисциплинарной ответственности является местью со стороны работодателя и стало следствием предпринятых им (истцом) действий по обнародованию информации о колоссальных убытках от деятельности руководства Предприятия и о готовившемся на Предприятии сокращении штата, а также действий по созданию Независимого профсоюза работников Предприятия. Указал на причинение ему морального вреда в связи с незаконным наложением дисциплинарного взыскания.
На основании изложенного, А. просил признать примененное к нему дисциплинарное взыскание в виде замечания незаконным и необоснованным, приказ N 220 от 01.12.2017 отменить, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 25000 руб.
Ответчик возражал против иска, настаивая на доказанности факта совершения истцом вмененного ему в вину дисциплинарного проступка, соблюдении порядка привлечения к дисциплинарной ответственности.
Решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 22.01.2018 в удовлетворении иска А. отказано.
С таким решением не согласился истец, который в апелляционной жалобе просит решение отменить и принять новое решение об удовлетворении иска, ссылаясь на несоответствие выводов суда установленным обстоятельствам и ненадлежащую оценку судом доказательств по делу. Так, суд проигнорировал буквальное содержание пунктов должностной инструкции, нарушение которых вменено в вину истцу и из которых следует, что сбор сведений о контрольно-кассовой технике (ККТ), с целью которого он был направлен в служебную командировку, не входит в его должностные обязанности. Также суд не дал оценки тому факту, что указанные сведения имелись в распоряжении бухгалтерии Предприятия. В тексте решения неверно указано наименование ответчика (ФГУП «Фармация» вместо правильного ГУП СО «Фармация»), что свидетельствует о халатном отношением суда к рассматриваемому спору. Также в судебном заседании апеллянт поставил вопрос о подлинности представленной ответчиком должностной инструкции юрисконсульта, просил истребовать у работодателя оригинал инструкции, однако данное ходатайство судом не разрешено, явным признакам фальсификации указанного документа надлежащей оценки не дано. Также суд не принял никаких мер по вызову и допросу в судебном заседании свидетелей, указанных истцом в письменном ходатайстве.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика Л. полагает решение суда законным и обоснованным, а доводы апеллянта — несостоятельными.
Ответчик, заблаговременно извещенный о месте и времени апелляционного рассмотрения дела с учетом положений ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п. 16 Постановления от 26.12.2017 N 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (путем размещения 22.03.2018 соответствующей информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда), в судебное заседание своего представителя не направил, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявил.
Судебная коллегия, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, определила о рассмотрении дела при данной явке.

Заслушав пояснения истца, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из этих доводов (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ), судебная коллегия приходит к следующему.
Судом установлено, следует из материалов дела, что стороны состояли в трудовых правоотношениях с 10.02.2014, истец был принят на работу на должность юрисконсульта юридического отдела, в последующем переведен на должность юрисконсульта 1 разряда юридического отдела, что подтверждается трудовым договором N 25 от 10.02.2014, дополнительным соглашением к трудовому договору N 1 от 07.04.2017, приказом о приеме на работу N 48-лс от 11.02.2014 (л. д. 39 — 42). На момент апелляционного рассмотрения дела, как следует из пояснений истца, трудовые отношения между сторонами прекращены, истец уволен по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.
Приказом N 220 от 01.12.2017 истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушение п. п. 3.3.3, 3.8 должностной инструкции юрисконсульта, п. 6.2 Правил и п. 3.2 трудового договора (л. д. 55 с оборотом). Как следует из содержания приказа, 08.11.2017 на основании служебных записок начальника управления информационных технологий С., начальника юридического отдела Я. был издан приказ N 1092-05 о направлении А. в служебную командировку в г. Каменск-Уральский Свердловской области для проведения подготовительной работы по регистрации ККТ в соответствии со служебным заданием сроком на один рабочий день — 10.11.2017. С приказом о направлении в командировку А. был ознакомлен 09.11.2017, в этот же день ему вручили командировочное удостоверение и служебное задание. Однако А. без уважительных причин в командировку не выехал, служебное задание не выполнил, отчет о командировке не предоставил, т.е. не исполнил приказ N 1092-05 от 08.11.2017.
Отказывая в удовлетворении иска А. о признании незаконным приказа N 220 от 01.12.2017 о наложении дисциплинарного взыскания, суд первой инстанции исходил из доказанности факта совершения истцом дисциплинарного проступка, вмененного ему в вину.
Судебная коллегия не может согласиться с таким выводом суда ввиду следующего.
В соответствии с ч. 1 ст. 189 Трудового кодекса РФ дисциплина труда — обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
Статья 21 Трудового кодекса РФ возлагает на работника, в числе прочих, обязанность соблюдать трудовую дисциплину.
Согласно ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель вправе применить дисциплинарное взыскание, в том числе, выговор.
Как разъяснено в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).
Таким образом, привлечение истца к дисциплинарной ответственности оспариваемым приказом могло быть признано судом правомерным только при доказанности факта виновного невыполнения истцом обязанностей, возложенных на него в соответствии с трудовым договором, однако данный факт своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашел, вопреки ошибочному выводу суда в решении об обратном.
Как следует из приказа N 1092-05 от 08.11.2017 о направлении истца в командировку, служебного задания и командировочного удостоверения, цель командировки — проведение подготовительной работы по регистрации ККТ в пяти аптеках, находящихся в г. Каменск-Уральский, а именно — сбор информации в отношении ККТ (наименование, модель, серийный номер, дата постановки на налоговый учет, дата окончания блока фискальной памяти, дата последнего планового обслуживания, номер и дата договора на плановое обслуживание) и предоставление указанной информации в письменном виде начальнику юридического отдела Я. не позднее 13.11.2017 (л. д. 72 — 74).
А. не отрицал факт отказа от служебной командировки 10.11.2017, но настаивал на том, что порученное ему директором Предприятия служебное задание выходило за рамки его трудовых обязанностей.
Указанные доводы истца, которые приводятся и в апелляционной жалобе, проверялись судом первой инстанции, однако были необоснованно отклонены.
В соответствии со ст. ст. 21, 22 Трудового кодекса РФ работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором, а работодатель обязан предоставлять работнику такую работу; работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.
В соответствии со ст. 166 Трудового кодекса РФ служебная командировка — поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы.
В соответствии с п. п. 3.2.1, 3.2.2 трудового договора, заключенного сторонами, истец должен выполнять обязанности, предусмотренные должностной инструкцией, подчиняться Правилам внутреннего трудового распорядка.
На Предприятии действуют Правила внутреннего трудового распорядка, утвержденные приказом директора N 101 от 28.03.2012 (л. д. 43 — 53). С Правилами А. ознакомлен при подписании трудового договора, о чем прямо указано в п. 3 трудового договора, истцом не отрицалось. Обязанность истца подчиняться Правилам отражена в п. 3.2 трудового договора.
Согласно п. 6.2 Правил внутреннего трудового распорядка Предприятия работник обязан: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, должностной инструкцией и иными документами, регламентирующими деятельность работника; качественно и своевременно выполнять поручения, распоряжения, задания и указания своего непосредственного руководителя.
Настаивая на том, что служебное задание, для выполнения которого истец был направлен в командировку, не выходило за рамки его должностных обязанностей, ответчик ссылался на п. 3.3.3 должностной инструкции юрисконсульта.
Согласно п. 3.3.3 должностной инструкции юрисконсульта от 01.04.2009, копия которой предоставлена ответчиком в материалы дела, в обязанности юрисконсульта входит ведение работы по регистрации ККТ, а именно: запрос регистрационного номера для регистрации ККТ в налоговой инспекции; подготовка документов (заявление, документы, требуемые налоговой инспекцией при регистрации ККТ, акт); сдача документов и получение регистрационной карточки на регистрируемую контрольно-кассовую машину; перерегистрация ККМ с одного адреса на другой; получение регистрационной карточки с внесенными изменениями (л. д. 37).
Между тем, судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы истца о недостоверности указанного письменного доказательства (должностной инструкции юрисконсульта), для проверки которых в порядке подготовки дела к апелляционному рассмотрению у ответчика был истребован для обозрения в судебном заседании оригинал должностной инструкции.
Так, должностная инструкция оформлена на двух листах, сведения об ознакомлении с инструкцией работников, в разное время занимавших на Предприятии должность юрисконсульта, содержатся на втором листе. Из должностной инструкции следует, что она утверждена директором Предприятия 01.04.2009, однако датой ознакомления с инструкцией первого юрисконсульта О. указано «23.01.2008», т.е. работник О. была ознакомлена с указанным локальным актом более чем за год до даты его утверждения работодателем. Логичных и убедительных объяснений указанному противоречию представитель ответчика не дал ни в суде первой инстанции, ни в отзыве на апелляционную жалобу истца. Судом данное противоречие при разрешении спора не устранено, соответствующие доводы истца оставлены без внимания.
Между тем, указанное противоречие, учитывая, что листы должностной инструкции юрисконсульта не прошиты и не скреплены печатью организации, подписи работников на первом листе инструкции отсутствуют, представленный ответчиком оригинал инструкции содержит следы неоднократных проколов степлером, позволяет усомниться в достоверности содержания первого листа инструкции, в то время как пункт 3.3.3, нарушение которого вменено в вину истцу оспариваемым приказом N 220 от 01.12.2017, размещен именно на первом листе.
Кроме того, даже если исходить из достоверности представленной ответчиком должностной инструкции юрисконсульта, то пункт 3.3.3, подробно регламентирующий работу юрисконсульта по регистрации ККТ, не содержит в себе обязанностей, выполнение которых было поручено А. приказом N 1092-05 от 08.11.2017 о направлении в служебную командировку.
Таким образом, поскольку ни трудовой договор между сторонами, ни представленная ответчиком должностная инструкция юрисконсульта (которая, к тому же, по изложенным выше мотивам не может быть признана достоверным и надлежащим доказательством), ни иные локальные акты Предприятия не предусматривают возложение на истца обязанностей, перечень которых приведен в приказе N 1092-05 от 08.11.2017 о направлении в служебную командировку, служебном задании и командировочном удостоверении (доказательств обратного суду не представлено), судебная коллегия приходит к выводу, что работодатель, издавая указанный приказ о направлении А. в служебную командировку, возложил на него выполнение работы, не обусловленной трудовым договором.
Статья 60 Трудового кодекса РФ устанавливает запрет требовать от работника выполнения работы, не обусловленной трудовым договором, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
В соответствии с ч. 1 ст. 379 Трудового кодекса РФ в целях самозащиты трудовых прав работник, известив работодателя или своего непосредственного руководителя либо иного представителя работодателя в письменной форме, может отказаться от выполнения работы, не предусмотренной трудовым договором, а также отказаться от выполнения работы, которая непосредственно угрожает его жизни и здоровью, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
Истец 09.11.2017 в письменном виде поставил работодателя в известность об отказе от выполнения приказа N 1092-05 от 08.11.2017 о направлении в служебную командировку со ссылкой на то, что порученное ему задание не входит в его должностные обязанности, направив соответствующее заявление по электронной почте. Факт получения указанного заявления истца ответчиком не отрицался.
При изложенных обстоятельствах вывод суда о том, что отказ истца от выполнения приказа N 1092-05 от 08.11.2017 о направлении его в служебную командировку следует расценивать как совершение дисциплинарного проступка, является неверным, не подтвержден надлежащими доказательствами и противоречит положениям ст. 60, ч. 1 ст. 379 Трудового кодекса РФ. Не подтверждает правильность указанного вывода и ссылка в оспариваемом приказе о привлечении истца к дисциплинарной ответственности на нарушение им положений п. 3.8 должностной инструкции и п. 6.2 Правил внутреннего трудового распорядка Предприятия, устанавливающих обязанность работника выполнять поручения и распоряжения руководителя Предприятия, начальника юридического отдела, поскольку поручения вышестоящих должностных лиц в силу ст. 60 Трудового кодекса РФ не могут выходить за рамки трудовых обязанностей работника в соответствии с занимаемой им должностью. А потому отказ истца от выполнения поручения руководителя Предприятия, которое в данном случае предполагает выполнение работы, не обусловленной трудовым договором, правомерен и не является дисциплинарным проступком.
При таком положении, приказ от 01.12.2017 N 220 о привлечении истца к дисциплинарной ответственности за отказ от выполнения приказа N 1092-05 от 08.11.2017 о направлении в служебную командировку является незаконным. В этой связи решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении иска А. о признании незаконным приказа от 01.12.2017 N 220 подлежит отмене с вынесением в указанной части нового решения об удовлетворении данного искового требования, что в свою очередь, является основанием для отмены работодателем данного приказа.
Соответственно, подлежит отмене решение суда и в части отказа в удовлетворении производного искового требования о взыскании компенсации морального вреда, поскольку факт неправомерного, в нарушение требований ст. 192 Трудового кодекса РФ, привлечения истца к дисциплинарной ответственности, чем истцу, безусловно, причинены нравственные страдания, нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.
Судебная коллегия, руководствуясь положениями ст. 237 Трудового кодекса РФ, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, степень нравственных переживаний истца, степень вины ответчика, значимость для истца нарушенного права, а также то обстоятельство, что незаконное наложение дисциплинарного взыскания порочит деловую репутацию работника, учитывая принципы разумности и справедливости, полагает возможным удовлетворить требование истца о взыскании компенсации морального вреда полностью, в сумме 2000 руб.
Отмена решения суда первой инстанции является основанием для разрешения судом апелляционной инстанции вопроса о судебных расходах (ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ).
В соответствии с ч. 1 ст. 98, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подп. 3, 9 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 750 руб. (по 300 руб. за каждое удовлетворенное исковое требование неимущественного характера, и 150 руб. — за подачу апелляционной жалобы истцом), от уплаты которой истец при подаче иска и апелляционной жалобы был освобожден в силу закона (ст. 393 Трудового кодекса РФ).
Руководствуясь ст. ст. 328, 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 22.01.2018 отменить, принять по делу новое решение, которым иск А. удовлетворить частично.
Признать приказ N 220 от 01.12.2017 «О применении дисциплинарного взыскания», изданный ГУП СО «Фармация», незаконным.
Взыскать с государственного унитарного предприятия Свердловской области «Фармация» в пользу А. компенсацию морального вреда в размере 2000 руб.
Взыскать с государственного унитарного предприятия Свердловской области «Фармация» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 750 руб.

Председательствующий
О.Г.КОЛЕСНИКОВА

Судьи
Т.С.ИВАНОВА
К.А.ФЕДИН

——————————————————————

Задать вопрос

















*Для организаций Москвы и МО