АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ Свердловского областного суда от 15.06.2018 № 33-9935/2018

СВЕРДЛОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 15 июня 2018 г. по делу N 33-9935/2018

Судья Орлова Т.А.

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:
председательствующего судьи Колесниковой О.Г.,
судей Сорокиной С.В., Редозубовой Т.Л.,
при секретаре Б.А.,
с участием прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Свердловской области Привороцкой Т.М.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело
по иску Р. к муниципальному автономному учреждению «Нижнетагильская студия телевидения «Тагил-ТВ» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда,
по апелляционному представлению заместителя прокурора Ленинского района г. Нижний Тагил Ж. на решение Ленинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 18.12.2017.
Заслушав доклад судьи Колесниковой О.Г., объяснения прокурора Привороцкой Т.М., истца Р., представителя истца по устному ходатайству Г., поддержавших доводы апелляционного представления, объяснения представителя ответчика Б.О. (доверенность N 1 от 09.01.2018 без ограничения срока действия), возражавшей против удовлетворения апелляционного представления, судебная коллегия

установила:

Р. обратилась в суд с иском к МАУ «Нижнетагильская студия телевидения «Тагил-ТВ» (далее по тексту Учреждение) об оспаривании законности увольнения.
В обоснование исковых требований указала, что с 14.12.2005 работала у ответчика в должности ответственного редактора «Радио Тагила», уволена 11.09.2017 приказом N 88-к от 11.09.2017 за прогул, совершенный в период с 4 по 6 сентября 2017 г. Истец полагала увольнение незаконным, поскольку отсутствие ее на рабочем месте в спорный период вызвано уважительными причинами. Так, 01.09.2017, по выходу на работу после периода нетрудоспособности, она была ознакомлена с приказом от 07.08.2017 N 14-п «О временном приостановлении работы», согласно которому с 00:00 час. 12.08.2017 по 24:00 час. 08.09.2017 выведена в простой с оплатой 2/3 оклада в связи с проведением выборов Губернатора Свердловской области и приостановлением деятельности редакции «Радио Тагила» на период предвыборной агитации. С учетом того, что приказ от 07.08.2017 N 14-п не содержал в себе указания на обязательность нахождения ее на работе в период простоя, а также принимая во внимание ранее сложившуюся в Учреждении практику работы на период проведения выборов, истец полагала, что присутствие ее на рабочем месте не требуется. В течение всего периода ее отсутствия на работе работодатель не пытался выяснить причины такого отсутствия, соответственно, не был заинтересован в нахождении ее на рабочем месте. Кроме того, увольнение произведено с нарушением положений ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ, поскольку примененное к ней дисциплинарное взыскание не соответствует тяжести совершенного проступка. Указала на причинение ей морального вреда незаконным увольнением.
На основании изложенного, с учетом последующего уточнения иска, Р. просила признать незаконным приказ N 88-к от 11.09.2017 об увольнении за прогул, восстановить ее на работе в прежней должности и взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула с 12.09.2017 по 13.11.2017, а также компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. Кроме того, просила взыскать с ответчика в возмещение судебных расходов 20000 руб.
Представитель ответчика Б.О. иск не признала, настаивая на законности увольнения Р. Указала, что факт отсутствия истца с 4 по 6 сентября 2017 г. на рабочем месте подтвержден материалами служебного расследования и самим истцом не отрицался. Ссылку истца на необязательность присутствия ее на рабочем месте в спорный период в связи с приостановлением деятельности редакции «Радио Тагила» полагала несостоятельной, поскольку приказ от 07.08.2017 N 14-п не предусматривал возможность невыхода работника на работу во время простоя, в связи с чем объявление простоя не свидетельствует об уважительности причины отсутствия истца на работе. Доводы Р. о нарушении работодателем положений ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ также полагала несостоятельными, поскольку при принятии решения о привлечении истца к дисциплинарной ответственности учтены предшествующее поведение истца и отношение ее работе. В частности, принято во внимание то обстоятельство, что Р. ранее дважды привлекалась к дисциплинарной ответственности за отсутствие на работе без уважительных причин.
Представитель Администрации г. Нижний Тагил, привлеченной к участию в деле в качестве третьего лица, К. в письменном отзыве поддержала позицию ответчика, просила в удовлетворении иска Р. отказать.
Прокурор Мещерякова О.С. дала заключение об отсутствии оснований для восстановления истца на работе.
Решением Ленинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 18.12.2017 исковые требования Р. оставлены без удовлетворения.
С таким решением не согласился прокурор.
В апелляционном представлении от 13.03.2018, срок на подачу которого восстановлен определением суда от 29.03.2018, заместитель прокурора Ленинского района г. Нижний Тагил Ж., ссылаясь на нарушение судом норм материального права, просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт. Не оспаривая правильность вывода суда о том, время простоя не является временем отдыха, а является рабочим временем, в течение которого работник обязан находиться на рабочем месте, прокурор настаивает на том, что поскольку приказом от 07.08.2017 N 14-П «О временном приостановлении работы» не установлена обязанность работников в период простоя находиться на рабочем месте, отсутствие истца на работе в период с 4 по 6 сентября 2017 г. не может быть расценено в качестве прогула. Соответственно, увольнение истца является незаконным, Р. подлежит восстановлению на работе с выплатой в ее пользу среднего заработка за время вынужденного прогула.
В возражениях на апелляционную жалобу директор Учреждения П. полагает обжалуемое решение суда законным и обоснованным, просит в удовлетворении апелляционного представления отказать.
В заседание судебной коллегии не явился представитель третьего лица — Администрации г. Нижний Тагил, которая о месте и времени апелляционного рассмотрения дела извещалась заблаговременно с учетом положений ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п. 16 Постановления от 26.12.2017 N 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (путем размещения 15.05.2018 соответствующей информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда).
Судебная коллегия, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, определила о рассмотрении дела при данной явке.

Заслушав объяснения сторон, прокурора, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений на него, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из этих доводов (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ), судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом, следует из материалов дела, на основании приказа от 14.12.2005 N 59-к Р. принята на работу в Учреждение на должность редактора «Радио Тагила», с ней заключен трудовой договор N 20 от 14.12.2015 (л. д. 40 — 42).
В соответствии с приказом от 07.08.2017 N 14-п «О временном приостановлении работы», в связи с проведением 10.09.2017 выборов Губернатора Свердловской области и приостановлением действия договора N 30/2017/503 от 11.01.2017, заключенного между ВГТРК ГТРК «Урал» и Учреждением, на период предвыборной агитации с 00:00 час. 12.08.2017 по 24:00 час. 08.09.2017 объявлено время простоя редакции «Радио Тагила» с оплатой времени простоя ответственному редактору Р. в размере 2/3 тарифной ставки оклада работника (л. д. 9). С данным приказом Р. ознакомлена под подпись 01.09.2017 (л. д. 45).
Приказом от 11.09.2017 N 88-к Р. уволена 11.09.2017 по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей — прогул, совершенный в период с 4 по 6 сентября 2017 г. (л. д. 6).
Отказывая в удовлетворении иска Р., суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, пришел к выводу о законности увольнения Р., исходя из того, что факт ее отсутствия с 4 по 6 сентября 2017 г. на рабочем месте без уважительных причин нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, установленный трудовым законодательством порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания в виде увольнения ответчиком соблюден.
Судебная коллегия полагает такой вывод суда правильным, соответствующим установленным по делу обстоятельствам и не противоречащим положениям закона, регулирующим спорные правоотношения.
Согласно ст. 192 Трудового кодекса РФ под дисциплинарным проступком понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. К дисциплинарным взысканиям, которые могут быть применены работодателем к работнику за совершение дисциплинарного проступка, относится, в том числе, увольнение по п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.
В соответствии с подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения работником прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).
В соответствии со ст. 193 Трудового кодекса РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение (ч. 1). Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников (ч. 3).
При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ).
В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
Согласно п. п. 3.3.1, 3.3.2 трудового договора, заключенного сторонами 14.12.2005, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, приказы и распоряжения работодателя и своего непосредственного начальника, подчиняться внутреннему трудовому распорядку работодателя, либо установленному непосредственным начальником работника. Работнику устанавливается следующий режим рабочего времени: продолжительность рабочей недели — 40 часов, начало рабочего времени — в 9:00, окончание — в 18:00, выходные дни — суббота и воскресенье.
С учетом отсутствия доказательств установления истцу иного режима рабочего времени, судебная коллегия полагает установленным факт того, что 4, 5 и 6 сентября 2017 г. являлись для истца рабочими днями.
Отсутствие на рабочем месте в период с 4 по 6 сентября 2017 г. истцом не оспаривалось, подтверждается актом об отсутствии работника на рабочем месте от 08.09.2017 (л. д. 52), докладной запиской специалиста отдела кадров С. от 08.09.2017 на имя директора Учреждения (л. д. 51), заключением по результатам служебного расследования (л. д. 53), табелем учета рабочего времени за сентябрь 2017 г. (л. д. 48).
Проверяя доводы истца об уважительности причин отсутствия на рабочем месте по причине объявления простоя, суд пришел к правильному выводу о том, что отсутствие истца на работе в спорный период является прогулом, поскольку сам по себе факт временного приостановления работы редакции об уважительности причин отсутствия на работе не свидетельствует.
В обоснование своей позиции по делу истец ссылалась на то, что приказ от 07.08.2017 N 14-п не содержал в себе указания на обязательность нахождения ее на работе в период простоя, а также на ранее сложившуюся в Учреждении практику, когда работники во время приостановления работы в период проведения выборов имели право не приходить на работу. Суд отклонил указанные доводы истца, с чем судебная коллегия полагает возможным согласиться.
В соответствии с ч. 3 ст. 72.2 Трудового кодекса РФ под простоем понимается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера.
Трудовой кодекс РФ не содержит нормы, прямо указывающей, должен или нет работник во время простоя находиться на работе.
Однако, учитывая определение рабочего времени, данное в ст. 91 Трудового кодекса РФ, а также проанализировав виды времени отдыха, указанные в ст. 107 Трудового кодекса РФ, судебная коллегия находит правильным вывод суда о том, что время простоя является рабочим временем, а не временем отдыха, которое работник вправе использовать по своему усмотрению. Соответственно, в период простоя работники обязаны находиться на рабочих местах и исполнять те свои должностные обязанности, которые не связаны с причиной простоя (что, по существу, и подтвердила истец, указав в исковом заявлении, что находясь дома, она продолжала работать над будущими программами «Радио Тагила»). Право работника не находиться на рабочем месте в период простоя может быть закреплено в коллективном договоре, локальных нормативных актах работодателя, трудовом договоре, а также непосредственно в распоряжении об объявлении в организации простоя.
Аналогичная позиция по вопросу о необходимости присутствия работников на рабочем месте в период простоя высказана в письме Минздравсоцразвития России от 02.02.2009 N 22-2-2004, подготовленном Департаментом труда, заработной платы и социального партнерства. При этом в силу п. 6.6 Положения о Министерстве здравоохранения и социального развития Российской Федерации, утвержденном постановлением Правительства от 30.06.2004 N 321 и действовавшем на дату подготовки письма, указанный орган исполнительной власти был наделен полномочиями давать юридическим и физическим лицам разъяснения по вопросам, отнесенным к установленной сфере его деятельности.
Таким образом, работники в период простоя должны находиться на своем рабочем месте, если иное не установлено в коллективном или трудовом договоре, в локальном нормативном акте либо непосредственно в распоряжении об объявлении простоя. Отсутствие работника на рабочем месте в период простоя без надлежащего санкционирования руководством недопустимо и является нарушением трудовой дисциплины.
В соответствии с действующими у ответчика Правилами внутреннего трудового распорядка, утвержденными приказом директора Учреждения от 11.10.2013 N 6, любое отсутствие на рабочем месте, кроме случаев непреодолимой силы, допускается только с предварительного разрешения руководства персоналом. Отсутствие на рабочем месте без разрешения считается неправомерным. В случае неправомерного отсутствия на рабочем месте применяются дисциплинарные меры взыскания, предусмотренные настоящими правилами. Перечень случаев, когда работодателем может быть дано разрешение на оставление рабочего места, также предусмотрен Правилами внутреннего трудового распорядка, в указанном перечне такое основание для отсутствия работника на работе, как объявление в Учреждении времени простоя, отсутствует.
Поскольку ни локальными актами Учреждения, ни трудовым договором не предусмотрено право работника отсутствовать на рабочем месте в период простоя, в приказе N 14-п от 04.08.2017 указание на то, что истцу разрешается не присутствовать на рабочем месте во время объявленного простоя, также отсутствует, оснований для невыхода на работу в спорные даты по причине объявления простоя для редакции «Радио Тагила» у истца не имелось, а потому отсутствие истца на рабочем месте в дни простоя при непредоставлении ею доказательств уважительности причин такого отсутствия обоснованно квалифицировано работодателем как дисциплинарный проступок — прогул.
По изложенным выше мотивам доводы апелляционного представления прокурора о том, что поскольку приказом от 07.08.2017 N 14-П «О временном приостановлении работы» не установлена обязанность работников в период простоя находиться на рабочем месте, отсутствие истца на работе в период с 4 по 6 сентября 2017 г. не может быть расценено в качестве прогула, подлежат отклонению как несостоятельные и основанные на неверном толковании закона.
Предусмотренный ст. ст. 192, 193 Трудового кодекса РФ порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности ответчиком при увольнении истца нарушен не был, поскольку до издания оспариваемого приказа об увольнении от истца было затребовано письменное объяснение (л. д. 50), приказ об увольнении издан уполномоченным лицом (директором Учреждения О.), с соблюдением установленного законом срока, т.е. до истечения месяца со дня совершения истцом дисциплинарного проступка, с приказом об увольнении истец ознакомлена в день его вынесения, о чем в приказе имеется ее подпись.
Вопреки доводам апеллянта требования ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ, согласно которым при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, работодателем в данном случае соблюдены.
В соответствии с подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ отсутствие на рабочем месте без уважительных причин более 4-х часов подряд в течение рабочего дня, а тем более, в течение нескольких дней подряд (длящийся прогул), является грубым нарушением трудовой дисциплины и достаточным основанием для увольнения работника. Р. ранее дважды привлекалась к дисциплинарной ответственности за аналогичные нарушения трудовой дисциплины, что подтверждается материалами дела, в частности, приказами о наложении дисциплинарного взыскания по фактам отсутствия на рабочем месте без уважительных причин 26 и 27 января 2016 г. с 9:00 до 10:00, 04.07.2017 с 15:30 до 18:00 (л. д. 54, 57). Доводы истца о сложившейся практике невыхода работников Учреждения на работу в период простоя в связи с выборами не подтверждены никакими доказательствами, ответчиком данное обстоятельство в ходе рассмотрения дела не признавалось.
При таком положении, вывод суда об обоснованности применения работодателем к истцу за совершенный ею дисциплинарный проступок самой строгой меры дисциплинарного взыскания (увольнения) является правильным.
Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и нуждались в проверке, опровергали правильность выводов суда и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, апелляционное представление не содержит.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.
Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 18.12.2017 оставить без изменения, апелляционное представление заместителя прокурора Ленинского района г. Нижний Тагил Ж. — без удовлетворения.

Председательствующий
О.Г.КОЛЕСНИКОВА

Судьи
С.В.СОРОКИНА
Т.Л.РЕДОЗУБОВА

Задать вопрос

















*Для организаций Москвы и МО