ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВС РФ от 20.08.2018 № 18-КГ18-126

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 20 августа 2018 г. N 18-КГ18-126

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Пчелинцевой Л.М.,
судей Фролкиной С.В., Вавилычевой Т.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании 20 августа 2018 г. гражданское дело по иску Заверняевой Татьяны Николаевны к Седовой Оксане Юрьевне о взыскании ущерба, причиненного работником работодателю при исполнении трудовых обязанностей,
по кассационной жалобе Седовой Оксаны Юрьевны на решение Курганинского районного суда Краснодарского края от 1 июня 2017 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 5 сентября 2017 г., которыми исковые требования удовлетворены.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Фролкиной С.В.,
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Заверняева Татьяна Николаевна 23 марта 2017 г. через представителя Дюкареву Н.Д. обратилось в суд с иском к Седовой Оксане Юрьевне о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, в размере 765 219 руб., взыскании расходов на оплату государственной пошлины в размере 5760 руб. и на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб.
В обоснование исковых требований Заверняева Т.Н. указала, что она является индивидуальным предпринимателем, занимается торговлей продовольственными товарами, имеет в собственности магазин «», расположенный по адресу: край, г. .
Седова О.Ю. с 1 января 2015 г. была принята на работу на должность продавца продовольственных товаров в магазин «». Трудовые отношения были оформлены приказом о приеме Седовой О.Ю. на работу от 1 января 2015 г., изданным Заверняевой Т.Н. на основании заявления Седовой О.Ю. от 30 декабря 2014 г.
В период работы продавцом в магазине «» Седова О.Ю. ежемесячно получала заработную плату, была поставлена на учет в налоговом органе, работодателем за нее уплачивались взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации и Фонд социального страхования Российской Федерации.
В обязанности Седовой О.Ю. как продавца входило получение товара, его учет и реализация, а также ведение отчетности. Седова О.Ю. вела тетрадь учета продаж товара. В процессе работы она принимала материальные ценности по накладным, расписывалась в приеме материальных ценностей, и тем самым, по мнению Заверняевой Т.Н., она брала на себя обязательства по их сохранности.
3 октября 2016 г. (дата указана истцом) Заверняева Т.Н. совместно с Седовой О.Ю. провела в магазине «» ревизию товара за период с июня по сентябрь 2016 года. В пересчете имевшегося в магазине товара также принимали участие Заверняев М.Н. (сын Заверняевой Т.Н.) и уборщица магазина Феофилова А.Г., в результате была выявлена недостача товарно-материальных ценностей на сумму 361 460 руб.
8 октября 2016 г. в магазине «» была проведена повторная ревизия, на которую Седова О.Ю., несмотря на письменное извещение, не явилась. Для проведения ревизии была создана комиссия, в состав которой вошли Заверняева Т.Н. и ее сын Заверняев М.Н. Ревизия проводилась в присутствии Нарети Т.И., которая является знакомой Заверняевой Т.Н., и Тихоновой А.Ю., арендующей у Заверняевой Т.Н. помещение под магазин.
По результатам этой ревизии сумма недостачи товарно-материальных ценностей составила 765 219 руб.
Заверняева Т.Н. в письменном виде направляла Седовой О.Ю. приглашение прийти в магазин и представить объяснения по поводу образовавшейся недостачи товара, однако Седова О.Ю. для дачи объяснений не явилась. При этом она самостоятельно забрала из магазина заключенный с ней трудовой договор и свою трудовую книжку.
Заверняева Т.Н., ссылаясь на то, что ей как работодателю действиями Седовой О.Ю. при исполнении трудовых обязанностей продавца был причинен ущерб в размере 765 219 руб., просила взыскать с нее эту сумму на основании норм трудового законодательства (статьи 238, 242, 243 Трудового кодекса Российской Федерации).
Определением Курганинского районного суда Краснодарского края от 5 мая 2017 г. по ходатайству Седовой О.Ю. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика была привлечена Государственная инспекция труда в Краснодарском крае.
Ответчик Седова О.Ю. и ее представитель в суде первой инстанции исковые требования не признали.
Решением Курганинского районного суда Краснодарского края от 1 июня 2017 г. исковые требования Заверняевой Т.Н. удовлетворены. Суд взыскал с Седовой О.Ю. в пользу Заверняевой Т.Н. причиненный при исполнении трудовых обязанностей материальный ущерб в размере 765 219 руб., а также судебные расходы на оплату госпошлины в размере 5760 руб. и на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 5 сентября 2017 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе Седовой О.Ю. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены указанных судебных постановлений, как незаконных.
По результатам изучения доводов кассационной жалобы 13 апреля 2018 г. судьей Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и ее же определением от 6 июля 2018 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, о причинах неявки сведений не представили. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 ГПК РФ).
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций, и они выразились в следующем.
Судом установлено и следует из материалов дела, что Заверняева Т.Н., года рождения, зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя и поставлена на учет в инспекции Федеральной налоговой службы России по Курганинскому району Краснодарского края. В собственности у Заверняевой Т.Н. имеется магазин продовольственных товаров «», расположенный по адресу: край, (далее также — магазин «»).
30 декабря 2014 г. Седова О.Ю. обратилась к индивидуальному предпринимателю Заверняевой Т.Н. с заявлением о приеме ее на работу в качестве продавца продовольственных товаров в магазин «» с 1 января 2015 г.
Приказом индивидуального предпринимателя Заверняевой Т.Н. от 1 января 2015 г. N 1 Седова О.Ю. принята на работу в магазин «» продавцом продовольственных товаров на основании трудового договора от 1 января 2015 г. с окладом 10 000 руб. без испытательного срока.
Согласно акту ревизии от 8 октября 2016 г., утвержденному индивидуальным предпринимателем Заверняевой Т.Н., и приложенным к акту ревизии документам 8 октября 2016 г. с 15-00 до 19-00 часов комиссией в составе Заверняевой Т.Н. и Заверняева М.Н. в присутствии Нарети Т.И. и Тихоновой А.Ю. проведена ревизия в магазине «», по итогам которой выявлена недостача товара в сумме 765 219 руб.
Ответчик Седова О.Ю. в судебном заседании, состоявшемся 24 мая 2017 г., поясняла, что она в период с 17 мая 2014 г. по октябрь 2016 г. работала у индивидуального предпринимателя Заверняевой Т.Н. в магазине «» продавцом. Трудовой договор и договор о полной индивидуальной материальной ответственности с ней не заключался. В этот же период у Заверняевой Т.Н. в магазине работали несколько продавцов, ни с одним из них трудовые отношения не оформлялись. 2 октября 2016 г. по результатам пересчета товара в магазине Заверняева Т.Н. сообщила Седовой О.Ю. о недостаче товарно-материальных ценностей, возникшей по ее вине. Заверняева Т.Н. приглашала Седову О.Ю. явиться на ревизию 8 октября 2016 г., однако она от участия в проведении ревизии отказалась, так как Заверняева Т.Н. требовала от нее написать расписку о наличии долга. О причинах образовавшейся в магазине недостачи в таком размере она не знает, считает, что ее вина в недостаче товара отсутствует, так как Заверняева Т.Н. сама торговала в магазине, результаты ревизии были ею фальсифицированы. Заверняева Т.Н. обращалась с заявлением в отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганинскому району Краснодарского края о привлечении Седовой О.Ю. к уголовной ответственности по факту недостачи товара, однако в возбуждении уголовного дела было отказано в связи с отсутствием состава преступления.
На основании ходатайств Седовой О.Ю. и ее представителя по определению Курганинского районного суда Краснодарского края от 5 мая 2017 г. были истребованы: из отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганинскому району Краснодарского края — копия отказного материала по заявлению Заверняевой Т.Н. (N 12587 по книге учета сообщений о преступлениях от 24 октября 2016 г.); из отделения экономической безопасности и противодействия коррупции по Курганинскому району Краснодарского края — копия ответа на заявление Седовой О.Ю. от ноября 2016 года (дата не указана) о проверке деятельности индивидуального предпринимателя Заверняевой Т.Н. и проведении бухгалтерской экспертизы акта проведенной Заверняевой Т.Н. ревизии, в результате которой была выявлена недостача в размере 765 219 руб. В определении указано на необходимость предоставить данные сведения в суд в срок до 19 мая 2017 г. (т. 1, л.д. 238 — 239).
Письмом заместителя начальника отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганинскому району Краснодарского края от 18 мая 2017 г. N 79/2-9807 материал проверки по книге учета сообщений о преступлениях от 24 октября 2016 г. N 12587 (отказной материал N 2244-16 г.) был направлен судье Курганинского районного суда Краснодарского края (т. 1, л.д. 241). Вместе с тем данный отказной материал в деле отсутствует, сведений об исследовании судом данного доказательства материалы дела не содержат.
В судебных заседаниях суда первой инстанции, состоявшихся 24 мая и 1 июня 2017 г., истец Заверняева Т.Н. поясняла, что кроме Седовой О.Ю. у нее в магазине работали и другие продавцы, в частности Захарченко Татьяна, с которыми трудовые отношения не были оформлены официально, при этом они имели доступ к денежным средствам и товару, находящимся в магазине, Заверняева Т.Н. передавала им ключи от магазина.
Из показаний свидетеля Ф. данных в судебном заседании суда первой инстанции 24 мая 2017 г., следует, что в 2016 году она работала в магазине «» уборщицей, в магазине помимо Седовой О.Ю. также работала продавец Татьяна, которая присутствовала при проведении подсчета товара 2 октября 2016 г.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования Заверняевой Т.Н. о возмещении ущерба, причиненного работником Седовой О.Ю., суд первой инстанции ссылался на нормы статей 56, 67, 68, 232, 233, 238, 242, 243, 246, 247 Трудового кодекса Российской Федерации и исходил из того, что, несмотря на отсутствие трудового договора между индивидуальным предпринимателем Заверняевой Т.Н. и Седовой О.Ю., в период с 1 января 2015 г. по 7 октября 2016 г. между ними сложились трудовые отношения. Анализируя доказательства по делу (объяснения истца и ответчика, показания свидетелей и представленные сторонами документы), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что факт получения Седовой О.Ю. товарно-материальных ценностей под отчет по разовым документам — товарным накладным — нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, ответчик не обеспечила сохранность товарно-материальных ценностей, в связи с чем с нее подлежит взысканию материальный ущерб, размер которого подтвержден актом ревизии от 8 октября 2016 г. и приложенными к нему документами.
Кроме того, руководствуясь положениями статей 98, 100 ГПК РФ и принимая во внимание размер удовлетворенных судом исковых требований Заверняевой Т.Н., сложность и длительность рассмотрения дела, степень участия представителя истца Дюкаревой Н.Д. в судебном разбирательстве, суд взыскал с Седовой О.Ю. в пользу Заверняевой Т.Н. судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 35 000 руб. и государственной пошлины в размере 5760 руб.
Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием, дополнительно указав, что с Седовой О.Ю. был заключен трудовой договор, в который были включены и пункты о ее материальной ответственности, ввиду чего с Седовой О.Ю. правомерно была взыскана сумма материального ущерба, причиненного ею работодателю Заверняевой Т.Н.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для взыскания с Седовой О.Ю. 765 219 руб. в счет возмещения ущерба, причиненного ею при исполнении трудовых обязанностей работодателю Заверняевой Т.Н., основаны на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения, и эти выводы сделаны с существенным нарушением норм процессуального права.
Сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами (часть 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.
В силу части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.
Согласно статье 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.
Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.
Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: 1) когда в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей. Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером (статья 243 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.
До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации (статья 247 Трудового кодекса Российской Федерации).
В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
В пункте 8 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации даны разъяснения, согласно которым при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба и на время его причинения достиг восемнадцатилетнего возраста, за исключением случаев умышленного причинения ущерба либо причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, либо если ущерб причинен в результате совершения преступления или административного проступка, когда работник может быть привлечен к полной материальной ответственности до достижения восемнадцатилетнего возраста (статья 242 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 4 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие имущественного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинная связь между противоправным действием (бездействием) работника и имущественным ущербом у работодателя, вина работника в совершении противоправного действия (бездействия), если иное прямо не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом. Материальная ответственность работника выражается в его обязанности возместить прямой действительный ущерб (в том числе реальное уменьшение наличного имущества работодателя), причиненный работодателю противоправными виновными действиями или бездействием в процессе трудовой деятельности.
Основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Она заключается в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб, но не свыше установленного законом максимального предела, определяемого в соотношении с размером получаемой им заработной платы. Таким максимальным пределом является средний месячный заработок работника. Применение ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка означает, что, если размер ущерба у работодателя превышает среднемесячный заработок работника, он обязан возместить только ту его часть, которая равна его среднему месячному заработку. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность.
Перечень случаев полной материальной ответственности приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.
Наличие такого случая должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном объеме.
Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения настоящего спора, обязанность доказать которые возлагается на Заверняеву Т.Н. как работодателя, относятся: наличие прямого действительного ущерба у работодателя — индивидуального предпринимателя Заверняевой Т.Н., противоправность действий или бездействия работника Седовой О.Ю., причинная связь между поведением Седовой О.Ю. и наступившим у индивидуального предпринимателя Заверняевой Т.Н. ущербом, вина Седовой О.Ю. в причинении ущерба индивидуальному предпринимателю Заверняевой Т.Н., размер ущерба, причиненного индивидуальному предпринимателю Заверняевой Т.Н., наличие оснований для привлечения Седовой О.Ю. к ответственности в полном размере причиненного ущерба.
Судебными инстанциями при разрешении спора по иску Заверняевой Т.Н. к Седовой О.Ю. о возмещении ущерба, причиненного работником, нормы трудового законодательства, регулирующие условия и порядок возложения на работника ответственности за имущественный вред, причиненный работодателю при исполнении трудовых обязанностей, не были приняты во внимание, вследствие чего не были установлены названные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора, и, соответственно, не установлены обязательные условия для возложения на работника Седову О.Ю. материальной ответственности за ущерб, наступивший у работодателя Заверняевой Т.Н.
Суд первой инстанции, принимая решение об удовлетворении исковых требований Заверняевой Т.Н., исходил из доказанности получения Седовой О.Ю. товарно-материальных ценностей по товарным накладным и необеспечения ею сохранности полученных по разовым документам товарно-материальных ценностей, а потому посчитал обоснованным требование Заверняевой Т.Н. о взыскании с Седовой О.Ю. материального ущерба в размере, указанном в акте ревизии от 8 октября 2016 г. Суд принял в качестве доказательства представленный истцом (работодателем Заверняевой Т.Н.) в материалы дела акт ревизии от 8 октября 2016 г., утвержденный ею же, и приложенные к этому акту разовые документы — товарные накладные.
Однако суд первой инстанции не дал оценки этим документам с учетом положений Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее также — Федеральный закон от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ), устанавливающего единые требования к бухгалтерскому учету, в том числе бухгалтерской (финансовой) отчетности, действие которого распространяется и на индивидуальных предпринимателей (часть 1 статьи 1, пункт 4 части 1 статьи 2 названного закона), а также иных нормативных правовых актов, регулирующих данные отношения.
В силу положений статьи 9 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.
Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа; дата составления документа; наименование экономического субъекта, составившего документ; содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения; наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события; подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 данной части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц (пункты 1 — 7 части 2 статьи 9 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ).
Данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета (часть 1 статьи 10 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ).
В соответствии с частями 1, 2 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.
В части 3 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ определено, что случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.
Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация (часть 4 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ).
Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации.
Порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформления ее результатов установлены Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 г. N 49 (далее — Методические указания).
Основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств (пункт 1.4 Методических указаний).
Пунктом 1.5 Методических указаний предусмотрено, что в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризации является обязательным, в том числе при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел) и при установлении фактов хищений или злоупотреблений, а также порчи ценностей.
До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (пункты 2.4, 2.8 Методических указаний).
Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации не менее чем в двух экземплярах. Фактическое наличие имущества при инвентаризации определяют путем обязательного подсчета, взвешивания, обмера. Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший — в сдаче этого имущества (пункты 2.5, 2.7, 2.10 Методических указаний).
В силу приведенных нормативных положений первичные учетные документы, подлежащие своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета, и данные инвентаризации, в ходе которой выявляется фактическое наличие товарно-материальных ценностей и сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета, должны быть составлены в соответствии с требованиями законодательства. Так, первичные учетные документы (к ним относятся и товарные накладные) должны содержать обязательные реквизиты, в том числе даты их составления, наименование экономического субъекта, составившего документ, наименование хозяйственной операции, подписи лиц, совершивших хозяйственную операцию, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Акты инвентаризации в обязательном порядке подписываются всеми членами инвентаризационной комиссии и материально-ответственным лицом, в конце описи имущества материально-ответственное лицо дает расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий.
Отступление от этих правил оформления документов влечет невозможность с достоверностью установить факт наступления ущерба у работодателя, определить, кто именно виноват в возникновении ущерба, каков его размер, имеется ли вина работника в причинении ущерба.
Принимая в качестве доказательств наличия прямого действительного ущерба, причиненного Седовой О.Ю. индивидуальному предпринимателю Заверняевой Т.Н., акт ревизии от 8 октября 2016 г. и приложенные к нему документы, суд первой инстанции не учел нормы Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н, а также Методические указания, предусматривающие основания и порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств, не проверил соблюдение работодателем процедуры и порядка проведения инвентаризации товарно-материальных ценностей в магазине «» как обстоятельство, имеющее значение для установления наличия реального ущерба у Заверняевой Т.Н. и размера этого ущерба, поскольку факт недостачи может считаться установленным только при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть оформлены документально в установленном законом порядке.
Ввиду изложенного заслуживающими внимания являются доводы кассационной жалобы о том, что судом первой инстанции не установлен сам факт недостачи товарно-материальных ценностей в магазине «», не дана оценка тому обстоятельству, что в представленном приказе, послужившем основанием для проведения ревизии (фактически инвентаризации) в магазине «» (т. 1, л.д. 11), отсутствует подпись лица, издавшего его, а также указан 2017 год вместо 2016 года. Не выяснен судом вопрос о соблюдении индивидуальным предпринимателем Заверняевой Т.Н. процедуры проведения инвентаризации, в частности не установлено, являлись ли члены комиссии заинтересованными лицами, когда проводилась последняя инвентаризация, исследовались ли ее результаты, не определен остаток товара на начало периода, за который проводилась инвентаризация. Суд оставил без внимания, что в инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей не указаны даты начала и окончания инвентаризации, подписи членов инвентаризационной комиссии (Заверняевой Т.Н. и Заверняева М.Н.) и материально ответственного лица, в том числе расписка материально ответственного лица, подтверждающая проверку комиссией имущества в его присутствии и об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий. Представленные истцом копии накладных (т. 1, л.д. 66 — 217) не отвечают требованиям, предъявляемым к первичным учетным документам, не содержат необходимых реквизитов, в частности в них не имеется данных о лицах, составивших и подписавших эти документы, в ряде накладных вообще отсутствуют подписи (т. 1, л.д. 66 — 78, 84, 85, 119 — 122, 144 — 147, 194 — 199, 213 — 217), и фактически они являются записями внутреннего пользования собственника магазина Заверняевой Т.Н.
Судебная коллегия находит обоснованными и доводы кассационной жалобы о том, что не получили оценки суда с учетом положений статей 242, 243, 244 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающих основания для возложения на работника полной материальной ответственности за ущерб, причиненный работодателю, объяснения Заверняевой Т.Н., Седовой О.Ю., свидетеля Ф. о том, что в магазине «» помимо Седовой О.Ю. в период, за который была обнаружена недостача товара, также работали другие продавцы, трудовые отношения с ними не были надлежащим образом оформлены и они имели доступ к товарно-материальным ценностям, а также пояснения Седовой О.Ю. о том, что договор о материальной ответственности с ней не заключался, товар по разовым документам она не принимала и что работодатель без проведения проверки для выяснения причин возникновения ущерба сразу установила виновность Седовой О.Ю. в причинении этого ущерба.
С учетом приведенного выше вывод суда первой инстанции о том, что факт получения Седовой О.Ю. товарно-материальных ценностей под отчет по разовым документам — товарным накладным — нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства и что ответчик не обеспечила сохранность товарно-материальных ценностей, в связи с чем с нее подлежит взысканию материальный ущерб, размер которого подтвержден актом ревизии от 8 октября 2016 г. и приложенными к нему документами, нельзя признать правомерным.
Допущенные судом первой инстанции нарушения норм права судом апелляционной инстанции не были устранены. Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, безосновательно указал, что с Седовой О.Ю. был заключен трудовой договор, в который были включены пункты о ее материальной ответственности. Однако суд первой инстанции установил, что такой договор сторонами не заключался, в материалах дела он отсутствует.
Судебными инстанциями существенно нарушены и нормы процессуального права.
В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
В соответствии с частью 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 ГПК РФ).
Исходя из положений статей 67, 71, 195 — 198, 329 ГПК РФ выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ). В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 названного кодекса.
Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.
Эти требования процессуального закона, как усматривается из текстов судебных постановлений, судами первой и апелляционной инстанций при разрешении спора выполнены не были, выводы судов о фактах, имеющих юридическое значение, не подтверждены доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости.
Также судебными инстанциями не учтено, что при рассмотрении дела суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства с учетом доводов и возражений сторон спора и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.
Судебные инстанции в нарушение части 1 статьи 12 ГПК РФ, предусматривающей, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, не проверили доводы ответчика Седовой О.Ю. о ее невиновности в возникновении ущерба у работодателя Заверняевой Т.Н. Суд первой инстанции, удовлетворив ходатайство Седовой О.Ю. об истребовании доказательств в подтверждение ее возражений против исковых требований Заверняевой Т.Н., не приобщил к материалам дела поступившую из отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганинскому району Краснодарского края копию отказного материала по заявлению Заверняевой Т.Н. (материал книги учета сообщений о преступлениях от 24 октября 2016 г. N 12587) и не исследовал эти документы в судебном заседании, в связи с чем данное доказательство вопреки требованиям статьи 67 ГПК РФ не являлось предметом оценки суда при принятии решения по делу. Кроме того, суд принял решение по делу, не дожидаясь ответа на запрос об истребовании из отделения экономической безопасности и противодействия коррупции по Курганинскому району Краснодарского края копии ответа на заявление Седовой О.Ю. от ноября 2016 года о проверке деятельности индивидуального предпринимателя Заверняевой Т.Н., тем самым нарушил положения части 2 статьи 12 ГПК РФ, предписывающие суду оказывать содействие лицам, участвующим в деле, в реализации их прав (в данном случае права Седовой О.Ю. на судебную защиту).
Нельзя признать основанным на законе и вывод судебных инстанций о взыскании с Седовой О.Ю. в пользу Заверняевой Т.Н. расходов на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб.
Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 ГПК РФ).
К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе расходы на оплату услуг представителей (абзац пятый статьи 94 ГПК РФ).
Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).
В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.
В нарушение норм процессуального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению судебные инстанции удовлетворили исковые требования Заверняевой Т.Н. о взыскании с Седовой О.Ю. в ее пользу расходов на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб. при отсутствии в материалах документального подтверждения несения этих расходов со стороны истца.
Ввиду изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признает выводы судебных инстанций об удовлетворении исковых требований Заверняевой Т.Н. о возмещении ущерба, причиненного работником Седовой О.Ю., в полном его размере (765 219 руб.) сделанными без учета норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, при неустановлении судом обстоятельств, имеющих значение для дела. В связи с этим обжалуемые судебные постановления нельзя признать законными, поскольку они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно статье 387 ГПК РФ является основанием для отмены решения Курганинского районного суда Краснодарского края от 1 июня 2017 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 5 сентября 2017 г. и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям сторон нормами материального права, установленными по делу обстоятельствами и с соблюдением требований процессуального закона.
Руководствуясь статьями 387, 388, 390 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

решение Курганинского районного суда Краснодарского края от 1 июня 2017 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 5 сентября 2017 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции — Курганинский районный суд Краснодарского края.

——————————————————————

Задать вопрос

















*Для организаций Москвы и МО