ПОСТАНОВЛЕНИЕ Арбитражного суда Московского округа от 08.10.2018 № Ф05-15789/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 8 октября 2018 г. по делу N А40-180087/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 01 октября 2018 года
Полный текст постановления изготовлен 08 октября 2018 года
Арбитражный суд Московского округа в составе:
председательствующего судьи Л.А. Тутубалиной,
судей Е.Ю. Ворониной, Е.Ю. Филиной,
при участии в заседании:
от истца — Ольнев О.Н., дов. от 01.05.2018,
от ответчика — Дубков Д.А., дов. от 07.05.2018,
от третьего лица —
рассмотрев 01 октября 2018 года в судебном заседании кассационную жалобу
Общества с ограниченной ответственностью «ТиссенКрупп Индастриал Солюшнс (РУС)»
на решение от 15 марта 2018 года
Арбитражного суда города Москвы,
принятое судьей А.С. Чадовым,
на постановление от 05 июня 2018 года
Девятого арбитражного апелляционного суда,
принятое судьями О.Н. Семикиной, А.А. Комаровым, В.И. Тетюком,
по делу N А40-180087/2017,
по иску Общества с ограниченной ответственностью «ТиссенКрупп Индастриал Солюшнс (РУС)»
к Открытому акционерному обществу «Научно-исследовательский и проектный институт нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности»
о возмещении убытков,
3-е лицо: Публичное акционерное общество «Салаватнефтехимпроект»,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ТиссенКрупп Индастриал Солюшнс (РУС)» (далее — истец, ООО «ТиссенКрупп») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Открытому акционерному обществу «Научно-исследовательский и проектный институт нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности» (далее — ответчик, ОАО «ВНИПИнефть») о взыскании убытков в размере 27 040 000 руб.
Иск заявлен на основании статей 1, 10, 15, 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Убытки состоят из рыночной стоимости проектных работ.
В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмета спора, в деле участвует Публичное акционерное общество «Салаватнефтехимпроект».
Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2018, в удовлетворении иска отказано.
Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, истец обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, направить дело на новое рассмотрение. Истец настаивает, что ответчиком допущено злоупотребление правом при поручении одних и тех же работ нескольким лицам без заключения договора, предложенные ответчиком условия договора являются неприемлемыми для истца с учетом объема выполненных работ, размер убытков подтвержден отчетом об оценке, судом отказано в проведении судебной экспертизы.
Ответчик представил отзыв на кассационную жалобу, в котором возражал против доводов жалобы.
В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель истца поддержал кассационную жалобу по изложенным в ней доводам.
Представитель ответчика возражал против доводов кассационной жалобы, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными.
Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание представителя не направило. В приобщении отзыва третьего лица на кассационную жалобу отказано в связи с отсутствием доказательств направления его копии сторонам. В соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена в его отсутствие.
Заслушав ответчика и истца, рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив в порядке статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального права и соблюдение норм процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления в связи со следующим.
Как установлено судами и следует из материалов дела, ответчик, являясь подрядчиком АО «Газпромнефть-ОНПЗ» (далее — заказчик) по разработке проектной, рабочей документации и выполнению инженерных изысканий объекта «Строительство производства катализаторов», имел намерение, по согласованию и на условиях заказчика, привлечь к выполнению части проектных работ субподрядные организации, в том числе истца. Условия договора заказчика с ответчиком являлись обязательными для включения в договоры с субподрядчиками (включая истца) в случае их заключения, о чем истец был уведомлен ответчиком в ходе переговоров по заключению договора.
В середине сентября 2016 года проект договора на выполнение проектных работ N 160039 согласован специалистами сторон, однако никакие приложения, в том числе определяющие сроки и объемы выполнения работ по договору, согласованы не были.
16.09.2016 ответчик направил истцу гарантийное письмо N П42/ИМ-4682, которым подтвердил, что намерен заключить договор N 160039, и просил приступить к выполнению работ до его подписания. Истец в ответ на это письмо направил ответчику письмо N 10-08/1478 от 16.10.2016, в котором сообщил, что приступит к выполнению работ с 19.09.2016, указав условие, что если договор не будет подписан сторонами в течение 45 календарных дней, то ответчик должен возместить истцу все расходы, понесенные последним в связи с выполнением работ по представлению документов, подтверждающих такие расходы.
13.10.2016 ответчик сообщил истцу о том, что проект договора на выполнение проектных работ N 160039 необходимо дополнить условием о предоставлении банковской гарантии, как это предусмотрено приложением N 10 к договору ответчика с заказчиком «Условия предоставления банковских гарантий».
31.10.2016 ответчик предложил истцу дополнить проект договора на выполнение проектных работ N 160039 условием о предоставлении гарантии головной организации истца вместо банковской гарантии. 01.11.2016 ответчик дал пояснения по этому вопросу, и 03.11.2016 истец согласовал данное условие.
11-14.11.2016 заказчик, истец и ответчик обменялись письмами, в которых обсудили изменение приложений к проекту договора N 160039, и необходимость их дополнительного согласования, что сделало невозможным заключение договора в ближайшее к указанным датам время. Ответчик направил истцу второе гарантийное письмо N М31/ИМ-6032, которым гарантировал заключение соответствующего договора до 30.11.2016.
18.11.2016 истец и ответчик обменялись письмами, подтверждающими, что условия договора N 160039 продолжают согласовываться всеми участниками переговоров.
Истец письмом N 10-08/1779 от 22.11.2016 в одностороннем порядке установил 30.11.2016 как финальный срок заключения договора N 160039.
08.12.2016 истец направил ответчику письмо 10-08/18145, и предложил заключить договор на оказание консультационных услуг иных условиях, чем обсуждавшийся сторонами до этого договор N 160039, с уменьшенным объемом разработки проектной документации.
09.12.2016 ответчик направил истцу третье гарантийное письмо N М24/-2567/ИМ-6673, которым просил продолжить выполнение работ до заключения договора (до 20.12.2016) в обсуждаемом по договору N 160039 прежнем объеме.
14.12.2016 истец направил ответчику письмо N L-TKIS-VNIPI-0124, в котором указал, что истец прекращает все виды проектных работ по данному объекту с 16.12.2016, и что документация на момент прекращения работ будет подготовлена к передаче в течение 5 рабочих дней и будет передана после подписания упрощенного договора на выполнение консультационных услуг по прилагаемому проекту договора, аналогичному направленному 08.12.2016, при этом в объем услуг по договору включена только часть объема работ по договору N 160039.
Суды первой и апелляционной инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив обстоятельства отсутствия согласования между сторонами существенных условий договора при наличии намерения заключить соответствующий договор, пришли к обоснованному выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, являющихся основанием для взыскания убытков.
Пунктом 2 статьи 307 Гражданского кодекса установлено, что обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.
Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.
По статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).
Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 12 постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Исходя из вышеизложенного, в рамках настоящего спора истец должен доказать факт нарушения ответчиком принятых на себя договорных обязательств, наличие убытков и их размер, прямую причинно-следственную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками.
В соответствии со статьей 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не отвечают за то, что соглашение не достигнуто (пункт 1).
При вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются:
1) предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны;
2) внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать (пункт 2).
Сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.
Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом (пункт 3).
Правила настоящей статьи применяются независимо от того, был ли заключен сторонами договор по результатам переговоров (пункт 7).
Правила настоящей статьи не исключают применения к отношениям, возникшим при установлении договорных обязательств, правил главы 59 настоящего Кодекса («Обязательства вследствие причинения вреда») (пункт 8).
Судами установлено, что стороны совместно вели переговоры о заключении договора N 160039 на протяжении сентября — декабря 2016 года, ответчик не отказывался в одностороннем порядке от заключения данного договора и не совершал никаких действий, которые могут рассматриваться как отказ от заключения договора или прекращение переговоров. Суды пришли к выводу, что истец в декабре 2016 года осознавал невозможность со своей стороны заключения договора N 160039 на согласованных условиях по объему работ, сам отказался от заключения этого договора письмом от 14.12.2016 N L-TKIS-VNIPI-0124 и не возлагал вину за это на ответчика.
С учетом изложенного, вывод судов о том, что истец не доказал противоправность поведения ответчика, причинную связь между наступлением у истца вреда и поведением ответчика, и его вину, является обоснованным.
Оценка доказательствам дана в их совокупности при правильном применении положений статей 9, 65, 67, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Доводы кассационной жалобы по существу спора были предметом рассмотрения судами первой и апелляционной инстанций, давшими им надлежащую правовую оценку.
Нарушений норм материального права, которые бы привели или могли привести к неправильному рассмотрению дела, в том числе и тех, на которые имеется ссылка в кассационной жалобе, судами не допущено.
Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены решения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами первой и апелляционной инстанций не нарушены.
В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на заявителя.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 284, 286 — 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

постановил:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 15 марта 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05 июня 2018 года по делу N А40-180087/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу — без удовлетворения.

Председательствующий судья
Л.А.ТУТУБАЛИНА

Судьи
Е.Ю.ВОРОНИНА
Е.Ю.ФИЛИНА

——————————————————————

Задать вопрос

















*Для организаций Москвы и МО