Все новости законодательства
у вас на почте

Подпишитесь на рассылки

Все новости законодательства в вашей электронной почте

Подпишитесь на наши рассылки

Апелляционное определение суда Чукотского автономного округа от 26.01.2017 № 33-4/2017

СУД ЧУКОТСКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 января 2017 г. по делу N 33-4/2017

Судья суда 1 инстанции
Кодес А.В.                                                                                                                                   N 2-3/2016

Судебная коллегия по гражданским делам суда Чукотского автономного округа в составе
председательствующего Калининой Н.Л.,
судей Цвелева С.А., Зиновьева А.С.,
при секретаре А.,
с участием ответчика Д.А.А. и представителя ответчика Ю.Р. адвоката Федорова А.А. по назначению,
рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Анадыре гражданское дело по апелляционной жалобе истца Т.Г.М. на решение Анадырского городского суда от <дата>, которым постановлено:
«отказать в полном объеме в удовлетворении исковых требований Т.Г.М. к Д.А.А. и Ю.Р. о признании недействительным заключенного Ю.Р. и Д.А.А. <дата> договора купли-продажи квартиры <адрес>, о применении к этому договору последствий недействительности ничтожной сделки в виде истребования квартиры <адрес> у Д.А.А. и ее возвращении в собственность Т.Г.М., о признании недействительным выданного Д.А.А. свидетельства о государственной регистрации права собственности на это жилое помещение и о погашении в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи N от <дата> о праве собственности последнего на указанное жилое помещение».
Заслушав доклад судьи Зиновьева А.С., судебная коллегия

установила:

Т.Г.М. обратился в Анадырский городской суд к ответчикам Ю.Р. и Д.А.А. с исковым заявлением, в котором просил со ссылкой на статьи 169, 177, 179, 974 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) признать недействительным договор купли-продажи принадлежащей ему на праве собственности <адрес>, заключенный <дата> представителем продавца по доверенности Ю.Р. и покупателем Д.А.А., по следующим основаниям:
— в связи с его (истца) неспособностью, как на момент выдачи Ю.Р. доверенности, так и на момент заключения Ю.Р. договора купли-продажи, понимать значение своих действий и руководить ими (ст. 177 ГК РФ);
— в связи с тем, что договор был заключен под влиянием обмана истца, злонамеренного соглашения представителя Ю.Р. и покупателя Д.А.А. на крайне невыгодных для истца условиях по заниженной цене (ст. 179 ГК РФ);
— в связи с неисполнением Ю.Р. обязанности передать ему (истцу) все полученное по сделке, то есть по причине безденежности договора купли-продажи (ст. 974 ГК РФ);
— как сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК РФ).
Также истец просил признать недействительным выданное Д.А.А. свидетельство о государственной регистрации права собственности на проданную квартиру, погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи от <дата> N о праве собственности Д.А.А. на квартиру, применить последствия недействительности сделки и возвратить ему указанную квартиру.
<дата> в Анадырский городской суд поступило дополнение к иску, в котором истец и его законный представитель указали, что договор купли-продажи квартиры подлежит признанию недействительным как притворная сделка (ст. 170 ГК РФ) (т. 2, л.д. 245).
В обоснование исковых требований Т.Г.М. сослался на то, что он являлся собственником <адрес>. <дата> Ю.Р. обманным путем оформил на себя через нотариуса доверенность, уполномочивающую его продать квартиру, принадлежащую истцу. Действуя на основании указанной доверенности, Ю.Р. <дата> продал квартиру истца Д.А.А. за <данные изъяты>, указав при этом в договоре купли-продажи, что квартира продана за <данные изъяты>. Никаких денежных средств за квартиру Ю.Р. ему не передал. Намерений продавать квартиру у него (истца) не было. О том, что квартира продана, он (истец) узнал только от своей матери в <адрес>, куда его, находящегося в беспомощном состоянии, <дата> отправил Ю.Р. На момент выдачи доверенности и заключения договора купли-продажи квартиры он (истец) не мог отдавать себе отчет по совершаемой сделке купли-продажи жилья, понимать значение своих действий и руководить ими в силу тяжелого психического заболевания, в связи с чем считает, что доверенность и сделка купли-продажи спорной квартиры являются недействительными.
В процессе рассмотрения судом первой инстанции настоящего гражданского дела решением <дата> истец Т.Г.М. был признан недееспособным (т. 2, л.д. 103-104). Приказом <данные изъяты> от <дата> опекуном Т.Г.М. назначена его мать Т.Е.И. (т. 2, л.д. 142).
По заявленным исковым требованиям судом первой инстанции постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней Т.Г.М. и его законный представитель Т.Е.И., ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, неправильное определение имеющих юридическое значение обстоятельств по делу и неправильную оценку представленных доказательств, просят решение суда первой инстанции отменить (т. 3, л.д. 126-127, 131-133, 149, 152-153, 174, 176).
Возражений на апелляционную жалобу от ответчиков и третьего лица не поступило.
Истец Т.Г.М. и его законный представитель Т.Е.И., будучи надлежащим образом уведомленными о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, о причинах неявки в известность суд не поставили, ходатайство об отложении рассмотрения дела не заявили.
Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Магаданской области и Чукотскому АО, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела, явку своего представителя в суд не обеспечило, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовало.
В судебном заседании ответчик Д.А.А. и представитель ответчика Ю.Р., место жительства которого не известно, по назначению суда адвокат Федоров А.А. возражали против доводов апелляционной жалобы и ее дополнений, просили решение суда первой инстанции оставить в силе.
Изучив материалы дела, оценив имеющиеся в нем доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, проверив решение суда в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Отказывая Т.Г.М. в удовлетворении его исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом пропущен установленный срок исковой давности по требованию о признании договора купли-продажи от <дата> недействительным, как оспоримой сделки. При этом суд не усмотрел уважительных причин пропуска истцом указанного срока.
Помимо этого, суд первой инстанции разрешил названное требование по существу, указав, что согласно результатам стационарной судебно-психиатрической экспертизы в день выдачи <дата> доверенности на имя Ю.Р. на куплю-продажу квартиры Т.Г.М. находился в состоянии, при котором он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, на вопрос о его состоянии в день заключения договора купли-продажи квартиры <дата> ответить невозможно в связи с отсутствием достаточных объективных данных. Учитывая, что Т.Г.М. самостоятельного требования о признании доверенности недействительной не заявлял, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор купли-продажи от <дата> заключен уполномоченным на то лицом на основании доверенности, которая в установленном законом порядке не была отозвана или признана недействительной, в связи с чем отсутствуют правовые основания для признания указанного договора недействительным по мотивам нахождения истца на момент выдачи доверенности в состоянии, при котором он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
Также суд первой инстанции в решении сослался на то, что истцом не представлены доказательства наличия иных, заявленных Т.Г.М. оснований для признания оспоримой сделки недействительной и отсутствуют основания для применения последствий недействительности ничтожной сделки по доводам, приведенным истцом.
Вывод суда первой инстанции о том, что Т.Г.М. самостоятельного требования о признании доверенности от <дата>, выданной им на имя Ю.Р., недействительной не заявлял, судебная коллегия находит противоречащим материалам дела, а довод апелляционной жалобы истца и его законного представителя о необоснованности данного вывода — заслуживающим внимание.
В соответствии с пунктом 4 части 2 статьи 131 ГПК РФ в исковом заявлении должно быть указано, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца и его требования.
При этом предписаний относительно структуры искового заявления статья 131 ГПК РФ не содержит.
Как следует из текста искового заявления, Т.Г.М. в заключительной части искового заявления просит признать недействительным договор купли-продажи квартиры, как совершенный по недействительной доверенности. При этом в описательной части иска Т.Г.М. неоднократно указывает на недействительность доверенности на продажу квартиры, на то, что данную доверенность надлежит признать недействительной (т. 1, л.д. 2).
Исходя из формулировки заявленного требования и позиции истца, изложенной в исковом заявлении, судебная коллегия приходит к выводу, что Т.Г.М. заявлено, как самостоятельное, требование о признании недействительной нотариально удостоверенной доверенности от <дата> N, выданной Т.Г.М. Ю.Р., которой он уполномочил Ю.Р. продать на сумму и на условиях по своему усмотрению принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по <адрес>.
Несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела в силу пункта 3 части 1 статьи 330 ГПК РФ является основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке.
Принимая во внимание, что все юридически значимые обстоятельства спора установлены судом первой инстанции в полном объеме на основании имеющихся в деле доказательств, с которыми стороны ознакомлены, судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции, находит возможным принять новое решение по исковым требованиям Т.Г.М., не передавая дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 185 ГК РФ в редакции от 06.12.2011, действующей на момент выдачи Т.Г.М. доверенности Ю.Р., доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами. Доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Данные положения в их взаимосвязи с нормами статей 153 — 156 ГК РФ свидетельствуют о том, что выдача доверенности является односторонней сделкой.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.
Как установлено судом первой инстанции и не оспаривалось сторонами, <дата> Т.Г.М. выдал доверенность Ю.Р. на продажу своей квартиры, расположенной по <адрес> (т. 1, л.д. 49).
На основании указанной доверенности <дата> Ю.Р. от имени Т.Г.М. заключил договор купли-продажи указанной квартиры с Д.А.А. (т. 1, л.д. 51-54), на основании которого <дата> в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесена запись о регистрации права собственности Д.А.А. на спорную квартиру с обременением в виде ипотеки в силу закона (т. 1, л.д. 88). <дата> Д.А.А. выдано свидетельство о праве собственности на спорную квартиру без обременений (т. 1, л.д. 89).
Из заключения стационарной судебно-психиатрической экспертизы от <дата> N следует, что в день выдачи доверенности Т.Г.М. находился в состоянии, при котором он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими (т. 2, л.д. 228-236).
Факт нахождения Т.Г.М. на момент выдачи доверенности Ю.Р. в состоянии, при котором он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, является основанием в соответствии с вышеприведенными нормами пп. 1, 2 ст. 177 ГК РФ для признания этой доверенности недействительной.
Недействительность доверенности влечет недействительность и совершенного на ее основании договора купли-продажи квартиры, расположенной по <адрес>.
Ответчик Д.А.А. в суде первой инстанции заявил о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании недействительной оспариваемой сделки (т. 1, л.д. 75-78).
Суд первой инстанции данное заявление удовлетворил, не усмотрев уважительных причин для удовлетворения ходатайства истца о восстановлении срока.
Судебная коллегия находит данный вывод суда не соответствующим обстоятельствам дела, им установленным, а довод апелляционной жалобы истца и его представителя о наличии уважительных причин для восстановления пропущенного срока на подачу иска о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, как оспоримой сделки, — заслуживающим внимание.
Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В силу ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, относится к категории оспоримых сделок.
Срок исковой давности по требованиям о признании оспоримых сделок недействительными и о применении последствий их недействительности составляет один год, а начало течения срока исковой давности по указанным требованиям закон определяет днем, когда лицо узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ).
Из искового заявления Т.Г.М. следует, что о продаже квартиры он узнал только от своей матери Т.Е.И. в <адрес> после получения ответов на ее запросы в полицию, прокуратуру, Администрацию ГО Анадырь (т. 1, л.д. 1-4).
Достоверно установить даты получения этих ответов по материалам настоящего гражданского дела не представляется возможным, в связи с чем судебная коллегия находит правильным вывод суда первой инстанции о том, что при таких обстоятельствах начало течения срока исковой давности по указанным выше требованиям следует исчислять с того дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, приведенных им в качестве оснований для признания договора недействительным. Учитывая, что ранее Т.Г.М. неоднократно обращался в Анадырский городской суд с аналогичными исковыми заявлениями, суд первой инстанции обоснованно определил начало течения срока исковой давности датой подписания Т.Г.М. первого искового заявления в суд, то есть <дата> (т. 3, л.д. 65-68). Следовательно, датой окончания течения срока исковой давности с учетом положений п. 1 ст. 192 ГК РФ является <дата>.
Исковое заявление Т.Г.М. к Д.А.А. и Ю.Р. сдано на почту <дата> (т. 1, л.д. 24) и поступило в Анадырский городской суд <дата> (т. 1, л.д. 1), то есть с пропуском срока исковой давности.
В силу статьи 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности.
В обоснование уважительности причин пропуска срока исковой давности Т.Г.М. и его законный представитель Т.Е.И. сослались на первоначальное обращение истца в суд с аналогичным иском в конце <дата>, то есть в пределах срока исковой давности, на неоднократное последующее предъявление им в суд этого же иска, который постоянно возвращался судом по различным основаниям, на наличие у Т.Г.М. тяжелого <данные изъяты> заболевания и его нахождение в беспомощном состоянии, которые препятствовали ему обратиться за судебной защитой в установленные законом сроки и с соблюдением необходимых процессуальных процедур, а также на последующее признание его недееспособным решением <данные изъяты> от <дата> (т. 2, л.д. 130-132).
Как усматривается из материалов дела, Т.Г.М. подавал исковые заявления в Анадырский городской суд неоднократно, а именно: <дата> (поступило в горсуд <дата>), <дата> (в электронном виде поступило в горсуд <дата>, на бумажном носителе — <дата>), <дата> (поступило в горсуд <дата>) (т. 3, л.д. 66-67, 72-74, 76-77, 82-84). Указанные исковые заявления, за исключением искового заявления, поступившего в электронном виде <дата> и возвращенного в связи с отсутствием подписи истца, сначала были оставлены без движения, а затем возвращены заявителю по причине невыполнения в установленный срок указаний судьи, в том числе о приложении к иску доверенности и договора купли-продажи квартиры, об оплате госпошлины (т. 3, л.д. 69-70, 71, 75, 78-80, 81, 85-86, 87). Ходатайства Т.Г.М. об истребовании судом данных документов и о рассрочке уплаты госпошлины оставлены без удовлетворения.
Определения судей об оставлении исков без движения и их возвращении Т.Г.М. в вышестоящую судебную инстанцию не обжаловал. Судом первой инстанции достоверно установлено и не оспаривалось сторонами, что в <дата> Т.Г.М. не работал, злоупотреблял спиртными напитками, часто повторялся, забывал, о чем говорит, был неадекватен, плохо передвигался, в последний год из дома не выходил, голодал, дверь в его квартире периодически вышибали, туалет не работал, квартира была в ужасном состоянии, в квартире постоянно жили посторонние лица (показания свидетеля П. — т. 2, л.д. 172-174); <дата> в день выдачи доверенности Ю.Р. Т.Г.М. находился в состоянии, при котором он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (заключение <данные изъяты> от <дата> N — т. 2, л.д. 228-236); при обследовании Т.Г.М. на МРТ <дата> выявлены <данные изъяты>, <дата> ему установлен <данные изъяты>, <дата> он направлен на медико-социальную экспертизу <данные изъяты>, <данные изъяты>, <дата> ему установлена N группа инвалидности <данные изъяты>, которая ежегодно продлевается (амбулаторная карта поликлиники <адрес>, справка <дата>, удостоверение <дата> — т. 1, л.д. 5, 6, 7); согласно заключению <данные изъяты> от <дата>, проведенной в рамках гражданского дела по заявлению о признании Т.Г.М. недееспособным, Т. обнаруживает <данные изъяты> Т.Г.М. в настоящее время способности понимать значение своих действий и руководить ими (т. 2, л.д. 78-81); решением <данные изъяты> от <дата> Т.Г.М признан <данные изъяты> (т. 2, л.д. 103-104).
Поэтапный, последовательный анализ вышеперечисленных доказательств, позволяющих в динамике проследить состояние здоровья Т.Г.М. за период <дата> до момента признания <данные изъяты> решением суда <дата>, очевидно свидетельствует о том, что <данные изъяты> Т.Г.М. в указанный промежуток времени не являлось нормальным и не имело тенденции к улучшению. В частности, из показаний допрошенного <дата> судом первой инстанции эксперта Б. следует, что, исходя из представленных материалов, ответить на вопрос, когда конкретно началось психическое заболевание Т.Г.М., не представляется возможным. Вероятно, по состоянию на <дата> год уже можно было диагностировать у Т.Г.М. органическое расстройство <данные изъяты> <данные изъяты> (т. 3, л.д. 55).
Таким образом, с учетом вышеприведенных доказательств, то обстоятельство, что эксперты не смогли ответить на вопрос о способности Т.Г.М. понимать значение своих действий и руководить ими в период с <дата> по <дата> из-за отсутствия достаточных объективных сведений о его <данные изъяты> состоянии в указанный период времени (т. 2, л.д. 228-236), не свидетельствует о том, что Т.Г.М. в указанные промежутки времени не страдал тяжелым заболеванием.
Факты подачи исковых заявлений в суд в <дата> также не свидетельствуют об улучшении состояния здоровья Т.Г.М. в указанные промежутки времени, поскольку все исковые заявления, подписанные Т.Г.М., изготовлены, исходя из имеющихся в них отметок, профессиональным юристом — адвокатом Бординовским В.Н. При этом некачественное оказание им Т.Г.М. юридической помощи, заключающееся в составлении исковых заявлений с нарушениями, не позволившими принять их к производству суда, не может быть поставлено в вину Т.Г.М., не имевшему возможности самостоятельно защитить свои права в силу <данные изъяты> состояния. Более того, на наличие <данные изъяты> заболевания, как на фактор, затрудняющий защиту прав Т.Г.М.., указывалось в каждом подаваемом исковом заявлении (т. 3, л.д. 66-67, 73-74, 76-77, 83-84).
Проанализировав изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что в течение всего периода срока исковой давности Т. страдал тяжелым заболеванием, в результате чего по объективным причинам пропустил этот срок для подачи настоящего иска в суд. Указанное тяжелое заболевание истца судебная коллегия признает уважительной причиной пропуска им срока исковой давности, а пропущенный Т.Г.М. срок подлежащим восстановлению.
Несоответствие вывода суда первой инстанции об отсутствии уважительных причин пропуска Т.Г.М. срока исковой давности установленным им обстоятельствам дела в свою очередь также в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ является основанием для отмены решения.
На основании вышеизложенного, руководствуясь нормами ст. 177 ГК РФ, коллегия приходит к выводу, что требования Т.Г.М. о признании недействительными нотариально удостоверенной доверенности на продажу квартиры от <дата>, выданной Т.Г.М. Ю.Р., и договора купли-продажи квартиры Т.Г.М. от <дата> подлежат удовлетворению.
Разрешая требования Т.Г.М. о применении к договору купли-продажи квартиры от <дата> последствий недействительности ничтожной сделки в виде истребования квартиры у Д.А.А. и возвращении ее в собственность Т.Г.М., о признании недействительным выданного Д.А.А. свидетельства о государственной регистрации права собственности на это жилое помещение и о погашении в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее — ЕГРП) записи от <дата> N о регистрации договора купли-продажи от <дата> и записи о праве собственности Д.А.А. на спорное жилое помещение, коллегия приходит к следующему.
В силу п. 3 ст. 177 ГК РФ, если сделка признана недействительной на основании данной статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 ГК РФ.
Как следует из абзаца второго пункта 1 статьи 171 ГК РФ, если сделка признана недействительной, каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре — возместить его стоимость.
Соответственно, принимая во внимание, что коллегия пришла к выводу о недействительности договора купли-продажи от <дата>, Т.Г.М. и Д.А.А., как стороны договора, должны возвратить друг другу все полученное по данному договору.
Таким образом, право собственности Д.А.А. на квартиру, расположенную по <адрес>, подлежит прекращению, выданное Д.А.А. свидетельство о государственной регистрации права собственности на это жилое помещение — признанию недействительным, право собственности на квартиру, расположенную по указанному адресу, признается за Т.Г.М.
Разрешая вопрос о размере возмещения Д.А.А. стоимости квартиры, судебная коллегия исходит из того, что судом первой инстанции достоверно установлено, что фактически квартира продана не за 800000 рублей, как указано в договоре купли-продажи от <дата>, а за <данные изъяты> (т. 1, л.д. 84).
При этом суд первой инстанции обоснованно руководствовался пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, согласно которому сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна (притворная сделка), а к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
При таких обстоятельствах в пользу Д.А.А. с Т.Г.М. надлежит взыскать <данные изъяты>.
Фактическое неполучение денег Т.Г.М. от Ю.Р. не является основанием для освобождения Т.Г.М. от обязанности вернуть денежные средства покупателю в порядке абзаца второго пункта 1 статьи 171 ГК РФ.
Из постановления следователя следственного отделения Межмуниципального отдела МВД России «Анадырский» от <дата> об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Ю.Р., Д.А.Ф., исследованного в судебном заседании суда апелляционной инстанции, следует, что Ю.Р. от имени Т.Г.М. внес в ОСП г. Анадыря УФССП России по Чукотскому АО в погашение задолженности по коммунальным платежам и алиментам, оплаты штрафа <данные изъяты>, а также приобрел Т.Г.М. авиабилеты по маршруту <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты>.
Неполучение оставшейся части денежных средств Т.Г.М. от Ю.Р. касается правоотношений, возникших между этими лицами, и не влечет негативных последствий для Д.А.А., который передал Ю.Р. денежные средства в полном объеме — <данные изъяты>.
Т.Г.М., как сторона сделки, признанной недействительной, на основании пункта 1 статьи 171 ГК РФ обязан вернуть Д.А.А. уплаченные им денежные средства.
Относительно требований о погашении записей в ЕГРП судебная коллегия исходит из следующего.
Как разъяснено в абзаце втором пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.
Следовательно, признание договора купли-продажи квартиры от <дата> недействительным и возвращение сторон в первоначальное положение является основанием для внесения изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в том числе для погашения записей о регистрации договора купли-продажи от <дата> и о праве собственности Д.А.А. на спорное жилое помещение.
В связи с вышеизложенным судебная коллегия не входит в обсуждение других доводов апелляционной жалобы, как не имеющих правового значения для правильного разрешения дела.
Изложенные в исковом заявлении Т.Г.М. требования о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, как сделки, заключенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК РФ), поскольку в отношении Т.Г.М. совершено уголовное преступление, предусмотренное частью 4 статьи 159 УК РФ (мошенничество), и по мотиву того, что между Ю.Р. и Д.А.А. наличествовал явный сговор для обмана беззащитного <данные изъяты> больного Т.Г.М., удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.
Решение вопроса о наличии или отсутствии в действиях лиц, совершивших сделку, признаков состава преступления находится вне компетенции суда, рассматривающего дело в порядке гражданского судопроизводства. Вышеуказанные утверждения истца являются лишь его предположениями, не получившими своего подтверждения ни при рассмотрении дела судом первой инстанции, ни при проведении органами уголовного преследования в порядке статей 144 — 145 УПК РФ проверки заявления Т.Е.И. о совершении в отношении ее сына преступления.
Так, постановлением следователя следственного отделения Межмуниципального отдела МВД России «Анадырский» от <дата> по материалам проверки сообщения о преступлении: о противоправных действиях в отношении Т.Г.М., поступившего <дата> в дежурную часть МОМВД России «Анадырский» от гражданки Т.Е.И., в возбуждении уголовного дела отказано за отсутствием в действиях Ю.Р. состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 УК РФ.
При этом, исходя из текста данного постановления, на основании совокупности собранных материалов проверки установить в действиях Ю.Р. преступный умысел, направленный на хищение денежных средств, принадлежащих Т.Г.М., путем обмана или злоупотребления доверием не представилось возможным.
В действиях Д.А.А. отсутствует состав какого-либо преступления, так как в вышеуказанном случае он является добросовестным приобретателем (статья 302 ГК РФ), то есть не знал и не мог знать о том, что имущество приобретается им у лица, не имеющего права его отчуждать.
По иным основаниям сделки, как совершенные с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья 169 ГК РФ), могут быть квалифицированы только в тех случаях, если они нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми (пункт 85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»), а таких обстоятельств по данному делу не установлено.
В связи с изложенным договор купли-продажи квартиры от <дата> не может быть признан недействительным по иным, кроме предусмотренных статьей 177 ГК РФ, приведенным в исковом заявлении основаниям.
В соответствии с частью 3 статьи 98 ГПК РФ в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.
Госпошлина, которая подлежала уплате при подаче иска на сумму <данные изъяты> и заявленного требования неимущественного характера, не подлежащего оценке, составляет в соответствии с подпунктами 1, 3 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ <данные изъяты>
При подаче иска истец частично уплатил госпошлину в размере <данные изъяты>.
Таким образом, с Ю.Р. и Д.А.А. надлежит взыскать с каждого по <данные изъяты> в пользу истца и по <данные изъяты> — в доход бюджета городского округа Анадырь.
При подаче апелляционной жалобы истец уплатил госпошлину в размере <данные изъяты>. Поскольку апелляционная жалоба удовлетворена, с ответчиков надлежит взыскать в его пользу по <данные изъяты> с каждого.
Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Анадырского городского суда Чукотского автономного округа от <дата> по настоящему делу отменить.
Исковые требования Т.Г.М. к Д.А.А. и Ю.А. удовлетворить.
Признать недействительной нотариально удостоверенную доверенность N от <дата>, выданную Т.Г.М. Ю.Р., которой он уполномочил Ю.Р. продать на сумму и на условиях по своему усмотрению принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по <адрес>.
Признать недействительным договор купли-продажи квартиры <адрес> от <дата>, заключенный между Т.Г.М., от имени которого по доверенности N от <дата> действовал Ю.Р., и Д.А.А.
Признать недействительным выданное Д.А.А. свидетельство о государственной регистрации права собственности на квартиру <адрес> от <дата>.
Прекратить право собственности Д.А.А. на квартиру <адрес>, кадастровый номер N.
Признать за Т.Г.М. право собственности на квартиру <адрес> площадью <данные изъяты>, кадастровый номер <данные изъяты>
Указанное решение является основанием для внесения соответствующих записей в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в том числе о погашении записи о регистрации договора купли-продажи квартиры N от 22.05.2012 и о погашении записи о праве собственности Д.А.А. на квартиру, расположенную по <адрес>, N от <дата>.
Взыскать с Т.Г.М. в пользу Д.А.А. <данные изъяты>.
Взыскать с Ю.А. и Д.А.А. в пользу Т.Г.М. понесенные им расходы по уплате госпошлины по <данные изъяты> с каждого.
Взыскать с Ю.Р. и Д.А.А. в доход бюджета городского округа Анадырь государственную пошлину в размере по <данные изъяты> с каждого.
Апелляционную жалобу истца Т.Г.М. и его законного представителя Т.Е.И. удовлетворить.

Председательствующий
Н.Л.КАЛИНИНА

Судьи
С.А.ЦВЕЛЕВ
А.С.ЗИНОВЬЕВ

——————————————————————

Задать вопрос

















*Для организаций Москвы и МО