СЕДЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 ноября 2025 г. N 88-14822/2025
Дело N 2-44/2025
УИД 66RS0048-01-2024-001010-84
мотивированное определение изготовлено 09 декабря 2025 года
Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Давыдовой Т.И.,
судей Руновой Т.Д., Грудновой А.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-44/2025 по иску Ш. к публичному акционерному обществу «Новолипецкий металлургический комбинат» о взыскании заработной платы, компенсации за нарушение сроков выплаты, компенсации морального вреда,
по кассационной жалобе публичного акционерного общества «Новолипецкий металлургический комбинат» на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 04 июля 2025 года.
Заслушав доклад судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции Руновой Т.Д. об обстоятельствах дела, принятых по делу судебных актах, доводах кассационной жалобы, пояснения представителей публичного акционерного общества «Новолипецкий металлургический комбинат» К., Л., поддержавших доводы жалобы, возражения истца Ш., указавшей на отсутствие оснований для отмены обжалуемого судебного постановления, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции
установила:
Ш. обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу «Новолипецкий металлургический комбинат» (далее также — ПАО «НЛМК») о взыскании задолженности по заработной плате за период с 01 июля 2018 года по 31 июля 2023 года в размере 1 017 208 руб. 35 коп.; компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы, начиная с 10 августа 2018 года по день вынесения судом решения, с последующим продолжением начисления в размере одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за каждый день задержки по день фактического погашения задолженности по заработной плате; компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., судебных расходов в размере 20 000 руб.
В обоснование иска указала, что с 23 декабря 2010 года состояла с ПАО «НЛМК» в трудовых отношениях в качестве юрисконсультанта в правовом отделе по договорной и претензионной работе правового управления металлургического комплекса. При приеме на работу трудовые отношения с истцом оформлены надлежащим образом, с работником в письменной форме, на неопределенный срок, заключен трудовой договор от 23 декабря 2010 года N 113/10, по условиям которого между сторонами согласован размер оплаты труда, определено рабочее место, установлен режим рабочего времени и отдыха. 30 ноября 2017 года Ш. переведена в отдел по правовому сопровождению трудовых отношений управления по трудовым вопросам и банкротству на должность ведущего юрисконсульта, с нахождением рабочего места в г. Ревда. В функциональные обязанности Ш. входило проведение, рассмотрение, редактирование и согласование документов связанных с трудовой деятельностью работников предприятий входящих в группу компаний НЛМК, согласование локальных нормативных актов данных предприятий, оказание консультаций по трудовым вопросам, участие в комиссиях по трудоустройству и трудовым спорам. Одновременно с истцом на должность главного специалиста в отдел по судебному рассмотрению трудовых и недоговорных споров управления по трудовым вопросам и банкротству переведена <данные изъяты> Н.С. В марте 2018 года <данные изъяты> Н.С. переведена на другую должность в иной отдел ПАО «НЛМК». На ее рабочее место в г. Екатеринбурге работодатель не стал никого принимать. Начальник отдела, в котором работала <данные изъяты> Н.С. — <данные изъяты> И.М. сначала по просьбе, а затем и в распорядительном порядке поручала истцу вести судебные дела на территории Свердловской области. Руководитель истца <данные изъяты> Я.Ю. также давала распоряжения о работе в отделе начальника <данные изъяты> И.М., в связи с отсутствием у них работника на территории Свердловской области. При этом все сотрудники отдела по судебному рассмотрению трудовых и внедоговорных споров работали за пределами Свердловской области (г. Липецк, г. Калуга, г. Старый Оскол). Ш. не могла отказаться от выполнения указаний руководства, поскольку боялась потерять работу, имея двоих малолетних детей, а также с учетом значительных затруднений в трудоустройстве в г. Ревде. В период с 01 июля 2018 года по 31 июля 2023 года истец, наряду с обычно выполняемой работой, неоднократно путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ выполняла дополнительную работу, представляла интересы работодателя в различных судебных инстанциях, осуществляла подготовку необходимых процессуальных документов. 23 августа 2023 года трудовой договор с Ш. прекращен, на основании пункта 5 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (перевод работника с его согласия на работу к другому работодателю). На момент прекращения трудовых отношений работодатель не произвел в полном объеме выплату заработной платы за период 01 июля 2018 года по 31 июля 2023 года, за дополнительно выполняемую Ш. работу, в связи с расширением зон обслуживания, увеличением объема работ, в связи с чем подлежит привлечению к материальной ответственности, предусмотренной ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации. Вследствие неправомерных действий работодателя нарушены личные неимущественные права Ш. Полагает, что значительные психо-эмоциональные нагрузки при выполнении функциональных обязанностей в интересах работодателя, повлекли наступление у нее заболевания, в виде абиотрофии сетчатки глаз, и последующее установление Ш. в ноябре 2023 года 1 группы инвалидности, препятствующей ей осуществление трудовой деятельности по специальности.
Решением Ревдинского городского суда Свердловской области от 29 января 2025 года иск Ш. оставлен без удовлетворения.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 04 июля 2025 года решение Ревдинского городского суда Свердловской области от 29 января 2025 года отменено, принято по делу новое решение, которым с ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» в пользу Ш. взысканы задолженность по заработной плате за период с 01 июля 2018 года по 31 июля 2023 года в размере 1 017 208 руб. 35 коп., с удержанием при выплате налога на доходы физического лица, компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 10 августа 2018 года по 04 июля 2025 года в размере 1 088 574 руб. 11 коп., с удержанием при выплате налога на доходы физического лица, с продолжением начисления с 05 июля 2025 года в размере одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за каждый день задержки по день фактического погашения задолженности по заработной плате в размере 884 971 руб. 26 коп., компенсация морального вреда в размере 50 000 руб., судебные расходы в размере 20 000 руб.; с ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 19 178 руб. 91 коп.
В кассационной жалобе ПАО «НЛМК» просит отменить апелляционное определение, ссылаясь на незаконность оспариваемого судебного постановления.
В возражениях на кассационную жалобу, дополнениях к возражениям на кассационную жалобу истец Ш. просит оставить судебное постановление без изменения.
В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции рассматривает дело в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Обсудив доводы кассационной жалобы, изучив материалы гражданского дела, судебная коллегия не находит оснований для отмены оспариваемого судебного постановления.
Судами установлено и следует из материалов дела, что с 23 декабря 2010 года Ш. состояла с ПАО «НЛМК» в трудовых отношениях в качестве юрисконсультанта в правовом отделе по договорной и претензионной работе правового управления металлургического комплекса.
При приеме на работу трудовые отношения с истцом оформлены надлежащим образом, с работником в письменной форме, на неопределенный срок, заключен трудовой договор от 23 декабря 2010 года N 113/10.
По соглашению сторон истцу установлена оплата труда, исходя из фиксированной части заработной платы (должностного оклада), доплат и надбавок стимулирующего и компенсационного характера в соответствии с действующими у работодателя локальными актами.
Работнику установлена рабочая неделя продолжительностью 40 часов, определен режим рабочего времени и отдыха: пятидневная рабочая неделя, выходные дни суббота, воскресение.
Дополнительным соглашением от 30 ноября 2017 года N 11 к трудовому договору Ш. с 30 ноября 2017 года переведена на должность ведущего юрисконсульта в отдел по правовому сопровождению трудовых отношений управления по трудовым вопросам и банкротству дирекции по правовым вопросам.
Дополнительным соглашением от 25 апреля 2022 года N 12 к трудовому договору Ш. с 26 апреля 2022 года переведена на должность ведущего юрисконсульта в отдел по правовому сопровождению трудовых отношений управления по правовому сопровождению российских предприятий группы НЛМК и развитию юридической службы дирекции по правовым вопросам.
Дополнительным соглашением от 14 ноября 2022 года N 13 Ш. с 22 ноября 2022 года переведена на должность ведущего юрисконсульта в отдел по правовому сопровождению трудовых отношений дирекции по правовым вопросам российских предприятий группы НЛМК аппарата вице-президента по правовым вопросам и управлению рисками.
23 августа 2023 года трудовой договор с Ш. прекращен на основании пункта 5 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (перевод работника с его согласия на работу к другому работодателю).
24 августа 2023 года Ш. принята на работу в ООО «НЛМК-Сорт» в качестве ведущего юрисконсульта в отдел по правовому сопровождению предприятий.
09 апреля 2024 года трудовой договор с Ш. расторгнут, на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с сокращением штата работников организации).
Согласно приказу N 60202 от 14 декабря 2017 года Б. была переведена главным специалистом в отдел по судебному рассмотрению трудовых и внедоговорных споров Управления по трудовым вопросам и банкротству Дирекции по правовым вопросам ПАО «НЛМК».
02 апреля 2018 года <данные изъяты>. была переведена в отдел по правовому сопровождению дочерних предприятий ПАО «НЛМК» Уральского региона Управления по правовому сопровождению дочерних предприятий ПАО «НЛМК» Дирекции по правовым вопросам.
Из должностной инструкции главного специалиста отдела по судебному рассмотрению трудовых и внедоговорных споров ДИ 162-036-2018 следует, что Б. выполняла обязанность представления в установленном порядке интересов Группы по существенным вопросам в судах общей юрисдикции, арбитражных судах и иных государственных органах (ГИТ, ФСС, Роспотребнадзор) по мере необходимости.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, ссылаясь на положения статей 22, 60.2, 135, 129, 136, 151 Трудового кодекса Российской Федерации, исходил из того, что в спорный период истцу Ш. не поручалась дополнительная работа по другой либо по аналогичной должности, истец выполняла работу юрисконсульта в рамках своих должностных обязанностей, главный специалист отдела по судебному рассмотрению трудовых и внедоговорных споров Управления по трудовым вопросам и банкротству Дирекции по правовым вопросам выполнял обязанности по юридической профессии, данная должность в штатном расписании ответчика в спорный период отсутствовала.
Кроме того, судом по заявлению представителя ответчика применены последствия пропуска срока, установленного положениями статьи 392 Трудового кодекса, доказательств уважительности причин пропуска срока на обращение в суд с настоящими требованиями судом не установлено.
Суд апелляционной инстанции с указанными выводами не согласился, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на не правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.
Судом апелляционной инстанции установлено, что по условиям дополнительного соглашения от 14 декабря 2017 года к трудовому договору от 26 июля 2016 года N 09/16 Б. с 14 декабря 2017 года, на время отпуска по уходу за ребенком основного работника, переведена на работу в качестве главного специалиста в отдел по судебному рассмотрению трудовых и недоговорных споров управления по трудовым вопросам и банкротству дирекции по правовым вопросам.
Из должностной инструкцией главного специалиста отдела по судебному рассмотрению трудовых и недоговорных споров управления по трудовым вопросам и банкротству дирекции по правовым вопросам от 25 января 2018 года (ДИ 162-036-2018) следует, что к функциональным обязанностям <данные изъяты>., в частности относилось: выполнение работы по подготовке исковых заявлений по существенным вопросам группы в пределах компетенции и направление их в судебные органы (постоянно); подготовка, ведение и направление на рассмотрение в соответствующие судебные инстанции апелляционных, кассационных, надзорных жалобы на решения судов в пределах своей компетенции по существенным вопросам для группы (по мере необходимости); представление в установленном порядке интересов группы по существенным вопросам в судах общей юрисдикции, арбитражных судах и иных государственных органах (по мере необходимости).
Непосредственное выполнение перечисленных выше функциональных обязанностей осуществлялось <данные изъяты>. в г. Екатеринбурге.
В соответствии с условиями дополнительного соглашения от 02 апреля 2018 года к трудовому договору <данные изъяты>С. с 02 апреля 2018 года, на время отпуска по уходу за ребенком основного работника, переведена на работу в качестве главного специалиста в отдел по правовому сопровождению дочерних предприятий ПАО «НЛМК» Уральского региона управления по правовому сопровождению дочерних предприятий ПАО «НЛМК» дирекции по правовым вопросам.
Непосредственное выполнение функциональных обязанностей осуществлялось Ш. в г. Ревде Свердловской области в структурном подразделении ПАО «НЛМК» после его очередного переименования.
Из должностной инструкции юрисконсульта отдела по правовому сопровождению трудовых отношений управления по трудовым вопросам и банкротству дирекции по правовым вопросам от 26 декабря 2017 года (ДИ 162-040-2017), с которой Ш. в установленном порядке ознакомлена, следует, что к ее функциональным обязанностям относилось: выполнение правовой экспертизы проектов распорядительных документов, локальных нормативных актов в области трудовых отношений (по мере необходимости); выполнение подготовки предложений об изменении или отмене локальных нормативных актов с целью их актуализации в соответствии с требованиями действующего законодательства (по мере необходимости); выполнение разработки локальных нормативных актов по вопросам компетенции (по мере необходимости); выполнение указаний руководства в рамках функциональной компетенции (ежедневно); выполнение подготовки заключений по правовым вопросам в рамках функциональной компетенции (по мере необходимости); выполнение работы по правовому сопровождению социального партнерства в отношениях с профсоюзом (по мере необходимости); выполнение мониторинга действующего законодательства в области трудовых и внедоговорных отношений с целью разработки и внедрения корректирующих мероприятий (ежедневно); выполнение подготовки разъяснений по применению действующего законодательства (по мере необходимости); информирование заинтересованных лиц об изменениях законодательства для приведения в соответствие локальных нормативных актов (по мере необходимости); консультирование в рамках функциональной компетенции (по мере необходимости); выполнение сопровождения производственных процессов в рамках функциональной компетенции (по мере необходимости); представление компании группы в пределах полномочий определенных доверенностью выданной в установленном порядке (по мере необходимости); выполнение разработки типовых юридических документов (по мере необходимости); внедрение разработанных типовых юридических документов с целью применения лучших практик (по мере необходимости).
В материалы дела представлены доверенности, оформленные работодателем на имя Ш., в соответствии с которыми она наделялась полномочиями представлять интересы ПАО «НЛМК» и компаний ее группы в судах общей юрисдикции первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций с правом совершения всех процессуальных действий, которые предоставлены представителю истца, ответчика, заявителя, заинтересованного лица, третьего лица, стороны исполнительного производства и др., а также пользоваться всеми процессуальными и иными правами, предоставленными Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, Кодексом административного производства Российской Федерации и т.д.
Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 21, 22, 60.2, 132, 136, 151, 236 Трудового кодекса Российской Федерации, постановлением Госкомстата Российской Федерации от 05 января 2004 года N 1, исходил из того, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается осуществление в период с 01 июля 2018 года по 31 июля 2023 года Ш. на постоянной основе функциональных обязанностей по выполнению работы по подготовке исковых заявлений по существенным вопросам группы в пределах компетенции и направление их в судебные органы; подготовке, ведению и направлению на рассмотрение в соответствующие судебные инстанции апелляционных, кассационных, надзорных жалоб на решения судов в пределах своей компетенции по существенным вопросам для группы; представлению в установленном порядке интересов группы по существенным вопросам в судах общей юрисдикции; доказательства выполнения таких обязанностей в спорный период помимо Ш., в частности на территории Свердловской области, на постоянной основе <данные изъяты> Н.С. либо иным работником ПАО «НЛМК» отсутствуют, и пришел к выводу о выполнении Ш. в указанный ею период дополнительной работы по замещаемой должности путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ, оплата которой не произведена.
Разрешая вопрос о размере имеющейся у ответчика перед истцом задолженности за выполнение дополнительной работы, суд апелляционной инстанции согласился с выполненным истцом расчетом, который произведен исходя из ежемесячной доплаты в размере 30% от должностного оклада за дополнительный объем работ, а также с расчетом компенсации за нарушение сроков выплаты и пришел к выводу о взыскании в пользу Ш. задолженности по заработной плате за период с 01 июля 2018 года по 31 июля 2023 года в размере 1 017 208 руб. 35 коп., с удержанием при выплате налога на доходы физического лица, компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 10 августа 2018 года по 04 июля 2025 года в размере 1 088 574 руб. 11 коп., с удержанием при выплате налога на доходы физического лица, с продолжением начисления с 05 июля 2025 года в размере одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за каждый день задержки по день фактического погашения задолженности по заработной плате в размере 884 971 руб. 26 коп.
Доводы ответчика о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований по мотиву пропуска истцом срока обращения в суд, предусмотренного частью второй статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции признал несостоятельными.
Установив, что Ш. обратилась в суд с настоящим иском 31 мая 2024 года, работодатель должен был произвести выплату работнику заработной платы за отработанный месяц не позднее 09 числа месяца, следующего за отчетным, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что срок обращения в суд по требованиям о взыскании задолженности по заработной плате, установленный положениями части второй статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, за период с 01 июля 2018 года по 30 апреля 2023 года истцом пропущен.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части пятой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пунктах 13, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей — физических лиц и у работодателей — субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», и приняв во внимание совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в пределах установленного законом срока (наличие прогрессирующего заболевания, по последствиям которого Ш. установлена 1 группа инвалидности, наличие на иждивении несовершеннолетних детей, требующих материального содержания, наличие опасений утратить стабильный заработок, а также возможных затруднений в трудоустройстве в г. Ревде, с учетом обстоятельств фактического проживания истца и членов ее семьи в указанном населенном пункте), признал причины пропуска установленного законом срока на обращение в суд уважительными, срок — подлежащим восстановлению.
Установив нарушение трудовых прав истца вследствие неисполнения обязанности по своевременной и в полном объеме выплате заработной платы, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, определив с учетом принципа разумности и справедливости, конкретных обстоятельств дела, размер компенсации в сумме 50 000 руб.
Установив, что Ш. в связи с рассмотрением настоящего дела понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 88, 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса, пришел к выводу о том, что заявленные требования о возмещении расходов на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению.
Изучение материалов дела показало, что выводы суда апелляционной инстанции основаны на правильно установленных фактических обстоятельствах дела, правовом регулировании спорных правоотношений и доводами кассационной жалобы не опровергаются.
Обращаясь с кассационной жалобой, ответчик указывает на то, что выполняемая Ш. в спорный период времени работа (участие в судебных заседаниях в качестве ответчика, 3-го лица), которая заявлялась работником как дополнительная, является основной, что подтверждается должностной инструкцией, с которой работник был ознакомлен. Такая работа выполнялась на постоянной основе и другими сотрудниками отдела по правовому сопровождению трудовых отношений и также входит в круг их обязанностей согласно должностных инструкций. Истец в спорный период времени принимала участие в судебных заседаниях, представляла интересы предприятия на основе доверенностей с определенными полномочиями, что являлось ее должностными обязанностями как юрисконсульта отдела по правовому сопровождению трудовых отношений. Исполнение Ш. должностных обязанностей происходило только в рамках ее должностной инструкции. Факт того, что в регионе Ш. была единственным работником отдела, не подтверждает того, что выполняемая истцом работа являлась дополнительной. Суд апелляционной инстанции при отсутствии каких-либо допустимых доказательств расценил это обстоятельство в пользу работника. Доводы Ш. о выполнении дополнительной работы за главного специалиста отдела по судебному рассмотрению трудовых и внедоговорных споров Управления по трудовым вопросам и банкротству Дирекции по правовым вопросам <данные изъяты> Н.С. не состоятельны, поскольку согласно штатной расстановке на 28 июня 2018 года в отделе по судебному рассмотрению трудовых и внедоговорных споров Управления по трудовым вопросам и банкротству Дирекции по правовым вопросам отсутствует штатная единица, которую занимала <данные изъяты> Д. вывод о выполнении дополнительной работы путем расширения зоны обслуживания или увеличения объема работ, суд апелляционной инстанции не указывает, в чем увеличился объем работы Ш., работу на каком другом участке она выполняла по своей же должности.
Указанные доводы жалобы не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку по существу сводятся к несогласию с выводами суда апелляционной инстанции в части оценки доказательств и установленных обстоятельств дела, выводы суда не опровергают и о нарушениях норм материального или процессуального права не свидетельствуют.
В соответствии с частью 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) — это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно части 1, 2 статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 Кодекса). Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности).
Согласно статье 151 Трудового кодекса Российской Федерации при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата. Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (статья 60.2 Кодекса).
Судом апелляционной инстанции установлено, что в спорный заявленный истцом период Ш. на постоянной основе осуществляла функциональные обязанности по выполнению работы по подготовке исковых заявлений по существенным вопросам группы в пределах компетенции и направление их в судебные органы; подготовке, ведению и направлению на рассмотрение в соответствующие судебные инстанции апелляционных, кассационных, надзорных жалоб на решения судов в пределах своей компетенции по существенным вопросам для группы; представлению в установленном порядке интересов группы по существенным вопросам в судах общей юрисдикции.
При этом при осуществлении функциональных обязанностей ведущего юрисконсульта Ш. должна была руководствоваться должностной инструкцией от 26 декабря 2017 года (ДИ 162-040-2017), в соответствии с которой на нее не возлагались обязанности по выполнению указанной работы.
Общие функциональные обязанности Ш. сводились к реализации мероприятий в рамках юридической экспертизы принимаемых политик и процедур (нормативно-методологической документации); реализации мероприятий в рамках нормативного обеспечения юридической функции для компании группы; реализации мероприятий в рамках разработки типовых юридических документов (кроме договоров).
Возложение на нее обязанности по представлению компаний группы в пределах полномочий определенных доверенностью, выданной в установленном порядке, не исключало возможности представления интересов последних в судах общей юрисдикции, а также арбитражных судах, с учетом того, что исполнение такой обязанности носит эпизодический, а не постоянный характер.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции на основании оценки представленных доказательств установил, что в спорный период времени, имевший место с 01 июля 2018 года по 31 июля 2023 года, Ш. дополнительная работа осуществлялась на постоянной основе.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца о взыскании задолженности по заработной плате.
Вопреки доводам кассационной жалобы выводы суда апелляционной инстанции о доказанности поручения истцу работодателем иной работы, кроме перечисленной в приказах и фактически оплаченной работодателем, соответствуют установленным судами обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.
Доводы кассационной жалобы представителя ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд, отсутствии доказательств уважительности причин пропуска срока, о необоснованном восстановлении срока, и о наличии у истца специальных познаний и умений для своевременного обращения за защитой права, не являются основанием для отмены оспариваемого судебного постановления.
Частью второй статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
Согласно части пятой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой данной статьи, они могут быть восстановлены судом.
Как следует из разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей — физических лиц и у работодателей — субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.
В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
Таким образом, перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.
Восстанавливая Ш. пропущенный срок обращения в суд с требованиями о взыскании заработной платы, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из наличия уважительных причин пропуска работником срока обращения в суд. Судом учтена совокупность конкретных обстоятельств, и характер причин, не позволивших обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в пределах установленного законом срока. К таким причинам суд верно отнес наличие у истца прогрессирующего заболевания, по последствиям которого Ш. установлена 1 группа инвалидности, наличие на иждивении несовершеннолетних детей, требующих материального содержания, наличие опасений утратить стабильный заработок, а также возможные затруднения в трудоустройстве в г. Ревде, с учетом обстоятельств фактического проживания истца и членов ее семьи в указанном населенном пункте.
Суд апелляционной инстанции, проанализировав установленные обстоятельства в совокупности, руководствуясь положениями статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу о пропуске срока обращения в суд по уважительным причинам и наличии оснований для его восстановления.
Доводы кассационной жалобы не могут повлечь отмену судебного постановления в кассационном порядке, поскольку по существу направлены на переоценку исследованных судом апелляционной инстанции доказательств и обстоятельств, установленных на основании этой оценки. Переоценка установленных судом фактических обстоятельств дела и представленных участниками спора доказательств в силу положений главы 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.
С учетом изложенного, суд кассационной инстанции считает, что обжалуемый судебный акт приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, оснований для его отмены в соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.
В связи с окончанием кассационного производства в силу части 3 статьи 379.3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приостановление исполнения обжалованного в кассационном порядке судебного акта, примененное в данном деле, подлежит отмене.
Руководствуясь статьями 379.5, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции
определила:
апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 04 июля 2025 года оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Новолипецкий металлургический комбинат» — без удовлетворения.
Отменить приостановление исполнения апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 04 июля 2025 года.
——————————————————————
