СЕДЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 декабря 2024 г. N 88-23227/2024
Дело N 2-63/2024
УИД 74RS0007-01-2023-004407-95
Мотивированное определение изготовлено 26 декабря 2024 года.
Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Козиной Н.М.,
судей Жуковой Н.А., Ложкаревой О.А.,
при участии прокурора Павловой О.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-63/2024 по иску К.Н. к обществу с ограниченной ответственностью «Челябинский городской электрический транспорт» о признании акта незаконным, признании несчастного случая связанным с производством, обязании составить акт, взыскании расходов на погребение, компенсации морального вреда,
по кассационной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Челябинский городской электрический транспорт» на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 22 октября 2024 года.
Заслушав доклад судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции Козиной Н.М. об обстоятельствах дела, о принятых по делу судебных постановлениях, доводах кассационной жалобы, выслушав объяснения представителя общества с ограниченной ответственностью «Челябинский городской электрический транспорт» В., поддержавшей доводы жалобы, объяснения истца К.Н., возражавшей против удовлетворения жалобы, заключение прокурора пятого отдела апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Павловой О.А. об оставлении судебного постановления без изменения, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции
установила:
К.Н. обратилась в суд с иском (с учетом изменений) к обществу с ограниченной ответственностью «Челябинский городской электрический транспорт» (далее по тексту — ООО «Челябинский городской электрический транспорт», ООО «ЧГЭТ») о признании незаконным и отмене акта о расследовании несчастного случая от 03 апреля 2023 года, признании несчастного случая произошедшего с <данные изъяты>., связанным с производством, возложении обязанности составить акт по форме Н-1, взыскании расходов на погребение в размере 46 862 руб., компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб.
В обоснование исковых требований указала, что <данные изъяты> с 01 июля 2017 года работал в ООО «Челябинский городской электрический транспорт» в должности водителя троллейбуса, стаж работы в данной организации 5 лет 7 месяцев. 18 марта 2023 года в 22 часа 35 минут во время рейса на троллейбусном маршруте N 1 на остановке «Дворец спорта Юность» когда переставлял штангу почувствовал себя плохо, впоследствии умер. Согласно справке о смерти N С-03089 от 21 марта 2023 года, причина смерти: <данные изъяты> <данные изъяты> являлся ее супругом. В период с 20 марта 2023 года по 03 апреля 2023 года, ответчиком было проведено расследование случая, произошедшего с <данные изъяты> По итогам расследования, составлен акт от 03 апреля 2023 года, согласно которому, смерть К.А.В. квалифицирована как несчастный случай, не связанный с производством, не подлежащий учету и регистрации в ООО «Челябинский городской электрический транспорт» и оформлению акта формы Н-1, поскольку смерть <данные изъяты> наступила в результате заболевания. С данным актом не согласна, поскольку смерть <данные изъяты> связана с чрезмерной нагрузкой на работе, работой в выходные дни, сверхурочно, частым совмещением работы водителя троллейбуса и работы кондуктора, в связи с чем, несчастный случай следует квалифицировать как несчастный случай на производстве. Смерть супруга является невосполнимой утратой для нее. В связи со смертью супруга, она потеряла покой, испытывает чувство скорби, душевной боли, переживания и страдания, связанные с потерей близкого и любимого человека. В связи со смертью супруга, состояние здоровья ее ухудшилось, вынуждена обращаться в медицинские учреждения за консультацией и лечением. Она является инвалидом <данные изъяты> группы, испытывает депрессию, имеются проблемы с сердцем и сном, появились головные боли, высокое артериальное давление и другие проблемы со здоровьем.
Решением Курчатовского районного суда г. Челябинска от 03 апреля 2024 года в удовлетворении исковых требований К.Н. к ООО «Челябинский городской электрический транспорт» отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 22 октября 2024 года, решение Курчатовского районного суда г. Челябинска от 03 апреля 2024 года отменено и вынесено новое решение, которым акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 03 апреля 2023 года, произошедшего с <данные изъяты> признан незаконным; несчастный случай со смертельным исходом, произошедший 18 марта 2023 года с <данные изъяты> признан связанным с производством; на ООО «Челябинский городской электрический транспорт» возложена обязанность составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем 18 марта 2023 года с <данные изъяты>.; с ООО «Челябинский городской электрический транспорт» в пользу К.Н. взыскана компенсация морального вреда 1 000 000 руб., расходы на погребение 19 337 руб. 50 руб.
С ООО «Челябинский городской электрический транспорт» взыскана государственная пошлина в доход местного бюджета 1 074 руб.
С ООО «Челябинский городской электрический транспорт» в пользу экспертного учреждения Федерального бюджетного учреждения науки Федерального научного центра медико-профилактических технологий Управления рисками здоровью населения в счет оплаты экспертизы взыскано 16 639 руб.
В кассационной жалобе ООО «Челябинский городской электрический транспорт» ставит вопрос об отмене апелляционного определения, ссылаясь на его незаконность.
В возражениях на кассационную жалобу прокурор Челябинской области просит оставить ее без удовлетворения.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке. Информация о рассмотрении дела заблаговременно была размещена на официальном сайте Седьмого кассационного суда общей юрисдикции. В судебное заседание суда кассационной инстанции не явились представители Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области, Государственной инспекции труда в Челябинской области, К.А.А., сведения о причинах неявки не представили. Судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Обсудив доводы кассационной жалобы, изучив материалы гражданского дела, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения судебного постановления.
В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Судебная коллегия Седьмого кассационного суда общей юрисдикции приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанций не были допущены такого рода нарушения норм материального или норм процессуального права.
Судами установлено и следует из материалов дела, что супруг истца <данные изъяты>., <данные изъяты> года рождения, с 01 июля 2017 года состоял в трудовых отношениях с ООО «Челябинский городской электрический транспорт» в должности водителя троллейбуса 2 класса.
Согласно карте специальной оценки условий труда водителей троллейбуса (БТЗ) N 01.02.02.03А от 31 августа 2017 года, условия труда водителя троллейбуса отнесены к вредным условиям труда, установлен итоговый класс (подкласс) условий труда 3.1 (условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, после воздействия которых измененное функциональное состояние организма работника восстанавливается, как правило, при более длительном, чем до начала следующего рабочего дня (смены), прекращении воздействия данных факторов, и увеличивается риск повреждения здоровья).
Согласно карте специальной оценки условий труда водителей троллейбуса N 133А от 19 августа 2022 года, условия труда <данные изъяты>. как водителя троллейбуса отнесены к вредным условиям труда, установлен итоговый класс (подкласс) условий труда 3.2.
<данные изъяты> года <данные изъяты> умер при исполнении трудовых обязанностей.
Согласно акту судебно-медицинского исследования N 1255 составленному 07 апреля 2023 года Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», смерть К.А.В., <данные изъяты> года рождения наступила от <данные изъяты> Каких-либо механических повреждений костей скелета и внутренних органов, могущих обусловить смерть или способствовать ее наступлению, при исследовании не обнаружено, этиловый спирт в крови не обнаружен, какие-либо наркотические лекарственные препараты в крови не обнаружены.
Согласно справке о смерти N А-0408 от 17 апреля 2023 года, смерть <данные изъяты> наступила в результате <данные изъяты>
03 апреля 2023 года по результатам расследования несчастного случая, происшедшего с <данные изъяты> комиссией, созданной по приказу работодателя, составлен акт о расследовании группового несчастного случая (легкого несчастного случая, тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) по форме N 5, которым установлены следующие обстоятельства. 18 марта 2023 года <данные изъяты> работал во вторую смену по расписанию с выездом с конечной станции «Молдавская» в 14 часов 55 минут (обед 18 часов 05 минут) до 23 часов 42 минут, на троллейбусе инв. N 1085 по маршруту N 12 без кондуктора. В 21 час 45 минут согласно путевому листу, троллейбус инв N 1085 выехал с конечной станции АМЗ в 22 часа 18 минут проехал перекресток Свердловский проспект с ул. Труда на разрешающий сигнал светофора, включил указатель поворота налево, проехал автоматическую стрелку, при въезде в разворотное кольцо на кривом держателе с контактного провода сошли оба токоприемника троллейбуса. Троллейбус остановился в крайнем правом ряду разворотного кольца, водитель троллейбуса <данные изъяты> вышел на проезжую часть без сигнального жилета, начал скидывать с крышевой лестницы веревки штанг. При сходе правый токоприемник развернуло на большой угол в горизонтальной оси, что затрудняло скольжение кольца по токоприемнику, стоящему вертикально. Для отпускания токоприемника потребовалось применение большего усилия, в связи с чем, водитель троллейбуса <данные изъяты> не смог справиться самостоятельно, упал. В 22 часа 36 минут подъехал автомобиль скорой медицинской помощи. Работники скорой медицинской помощи по окончании реанимационных мероприятий констатировали смерть <данные изъяты>.
В пунктах 8.2, 8.2, 10, 11 данного акта указан вид происшествия — воздействие других неклассифицированных травмирующих факторов — естественная смерть. Причина смерти — <данные изъяты> Лица ответственные за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных актов комиссией не установлено. Данный случай произошедший с <данные изъяты> квалифицирован как несчастный случай, не связанный с производством, не подлежащий учету и регистрации в ООО «Челябинский городской электрический транспорт» и оформлению акта формы Н-1.
По результатам прохождения <данные изъяты> периодических медицинских осмотров (обследований) от 23 июня 2017 года ООО «Медицинские осмотры» г. Челябинск, от 18 июня 2019 года ООО «Медицинские осмотры» г. Челябинск, от 15 февраля 2023 года АО «МЦ «Гиппократ» г. Челябинск, не установлено медицинских противопоказаний к работе с вредными и (или) опасными производственными факторами для управления транспортным средством.
Согласно решению комиссии врачей — психиатров по обязательному психиатрическому освидетельствованию N 1878 от 11 июля 2022 года, медицинские психиатрические противопоказания водителя троллейбуса отсутствуют.
На экспертизу профпригодности <данные изъяты> не направлялся.
Согласно журналам регистрации медицинских осмотров предрейсовых водителей, журналам регистрации медицинских осмотров послерейсовых водителей, показаниям свидетелей <данные изъяты> (фельдшер), <данные изъяты> (фельдшер), допрошенных в судебном заседании от 15 декабря 2023 года, <данные изъяты> перед сменой и после смены, проходил медицинские осмотры, давление было в пределах нормы, жалоб не было, в том числе: 18 марта 2023 <данные изъяты> прошел предрейсовый медицинский осмотр, жалоб не было температура 36° C, давление 112/72.
<данные изъяты> в период работы у ответчика давал в письменной форме согласие на привлечение его к работе в выходные дни, к сверхурочной работе, в том числе в выходной день 19 февраля 2023 года.
Судами на основании медицинских документов представленных истцом и медицинскими учреждениями по запросу суда установлено, что на учете у кардиолога, невролога, <данные изъяты> не состоял, с декабря 2012 года установлен диагноз — <данные изъяты>, 19 июля 2022 года — <данные изъяты>, 07 марта 2023 года — <данные изъяты>. С 22 февраля 2023 года — по 07 марта 2023 года — <данные изъяты>. 22 февраля 2023 года — вызов бригады скорой медицинской помощи, <данные изъяты>, от госпитализации отказался. 03 марта 2023 года — жалобы на боли в груди и под левой лопаткой при физической нагрузке, длительностью до 30 минут, кардиологически трудоспособен, рекомендовано долечивание у терапевта (ОРВИ).
По ходатайству истца К.Н., определением Курчатовского районного суда г. Челябинска от 20 декабря 2023 года, по делу назначена судебная экспертиза связи заболевания с профессией, производство экспертизы поручено Федеральному бюджетному учреждению науки «Федеральный научный центр медико-профилактических технологий управления рисками здоровью населения Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителя и благополучия человека» (<…>).
Согласно заключению экспертов Федерального бюджетного учреждения науки «Федеральный научный центр медико-профилактических технологий управления рисками здоровью населения Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителя и благополучия человека», составленному по результатам экспертизы, <данные изъяты>, развившейся у <данные изъяты> в результате постинфарктного <данные изъяты> не находится в причинно-следственной связи с условиями работы <данные изъяты> в ООО «Челябинский городской электрический транспорт», с учетом его возраста и состояния здоровья. Экспертом установлено, что у К.А.В. имелся ряд заболеваний: <данные изъяты>.
Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 227 — 230, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, исходил из того, что причиной смерти <данные изъяты> является заболевание, которое не было выявлено по результатам прохождения медицинских осмотров, <данные изъяты> обоснованно был допущен работодателем к исполнению трудовых обязанностей, на экспертизу профпригодности не направлялся, при прохождении медосмотра до рейса и после рейса, <данные изъяты> жалоб на состояние здоровья не высказывал, доказательств, подтверждающих, что <данные изъяты> ставил в известность работодателя — ООО «Челябинский городской электрический транспорт» о том, что у него имеются заболевания (<данные изъяты>) не представлено, следовательно, вывод работодателя о том, что несчастный случай с работником не связан с производством является верным.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании незаконным составленного работодателем акта от 03 апреля 2023 года, признании несчастного случая, произошедшего 18 марта 2023 года, связанным с производством, возложении обязанности составить акт по форме Н-1, и, как следствие, взыскании в пользу истца расходов на погребение и компенсации морального вреда.
Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции.
В обоснование своих требований к ООО «Челябинский городской электрический транспорт» истец К.Н. ссылалась на причинно-следственную связь между неудовлетворительными условиями ее супруга (сверхурочная работа, отсутствие полноценного отдыха) и его смертью.
Поскольку вопросы, направленные на установление данных обстоятельств, не были поставлены перед экспертом при назначении экспертизы судом первой инстанции, судом апелляционной инстанции по ходатайству истца была назначена по делу дополнительная судебная экспертиза.
В соответствии с выводом экспертов, указанным в заключении, составленном Федеральным бюджетным учреждением науки «Федеральный научный центр медико-профилактических технологий управления рисками здоровью населения Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителя и благополучия человека» случай <данные изъяты> не находится в причинно-следственной связи с выполнением работ сверх нормальной продолжительности рабочего времени, переутомлением и отсутствием полноценного отдыха в период работы <данные изъяты> в ООО «Челябинский городской электрический транспорт» и до дня его смерти.
Вместе с тем в исследовательской части заключения экспертами установлено, что с 2012 года кардиологом <данные изъяты> был выставлен диагноз: <данные изъяты>
С 27 января по 04 февраля 2021 года <данные изъяты> проходил стационарное лечение с основным диагнозом: <данные изъяты>.
Характерные для ишемической болезни жалобы были предъявлены <данные изъяты> на приеме 03 марта 2023 года, АД 174/98.
Отменяя решение суда первой инстанции, принимая новое решение о частичном удовлетворении требований, суд апелляционной инстанции, руководствуясь также статьями 227 — 230 Трудового кодекса Российской Федерации, исходил из того, что у <данные изъяты>. имелся диагноз основной: <данные изъяты>
В соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 января 2021 N 29н «Об утверждении Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных частью четвертой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации, перечня медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работам, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры» (далее — Порядок N 29н), артериальная гипертензия II стадии и выше (у <данные изъяты>) является противопоказанием к управлению наземными транспортными средствами, в связи с чем <данные изъяты> по состоянию здоровья не мог выполнять свою трудовую функцию.
Исследовав и оценив медицинскую документацию, согласно которой <данные изъяты> в период работы у ответчика неоднократно обращался за медицинской помощью в связи с имеющейся у него <данные изъяты>; справку о количестве дней нетрудоспособности <данные изъяты> в соответствии с которой у работника имелось ежегодно несколько периодов нетрудоспособности, в том числе в 2021 году — в январе, феврале, марте, июле, августе, сентябре, октябре, ноябре, в 2022 году — в январе, апреле, мае, июле, октябре, ноябре, в 2023 году — в феврале и марте; сведения о количестве сверхурочно отработанных часов за весь период работы, представленные ООО «Челябинский городской электрический транспорт», из которых следует, что <данные изъяты> в 2020 году отработал сверхурочно всего 66,27 часов (в феврале, мае, июне, июле, августе, сентябре, октябре), в 2021 году — всего 33,38 часов (в марте, апреле, июле, августе, декабре), в 2022 году — всего 85,39 часов (в январе, июне, июле, августе, сентябре, октябре, ноябре), в феврале 2023 года отработано сверхурочно 22,14 часов; журнал регистрации предрейсовых медицинских осмотров за 2022 и 2023 годы, из которого следует, что <данные изъяты> предъявлял жалобы на состояние здоровья, а также у него фиксировалось повышенное давление; журнал учета направлений в медицинское учреждение, согласно которому <данные изъяты> направлялся работодателем на лечение с диагнозом <данные изъяты> 22 июля 2021 года (указано артериальное давление 226/120), также с диагнозом <данные изъяты> <данные изъяты> был направлен в медицинское учреждение 23 июля 2021 года (указано артериальное давление 200/110), 30 октября 2021 года, 12 ноября 2021 года (указано артериальное давление 190/90), 16 ноября 2021 года (указано артериальное давление 182/86), 06 сентября 2022 года указано артериальное давление 175/120), 27 сентября 2022 года, 10 января 2023 года. В эти же даты <данные изъяты> был отстранен от работы, что указано в журнале отстранения от рейсов с указанием диагноза, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что работодателю было достоверно известно о наличии у <данные изъяты> заболевания, являющегося противопоказанием к управлению наземными транспортными средствами в соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 января 2021 N 29н. — <данные изъяты>
Руководствуясь пунктом 40 вышеуказанного приказа Минздрава России от 28 января 2021 года N 29н, статьей 214 Трудового кодекса Российской Федерации, и установив, что пять лет работы у ответчика во вредных условиях труда истекли у <данные изъяты> 01 июля 2022 года, ответчику было достоверно известно о том, что у работника имеется заболевание, препятствовавшее выполнению трудовой функции, в 2021 и 2022 году у работника имелись длительные периоды нетрудоспособности, работодатель не направил работника на прохождение внеочередного медицинского осмотра, а также не направил работника на прохождение медицинского осмотра в центре профпатологии, несмотря на то, что обязанность по организации медицинских осмотров возложена на работодателя, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что прохождение <данные изъяты> медицинского осмотра в ООО «Гиппократ» в 2023 году по направлению ответчика правового значения не имеет.
Поскольку работодателем не осуществлен надлежащий контроль за состоянием здоровья <данные изъяты> и надлежащий контроль за функционированием системы охраны труда в организации, работодатель не направил работника на прохождение внеочередного медицинского осмотра, а также не направил работника на прохождение медицинского осмотра в центре профпатологии, достоверно зная, что у работника имеется заболевание, препятствовавшее выполнению трудовой функции, допустил такого работника к исполнению трудовых обязанностей, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что данные обстоятельства привели к произошедшему с работником несчастному случаю, связанному с производством, со смертельным исходом.
Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции указал, что несчастный случай, произошедший с <данные изъяты> может быть квалифицирован как несчастный случай на производстве, поскольку несчастный случай произошел в течение рабочего времени, при исполнении трудовых обязанностей в месте выполнения работы, с работником, застрахованным от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Работодатель при проведении расследования несчастного случая все обстоятельства несчастного случая не установил, специалистов-экспертов и медицинских работников к участию в расследовании не привлек.
При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции признал акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 03 апреля 2023 года, произошедшего с <данные изъяты> незаконным, признал несчастный случай со смертельным исходом, произошедший 18 марта 2023 года с <данные изъяты> связанным с производством, возложил на ответчика обязанность составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем 18 марта 2023 года с <данные изъяты>
Приходя к выводу о взыскании расходов на погребение и компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 1064, 151, 1101, 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 3, 5 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», исходил из того, что работодателем не были обеспечены <данные изъяты> условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, в результате чего с <данные изъяты> произошел несчастный случай на производстве, в связи с чем супруга истца К.Н. имеет право на возмещение расходов на погребение и компенсации морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции принял во внимание обстоятельства дела (смерть работника при исполнении трудовых обязанностей), степень вины работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда, характер, объем и степень, причиненных истцу К.Н. нравственных страданий в связи с гибелью ближайшего родственника, требования разумности и справедливости и пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда 1 000 000 руб.
При определении расходов на погребение, суд апелляционной инстанции исходил из того, что необходимыми являлись расходы на выполнение обрядовых действий и погребение на сумму 59 900 руб., а также расходы на приобретение пирогов на поминальный обед 2 400 руб., всего 62 300 руб.
Установив, что ответчиком в счет возмещения расходов на погребение выплачено истцу 30 000 руб., пособие на погребение 8 962 руб. 50 коп. и материальная помощь на похороны в соответствии с пунктом 8.4 Коллективного договора ООО «Челябинский городской электрический транспорт» в сумме 4 000 руб., всего 42 962 руб. 50 коп., суд апелляционной инстанции пришел к выводу о взыскании в пользу истца расходов на погребение в размере 19 337 руб. 50 коп.
Поскольку расходы на проведение дополнительной экспертизы составили 36 639 руб., из них истцом оплачено 20 000 руб., исковые требования удовлетворены, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оставшаяся часть расходов в сумме 16 639 руб. подлежит взысканию с ответчика в пользу экспертной организации.
Ходатайство истца о возложении на экспертную организацию обязанности вернуть ей уплаченные за проведение дополнительной экспертизы денежные средства, суд апелляционной инстанции оставил без удовлетворения, поскольку указанное не предусмотрено положениями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, истец не лишена возможность обратиться в суд с заявлением о взыскании судебных издержек, связанных с рассмотрением настоящего спора.
Изучение материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права, регулирующим возникшие правоотношения.
Доводы кассационной жалобы, оспаривающие выводы суда апелляционной инстанции о том, что несчастный случай, произошедший с <данные изъяты> связан с производством, со ссылкой на то, что ответчиком были представлены все необходимые документы для проведения расследования, в том числе акт судебно-медицинской экспертизы исследования трупа N 1255, согласно которому смерть <данные изъяты> наступила от <данные изъяты>, развившейся в результате <данные изъяты>, каких-либо механических повреждений костей скелета и внутренних органов, которые могли обусловить смерть или способствовать ее наступлению, не обнаружено; в ходе расследования несчастного случая комиссией установлено, что каких-либо событий, в результате которых работник получил увечье или повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору, повлекших смерть не произошло, а наличие трудовых отношений между работником и работодателем само по себе не может иметь определяющего значения при квалификации несчастного случая; то обстоятельство, что смерть работника наступила на рабочем месте, не может являться безусловным свидетельством того, что несчастный случай связан с производством, доказательств наличии причинно-следственной связи между действиями работодателя по допущению <данные изъяты> к работе и возникшей у последнего <данные изъяты> повлекшей смерть, материалы дела не содержат; то обстоятельство, что работодатель не направил <данные изъяты>. на периодический медицинский осмотр в центр профпатологии не является безусловным основанием считать, что несчастный случай с ним связан с производством, доказательств того, что работодателю было известно о наличии заболеваний, препятствующих выполнению работником трудовой функции, материалы дела не содержат отклоняются судебной коллегией.
Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы четвертый и четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Указанным правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статьей 209 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что охрана труда — это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия (часть первая названной статьи).
Безопасные условия труда — это условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (часть пятая статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (часть 2 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работодатель обязан обеспечить в том числе недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда, в том числе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, обучения по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучения по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверки знания требований охраны труда, обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний, соблюдение установленных для отдельных категорий работников ограничений на привлечение их к выполнению работ с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 220 Трудового кодекса Российской Федерации, работники, занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (в том числе на подземных работах), а также на работах, связанных с движением транспорта, проходят обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (в течение трудовой деятельности, для лиц в возрасте до 21 года — ежегодные) медицинские осмотры для определения пригодности этих работников для выполнения поручаемой работы и предупреждения профессиональных заболеваний. В соответствии с нормативными правовыми актами и (или) медицинскими рекомендациями указанные работники проходят внеочередные медицинские осмотры.
Вредные и (или) опасные производственные факторы и работы, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (в течение трудовой деятельности) медицинские осмотры работников, указанных в части первой настоящей статьи, определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, совместно с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, и федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
Порядок проведения предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров и их периодичность устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации.
Работники, осуществляющие отдельные виды деятельности, проходят обязательное психиатрическое освидетельствование. Порядок прохождения такого освидетельствования, его периодичность, а также виды деятельности, при осуществлении которых проводится психиатрическое освидетельствование, устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
Предусмотренные настоящей статьей медицинские осмотры и психиатрические освидетельствования осуществляются за счет средств работодателя, если иное не установлено законодательством Российской Федерации.
Перечень вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования) утвержден приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации N 988н и Министерства здравоохранения Российской Федерации N 1420н от 31 декабря 2020 года.
В данном перечне вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования) указано управление наземными транспортными средствами: категории «C», «C1», «CE», «C1E», «D», «D1», «DE», «D1E», трамвай, троллейбус.
Приказом Минздрава России от 28 января 2021 года N 29н утвержден Порядок проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных частью четвертой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации, перечень медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работам, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры.
Обязательные предварительные медицинские осмотры (обследования) при поступлении на работу (далее — предварительные осмотры) проводятся с целью определения соответствия состояния здоровья лица, поступающего на работу, поручаемой ему работе (пункт 2 Порядка).
Обязательные периодические медицинские осмотры (обследования) (далее — периодические осмотры) проводятся в целях динамического наблюдения за состоянием здоровья работников, своевременного выявления начальных форм профессиональных заболеваний, ранних признаков воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов рабочей среды, трудового процесса на состояние здоровья работников в целях формирования групп риска развития профессиональных заболеваний, выявления медицинских противопоказаний к осуществлению отдельных видов работ (пункт 3 Порядка).
Пунктом 20 указанного Порядка предусмотрено, что периодические медицинские осмотры проходят работники занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (в том числе на подземных работах), а также на работах, связанных с движением транспорта.
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Эти права работника реализуются исполнением работодателем обязанности создавать безопасные условия труда.
Работники, занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, к которым относятся водители троллейбусов, проходят обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические медицинские осмотры для определения пригодности этих работников для выполнения поручаемой работы, предупреждения профессиональных заболеваний и несчастных случаев на производстве. Вредные и (или) опасные производственные факторы и работы, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры, порядок проведения таких осмотров определяются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. По окончании прохождения работником медицинского осмотра медицинской организацией оформляется заключение с указанием результата предварительного осмотра (обследования). При выявлении у работника по результатам прохождения медицинского осмотра заболевания, относящегося к медицинским противопоказаниям для выполнения поручаемой работы, работодатель не вправе допускать такого работника к исполнению им трудовых обязанностей.
Частью первой статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
В соответствии с нормативными положениями части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены в том числе иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности, в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы.
Согласно частям первой и второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. При расследовании несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии дополнительно включаются лица, указанные в части второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации.
По требованию комиссии в необходимых для проведения расследования случаях работодатель за счет собственных средств обеспечивает в числе прочего выполнение технических расчетов, проведение лабораторных исследований, испытаний, других экспертных работ и привлечение в этих целях специалистов-экспертов (абзац второй части второй статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью третьей статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что материалы расследования несчастного случая включают в том числе документы, характеризующие состояние рабочего места, наличие опасных и вредных производственных факторов, экспертные заключения специалистов, медицинское заключение о причине смерти пострадавшего, другие документы по усмотрению комиссии.
Конкретный перечень материалов расследования определяется председателем комиссии в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая (часть четвертая статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью пятой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает в частности обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.
В части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации указано, что расследуются в установленном порядке и по решению комиссии (в предусмотренных названным кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая) в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством:
смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом;
смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества;
несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние.
Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть седьмая статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).
Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется по нормам Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее — Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ).
Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац второй пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ).
Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» содержатся разъяснения о том, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:
— относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);
— указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);
— соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации;
— произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ);
— имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.
Из приведенных нормативных положений следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
Для расследования несчастного случая работодателем (его представителем) образуется комиссия. По ее требованию в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая за счет средств работодателя для проведения расследования могут привлекаться специалисты-эксперты, заключения которых приобщаются к материалам расследования. На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает в частности обстоятельства и причины несчастного случая с работником, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем, и квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.
По общему правилу, несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ случаях, как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации приведен исчерпывающий перечень несчастных случаев, когда по решению комиссии они могут квалифицироваться как не связанные с производством в зависимости от конкретных обстоятельств. В числе таких несчастных случаев смерть вследствие общего заболевания, подтвержденная в установленном порядке медицинской организацией. При этом в зависимости от конкретных обстоятельств несчастный случай со смертельным исходом может быть квалифицирован комиссией как несчастный случай на производстве, несмотря на то, что причиной смерти пострадавшего в заключении медицинской организации указано общее заболевание. Иное истолкование положений части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации привело бы к нарушению одного из основных принципов регулирования трудовых отношений и непосредственно связанных с ними отношений — обеспечение права на обязательное социальное страхование работника (абзац двадцатый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).
С учетом вышеприведенных норм материального права, суду с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации при проверке законности решения комиссии, проводившей расследование несчастного случая со смертельным исходом, о квалификации этого несчастного случая как не связанного с производством ввиду того, что смерть работника наступила от общего заболевания, необходимо принимать во внимание конкретные обстоятельства, при которых с работником произошел несчастный случай со смертельным исходом, в том числе находился ли пострадавший в момент несчастного случая при исполнении трудовых обязанностей, было ли выявлено у него данное общее заболевание по результатам прохождения периодического медицинского осмотра, подтвержденное заключением медицинской организации, проводившей медицинский осмотр.
Установив, что <данные изъяты> работал водителем троллейбуса, условия труда водителя троллейбуса отнесены к вредным условиям труда, <данные изъяты> страдал <данные изъяты>, что является противопоказанием к управлению наземными транспортными средствами и по состоянию здоровья он не мог выполнять свою трудовую функцию, работодателю было достоверно известно о наличии у <данные изъяты> заболевания, являющегося противопоказанием к управлению наземными транспортными средствами, работодатель не направил работника на прохождение внеочередного медицинского осмотра, а также не направил работника на прохождение медицинского осмотра в центр профпатологии, работодателем не осуществлен надлежащий контроль за состоянием здоровья <данные изъяты> поскольку заведомо зная о наличии у <данные изъяты> заболевания, являющегося противопоказанием к управлению наземными транспортными средствами, работодатель допустил такого работника к исполнению им трудовых обязанностей, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу, что данные обстоятельства привели к произошедшему с работником несчастному случаю, связанному с производством, со смертельным исходом, в связи с чем несчастный случай, произошедший с <данные изъяты>. может быть квалифицирован как несчастный случай на производстве, ввиду того, что несчастный случай произошел в течение рабочего времени, при исполнении трудовых обязанностей в месте выполнения работы, с работником, застрахованным от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
Судебная коллегия считает, что суд апелляционной инстанции обоснованно признал акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 03 апреля 2023 года, произошедшего с <данные изъяты> незаконным, признал несчастный случай со смертельным исходом, произошедший 18 марта 2023 года с <данные изъяты> связанным с производством и возложил на ответчика обязанность составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем 18 марта 2023 года с <данные изъяты>
Доказательств, опровергающих выводы суда апелляционной инстанции, ответчиком не представлено.
Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств спора в силу норм статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в полномочия кассационного суда общей юрисдикции не входит.
Довод о том, что работодателю не было известно о наличии заболеваний, препятствующих выполнению работником трудовой функции, является несостоятельным, поскольку опровергается материалами дела, из которых судом апелляционной инстанции достоверно установлено, что работодателю было известно о наличии у <данные изъяты> заболевания, являющегося противопоказанием к управлению наземными транспортными средствами, однако им проигнорировано.
Ссылки в кассационной жалобе на судебную практику по иным делам являются несостоятельными, поскольку судами при вынесении судебного акта учитываются обстоятельства каждого конкретного дела и представленные в обоснование заявленных требований доказательства.
Судебная практика не является формой права и высказанная в ней позиция конкретного суда не является обязательной для применения другими судами при разрешении внешне тождественных дел, поэтому ссылка на судебную практику с другими фактическими обстоятельствами, не свидетельствует о неправильном применении норм материального права судами.
Несогласие заявителя с установленными по делу обстоятельствами и оценкой судами доказательств, с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела, иное толкование положений законодательства не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не является основанием для пересмотра судебных актов кассационным судом общей юрисдикции.
Фактически доводы кассационной жалобы ответчика сводятся к изложению своей позиции по делу, собственной оценке доказательств и установленных обстоятельств, ошибочному толкованию норм материального права и не свидетельствуют о том, что при рассмотрении дела судом были допущены нарушения, влекущие отмену судебного акта в кассационном порядке.
Нарушений норм материального или процессуального права, указанных в статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении настоящего спора судом допущено не было, в связи с чем оснований для отмены обжалуемого судебного постановления в кассационном порядке не имеется.
Руководствуясь статьями 379.5, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции
определила:
апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 22 октября 2024 года оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Челябинский городской электрический транспорт» — без удовлетворения.
Отменить приостановление исполнения апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 22 октября 2024 года.
