ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 июня 2026 г. N 88-11872/2026
Дело N 2-2144/2025 УИД 56RS0009-01-2025-002094-38
Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Непопалова Г.Г.,
судей Ромадановой И.А. и Петровой И.И.,
рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу ООО «ОренГофроТара» на решение Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 20 августа 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 12 февраля 2026 г. по гражданскому делу N 2-2144/2025 по иску ФИО1 к ООО «ОренГофроТара» об установлении факта трудовых отношений, признании несчастного случая связанным с производством, возложении обязанности выдать акт о несчастном случае, восстановлении на работе, внесении записей в трудовую книжку, взыскании денежных средств за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Непопалова Г.Г., объяснения директора ООО «ОренГофроТара» ФИО5 и представителя ООО «ОренГофроТара» ФИО6, действующего на основании доверенности от 5 февраля 2026 г., заключение прокурора четвертого отдела апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Дерюшева Д.А., полагавшего обжалуемые судебные акты не подлежащими отмене, проверив материалы дела, судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ответчику, мотивируя тем, что в период с 2019 г. по 28 декабря 2024 г. он работал на различных должностях в ООО «ОренГофроТара». Трудовые отношения при трудоустройстве оформлены не были, заработная плата выплачивалась наличными денежными средствами в бухгалтерии по ведомости, в 2024 г. ежемесячный размер заработной платы составлял 60000 рублей.
27 июня 2024 г. он, находясь на рабочем месте, получил травму, в связи с чем длительное время находился на лечении, сначала в травмпункте, затем в поликлинике по месту жительства. Листок нетрудоспособности ему не был выдан, поскольку он официально не был трудоустроен. По результатам исследований и проведенного лечения ему установлен диагноз «полный травматический разрыв сухожилия глубокого сгибателя 3 пальца, остеоартроз суставов левой кисти 1 стадии, изолированный отек костного мозга головок 2 и 3 пястных костей».
В результате несчастного случая трудоспособность утрачена, в связи с чем, он не мог выполнять прежние трудовые обязанности. После выхода на работу 16 сентября 2024 г. истец продолжал выполнять обязанности помощника бригадира до 28 декабря 2024 г.
28 декабря 2024 г. директор ООО «ОренГофроТара» сообщил ему об увольнении, поскольку физически он не мог выполнять обязанности оператора линии, а другой работы для него на предприятии нет.
В связи с тем, что ответчиком с ним не были оформлены трудовые отношения, а также не был составлен акт о несчастном случае на производстве, истец лишен права на получение пособия по временной нетрудоспособности, а также единовременной страховой выплаты в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».
На основании изложенного, с учетом последующего уточнения ранее заявленных исковых требований, ФИО1 просил суд:
— установить факт трудовых отношений между ним и ООО «ОренГофроТара»;
— обязать ответчика произвести следующие записи в его трудовую книжку: с 17 октября 2019 г. принят на должность помощника оператора гофро-линии, с 1 октября 2020 г. переведен на должность оператора высекательно-штамповочной машины, с 1 октября 2021 г. переведен на должность бригадира высекательно-штамповочной машины;
— восстановить истца на работе в должности бригадира высекательно-штамповочной машины;
— признать полученную им 27 июня 2024 г. травму несчастным случаем на производстве;
— обязать ООО «ОренГофроТара» составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1;
— взыскать с ответчика в пользу истца: заработную плату за время вынужденного прогула за период с 28 декабря 2024 г. по день восстановления на работе из расчета 2903 рубля 22 копейки за каждый день; компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.
Решением Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 20 августа 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены в части:
— установлен факт трудовых отношений между истцом и ООО «ОренГофроТара»: в период с 17 октября 2019 г. по 30 сентября 2020 г. — в должности помощника оператора гофро-линии; в период с 1 октября 2020 г. по 30 сентября 2021 г. — в должности оператора высекательно-штамповочной машины; в период с 1 октября 2021 г. по 28 декабря 2024 г. — в должности бригадира высекательно-штамповочной машины;
— истец восстановлен на работе в должности бригадира высекательно-штамповочной машины ООО «ОренГофроТара» с 29 декабря 2024 г.;
— с ответчика в пользу истца взысканы: заработная плата за время вынужденного прогула за период с 29 декабря 2024 г. по 20 августа 2025 г. в размере 186326 рублей 14 копеек; компенсация морального вреда в размере 20000 рублей;
— на ООО «ОренГофроТара» возложена обязанность: осуществить выплаты за работника ФИО1 в налоговый орган по месту регистрации и в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации за вышеуказанные периоды его работы, исходя из взысканной судом задолженности по заработной плате; внести в трудовую книжку истца соответствующие записи о приеме на работу и переводах на вышеуказанные должности;
— установлен факт несчастного случая на производстве, произошедшего 27 июня 2024 г. с ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей по поручению ООО «ОренГофроТара»;
— на ООО «ОренГофроТара» возложена обязанность составить и выдать ФИО1 акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем с ним в указанный период при исполнении трудовых обязанностей по поручению ООО «ОренГофроТара», в течение 10 рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу.
В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано. Кроме того, решение суда в части восстановления истца на работе и взыскании заработной платы за три месяца обращено к немедленному исполнению; с ответчика взыскана государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 9590 рублей.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 12 февраля 2026 г. решение суда первой инстанции изменено в части установления факта трудовых отношений:
— установлен факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «ОренГофроТара» в периоды с 17 октября 2019 г. по 9 июня 2023 г. и с 27 июня 2024 г. по 28 декабря 2024 г.;
— в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «ОренГофроТара» об установлении факта трудовых отношений в остальной части отказано;
— абзац 6 резолютивной части решения суда изложен в следующей редакции: «Обязать ООО «ОренГофроТара» внести в трудовую книжку ФИО1 записи о приеме на работу в ООО «ОренГофроТара» с 17 октября 2019 г. и увольнении 9 июня 2023 г., запись о приеме на работу с 27 июня 2024 г.».
В остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения; расходы по проведению судебной экспертизы в размере 10000 рублей возмещены ООО «Оренбургская стоимостная экспертиза» за счет средств федерального бюджета.
В кассационной жалобе ООО «ОренГофроТара» ставится вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений как незаконных. Основаниями для отмены судебных актов ответчик указывает несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также нарушения норм материального и процессуального права, поскольку судами неверно определены юридически значимые обстоятельства по делу и не дана надлежащая оценка представленным доказательствам.
В судебном заседании директор ООО «ОренГофроТара» ФИО5 и представитель ООО «ОренГофроТара» ФИО6 доводы кассационной жалобы поддержали, просили отменить обжалуемые судебные акты и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просили.
В соответствии с частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие указанных выше неявившихся лиц, участвующих в деле.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей ответчика, заключение прокурора, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.
Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Такого характера нарушений судами первой и апелляционной инстанций не допущено.
Как установлено судами и усматривается из материалов дела, ООО «ОренГофроТара» является юридическим лицом, зарегистрировано 3 декабря 2013 г. с присвоением ОГРН <…>; основным видом экономической деятельности юридического лица по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности является производство гофрированной бумаги и картона, бумажной и картонной тары.
Согласно Правилам внутреннего трудового распорядка, утвержденным 3 декабря 2019 г., в ООО «ОренГофроТара» устанавливается пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов с двумя выходными днями (суббота и воскресенье), время начала работы — 9:00, время окончания работы — 18:00. По желанию сотрудника и согласованию с работодателем сотруднику может быть установлен режим неполного рабочего времени (неполный рабочий день, неполная рабочая неделя). При этом неполный рабочий день может быть разделен на части с учетом пожеланий сотрудника и производственных целей. Обеденный перерыв — один час (в период с 13:00 до 14:00). В другое время обеденный перерыв использовать не разрешается. Перерыв не включается в рабочее время и не оплачивается. Сотрудник может использовать его по своему усмотрению и на это время отлучаться с работы.
В абзаце 4 пункта 1.1. Положения указано, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению директора Общества.
Пунктом 1.3. Положения установлено, что при поступлении сотрудника на работу или переводе его в установленном порядке на другую работу работодатель обязан в том числе провести инструктаж по технике безопасности, производственной санитарии, противопожарной охране и другим правилам охраны труда.
Ссылаясь на то, что он фактически состоял в трудовых отношениях с ООО «ОренГофроТара», трудовой договор между сторонами по делу не оформлялся, заработная плата выплачивалась наличными в бухгалтерии по ведомости, при выполнении работы в интересах ответчика и под контролем должностных лиц работодателя с ним произошел несчастный случай на производстве, повлекший наступление утраты трудоспособности и установление инвалидности третьей группы, расследование несчастного случая на производстве работодателем не производилось, акт о несчастной случае по форме Н-1 не составлялся, а также указывая на незаконность его увольнения с работы, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском.
В подтверждение заявленных требований истцом представлено в материалы дела заключение государственного инспектора труда N 56/7-4-25-ОБ/12-3828-И/928 от 4 февраля 2025 г., из которого следует, что по результатам расследования инспектор пришел к заключению, что данный несчастный случай подлежит квалификации, как несчастный случай не связанный с производством, так как между ФИО1 и ООО «Оренгофротара» отсутствуют трудовые отношения.
Согласно сообщению заместителя прокурора Ленинского района г. Оренбурга от 14 марта 2025 г., прокуратурой было рассмотрено обращение ФИО1 и было установлено, что в период с 28 ноября 2024 г. по 28 декабря 2024 г. ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ООО «ОренГофроТара» в цехе, однако трудовые отношения надлежащим образом оформлены не были. Указанный период трудовых отношений подтвердил работодатель, а также опрошенные работники организации. Заработная плата за указанный выше период работы и расчет при увольнении ФИО1 не выплачены. В связи с выявленными нарушениями со стороны ООО «ОренГофроТара» в адрес директора Общества было направлено представление, которое находится на рассмотрении.
Также истцом представлен электронный пропуск, дающий право доступа в помещения ООО «ОренГофроТара», телефонная переписка между ним и директором Общества относительно выхода им на работу, документы об образовании истца, подтверждающие его квалификацию.
В ходе судебного заседания опрошен свидетель ФИО7, который пояснил, что работал в ООО «ОренГофраТара» с 12 июня 2022 г. по 15 июля 2025 г. по сменному графику — два дня рабочих, два дня выходных, с 8-00 ч. до 19-00 ч. Знаком с ФИО1, поскольку работали вместе в указанной организации с июня 2022 г. по июнь 2023 г., после чего истец, со слов свидетеля, уволился. В период 2023-2024 г.г. ФИО1 однократно посещал организацию. 27 июня 2024 г. он пришел в ООО «ОренГофроТара» вновь устраиваться на работу и отправился смотреть станок с сотрудником, который занимался его настройкой. В этот момент ФИО1 получил травму. Каким образом это случилось, свидетель пояснить не смог, поскольку лично при этом не присутствовал. Пояснил, что в период с июня 2022 г. по июнь 2023 г. ФИО1 занимался настойкой станков. Указал, что рабочее помещение в ООО «ОренГофраТара» представляет собой большое прямоугольное помещение, в котором находятся три станка. Все сотрудники работают в одном помещении, но в разные смены.
Свидетель ФИО8 пояснил, что работает в ООО «ОренГофроТара» с октября 2023 г. на линии «Куриони», ранее несколько раз видел Б. в ООО «ОренГофроТара», когда последний приезжал на предприятие и разговаривал с сотрудниками. Однако, не отрицает возможность того, что ФИО1 работал в другой смене с другим бригадиром. Рабочее помещение ООО «ОренГофроТара» разделено на два цеха соединенных между собой проходом, в цехах находятся станки. Станок «Куанхе» был установлен в 2024 г., его настройкой занимался бригадир ФИО7, с которым ФИО8 работал в одной смене. Пояснил, что о факте получения ФИО1 травмы на станке «Куанхе» ему стало известно со слов других работников, как ФИО1 оказался рядом со станком ему неизвестно. Кроме того, указал, что при приеме на работу на предприятии с ним проводился инструктаж по технике безопасности.
Свидетель ФИО9 пояснил суду, что работал в ООО «ОренГофроТара» в период с ноября 2022 г. по август 2024 г. В ноябре 2022 г. работал в должности грузчика. В данный период встречал Б., который работал в бригаде оператором, затем настройщиком. В последующем ФИО1 находился в его подчинении и занимался настройкой оборудования. В июле 2023 г. ФИО1 уволился и до августа 2024 г. он его не видел. О получении травмы в ООО «ОренГофраТара» ФИО1 узнал со слов других лиц. В период 2023-2024 г.г. ФИО19. на работе не видел. Возможность работы ФИО1 в другой смене отрицает, поскольку ФИО9 является начальником участка и все работники за указанный период ему были известны. Пропускной режим на предприятии был введен после августа 2024 г. Указал, что линию «Куанхе» приобрели летом 2023 г., она была приобретена поддержанной, инструкции к эксплуатации и ее запуску не было. В декабре 2024 г. ее запустили, настройкой занимался сам ФИО9 и ФИО7 Руководство ООО «ОренГофроТара» назначало его ответственным за проведение инструктажей по технике безопасности. В период работы ФИО1 был конфликтным по отношению к молодым работникам, ввиду чего произошло разделение на 2 бригады.
Свидетель ФИО10 пояснил, что в период с 11 октября 2019 г. по 30 мая 2022 г. работал в ООО «ОренГофроТара». До декабря 2020 г. работал неофициально, после чего был официально трудоустроен. С ФИО1 знаком с октября 2019 г., поскольку вместе работали. ФИО1 работал в другой бригаде, но в одном цехе и в одном помещении с ФИО10 График работы был 2 дня рабочих, два дня выходных, с 8-00 ч. до 20-00 ч. Заработная плата выплачивалась в размере 30000 рублей. В то время, когда ФИО10 работал неофициально, заработную плату получал наличными, расписываясь в ведомости. ФИО1 получал заработную плату также наличными через кассу. Указал, что обучение по работе на оборудовании с работниками предприятия не проводилось, инструктажи по технике безопасности не проводились, документы об ознакомлении с правилами техники безопасности не заполняли.
Свидетель ФИО11 пояснил суду, что работал в ООО «ОренГофраТара», которое располагается по адресу: <адрес>, в должности оператора с мая по июль 2023 г. неофициально. Знаком с ФИО1, который был его бригадиром на линии «Куриони». Заработную плату выплачивали наличными в зависимости от выполненного объема работы, размер которой составлял от 20000 рублей до 30000 рублей. ФИО1 занимался запуском и настройкой линии «Куриони».
Свидетель ФИО12 пояснил, что работал в ООО «ОренГофроТара», которое располагается по адресу: <адрес>, в должности рабочего с 2023 г. по январь 2025 г., находился в подчинении ФИО1 Истец работал в ООО «ОренГофроТара» в должности бригадира на станке «Куриони». График работы был сменный, два дня рабочих, два дня выходных, время работы с 8-00 ч. до 20-00 ч. В 2024 г. ФИО1 начал работать на новом станке. Заработную плату получал в размере 30000 рублей — 35000 рублей. Видел, как ФИО1 получал заработную плату в кассе. О получении травмы ФИО1 узнал со слов других людей. После получения травмы ФИО1 приходил на работу с перебинтованной рукой. Инструктажи по технике безопасности с работниками предприятия не проводились. Также не проводилось обучение с работниками по правилам эксплуатации новой линии «Куанхе». В 2024 г. на предприятии был введен пропускной режим, выдавали пропускные карты, которые учитывали время работы. В обязанности ФИО1 входила настройка станков для каждого вида заказа, а также непосредственно работа на станке. Пояснил, что руководство ООО «ОренГофроТара» заключило с ним трудовой договор, по истечении 6 месяцев с момента его трудоустройства. Медкомиссию при трудоустройстве не проходил.
Свидетель ФИО13 пояснил, что работает в ООО «ОренГофроТара» в должности мастера с мая 2023 г., официально трудовые отношения с ним оформлены были 4 апреля 2025 г. Указал, что знаком с ФИО1, однако за его период работы ФИО1 в ООО «ОренГофроТара» не работал. Пояснил, что на производстве работало две бригады, он входил в бригаду ФИО9 С ФИО1 он познакомился 27 июня 2024 г., когда последний пришел устраиваться в ООО «ОренГофраТара». Мастер участка поручил ему произвести настройку высекательно-штамповочной машины «Куанхе», а именно установить штампформу на валы станка. Находившийся в цехе ФИО1 стал ему помогать устанавливать штампформу на вал станка, однако он не просил его об этом. ФИО1 подошел к станку, прикрутил верхнюю часть формы и сказал ему повернуть вал. Он подошел к пульту и нажал кнопку, чтобы повернуть вал и услышал крик ФИО1 Обернулся и увидел, что кисть ФИО1 зажата между валами станка. После этого он решил повернуть вал в обратную сторону, чтобы освободить руку ФИО1, но он самостоятельно ее вытащил. Далее директор М. отвез ФИО1 в больницу.
Свидетель ФИО14 пояснил суду, что работает в ООО «ОренГофраТара» в должности коммерческого директора с апреля 2020 г. С ФИО1 знаком с весны 2020 г. В июне 2023 г. ФИО1 уволился и ушел в компанию ООО «Европак». После увольнения из ООО «ОренГофраТара» ФИО1 приходил на предприятие, с какой целью ему неизвестно. О получении ФИО1 27 июня 2024 г. травмы ему стало известно от других лиц. Пропускной режим был введен летом 2024 г.
Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 37 Конституции Российской Федерации, статьями 2, 11, 15, 16, 19.1, 21, 22, 56, 66, 67, 84.1, 139, 211, 212, 227, 228, 229, 229.2, 230, 230.1, 237, 392, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, статьей 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее по тексту — Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), регулирующими спорные правоотношения, и разъяснениями постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» и от 29 мая 2018 г. N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей — физических лиц и у работодателей — субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» по их применению, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 в части, в связи с чем:
— установил факт трудовых отношений между истцом и ООО «ОренГофроТара»: в период с 17 октября 2019 г. по 30 сентября 2020 г. — в должности помощника оператора гофро-линии; в период с 1 октября 2020 г. по 30 сентября 2021 г. — в должности оператора высекательно-штамповочной машины; в период с 1 октября 2021 г. по 28 декабря 2024 г. — в должности бригадира высекательно-штамповочной машины;
— восстановил истца на работе в должности бригадира высекательно-штамповочной машины ООО «ОренГофроТара» с 29 декабря 2024 г.;
— взыскал с ответчика в его пользу: заработную плату за время вынужденного прогула за период с 29 декабря 2024 г. по 20 августа 2025 г. в размере 186326 рублей 14 копеек; компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей;
— возложил на ООО «ОренГофроТара» обязанность: осуществить выплаты за работника ФИО1 в налоговый орган по месту регистрации и в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации за вышеуказанные периоды его работы, исходя из взысканной судом задолженности по заработной плате; внести в трудовую книжку истца соответствующие записи о приеме на работу и переводах на вышеуказанные должности;
— установил факт несчастного случая на производстве, произошедшего 27 июня 2024 г. с ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей по поручению ООО «ОренГофроТара»;
— возложил на ООО «ОренГофроТара» обязанность составить и выдать ФИО1 акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем с ним в указанный период при исполнении трудовых обязанностей по поручению ООО «ОренГофроТара», в течение 10 рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу.
При этом, суд первой инстанции исходил из того, что с октября 2019 г. истцу был предоставлен доступ к рабочему месту, он был обеспечен спецодеждой, работал на оборудовании, находившемся у ответчика, получал заработную плату на регулярной основе, ему поручалась работа от имени Общества, он подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, выполнял трудовую функцию непрерывно с октября 2019 г. по декабрь 2024 г. по определенным должностям.
Суд первой инстанции не принял во внимание показания свидетелей со стороны ответчика об отсутствии трудовых отношений с истцом в период с мая 2023 г. по ноябрь 2024 г., указав, что они противоречат письменным доказательствам, представленным в материалы дела.
Суд первой инстанции также критически оценил представленную стороной ответчика копию расходного кассового ордера от 9 июня 2023 г. о выплате истцу компенсации при увольнении, а также представленную ответчиком детализацию телефонных переговоров, поскольку не доказано относимыми и достоверными доказательствами принадлежность голоса конкретному лицу.
Суд первой инстанции принял во внимание, согласно материалам дела, 27 июня 2024 г. ФИО1 находился на территории ООО «ОренГофроТара», при установке штампформы на валы станка высекательно-штамповочной машины «Куанхе» с ним произошел несчастный случай: при включении станка его кисть руки оказалась зажата между валами.
Согласно выписному эпикризу ГАУЗ «Оренбургский областной клинический центр хирургии и травматологии» ФИО1 в связи с полученной травмой установлен диагноз «обширная рана левой кисти с повреждением сухожилия сгибателя 3 пальца левой кисти, в условиях ПХО. Закрытый перелом 3 пястной кости левой кисти с удовлетворительным состоянием отломков».
Согласно справке МСЭ-2024 N 1076468 ФИО1 10 февраля 2025 г. установлена инвалидность третьей группы, причина — общее заболевание.
По факту несчастного случая с ФИО1 в ООО «ОренГофроТара», произошедшему 27 июня 2024 г., государственным инспектором труда проводилась проверка и составлено заключение, которым не установлено оснований для расследования несчастного случая в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку факт допуска истца к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного лица в ходе расследования не установлен.
Между тем, в материалах проверки имеются объяснения ФИО13, который при его опросе указал, что он познакомился с ФИО1 27 июня 2024 г., когда тот устроился на работу в ООО «ОренГофроТара». Он получил от бригадира ФИО7 поручение вместе с другим рабочим Березкиным А. произвести настройку станка по обработке картона «куанхе». Находившийся в цехе ФИО1 помогал им устанавливать платформу на вал станка. Когда ФИО1 прикрутил верхнюю часть формы, сказал ему повернуть вал. Он нажал кнопку, чтобы повернуть вал, и в этот момент кисть ФИО1 была зажата между валами.
Факт трудовой деятельности ФИО1 в 2024 г. подтвердил также свидетель ФИО12, который показал, что ФИО1 работал на новом станке, получал заработную плату, после травмы приходил на работу с перебинтованной рукой.
Показания иных свидетелей, в том числе свидетеля ФИО13, со стороны ответчика, отрицавших наличие трудовых отношений ФИО1 с организацией в день получения им травмы, суд первой инстанции оценил критически, поскольку они состоят в трудовых отношениях с ответчиком, находятся в зависимости от него.
В целом соглашаясь с выводами суда первой инстанции об удовлетворении исковых требований ФИО1 в части, суд апелляционной инстанции указал, что судом неправомерно не принят во внимание в качестве доказательства расходный кассовый ордер от 9 июня 2023 г. N 1066 в подтверждение увольнения истца в 2023 г.
Так, не принимая указанный выше ордер в качестве доказательства, суд первой инстанции сослался на пояснения истца и показания свидетелей о том, что они расписывались в платежных ведомостях, а также на то, что оригинал расходного кассового ордера в материалы дела не представлен.
Между тем, как пояснил представитель ООО «ОренГофроТара» в судебном заседании суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции не предлагал данной стороне представить подлинник расходного кассового ордера. Подтверждением данному обстоятельству является представление подлинника расходного кассового ордера от 9 июня 2023 г. N 1066 в суд апелляционной инстанции.
Как следует из указанного выше ордера, ФИО1 выдана сумма 28233 рубля 65 копеек, основанием выдачи указано — компенсация при увольнении.
Кроме того, отклоняя указанное выше письменное доказательство, суд первой инстанции в нарушение статей 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не указал, почему отдал предпочтение пояснениям истца и показаниям свидетелей при наличии письменного доказательства.
Ссылка суда на пояснения истца о том, что подпись в расходном кассовом ордере ему не принадлежит, основанием для непринятия документа в качестве доказательства служить не может, поскольку для установления принадлежности подписи истцу необходимы специальные познания.
С учетом изложенного, определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 25 декабря 2025 г. по делу была назначена почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Оренбургская стоимостная экспертиза» ФИО20.
По заключению эксперта N 9/1.1-02 от 29 января 2026 г., подпись от имени ФИО1 в расходном кассовом ордере N 1066 от 9 июня 2023 г. в строке «подпись ___» выполнена ФИО1
Суд апелляционной инстанции принял указанное заключение эксперта в качестве доказательства по делу, поскольку оно выполнено экспертом, обладающим специальными познаниями, составлено по результатам проведенного исследования путем сравнения исследуемой подписи с образцами подписи и установления совпадения общих и частных признаков. Вывод эксперта истцом не оспаривался.
Кроме того, судом апелляционной инстанции к материалам дела приобщен расходный кассовый ордер N 1065 от 9 июня 2023 г., согласно которому ФИО1 выдана заработная плата за май в сумме 10969 рублей.
Также, судом апелляционной инстанции в качестве дополнительного доказательства к материалам дела приобщена копия журнала учета инструктажей по пожарной безопасности, представленного ответчиком для проведения почерковедческой экспертизы, в которых имеются записи от 17 ноября 2019 г. с указанием фамилии инструктируемого — ФИО1, профессия — машинист Г.А. и подпись в проведении первичного инструктажа, а также записи о проведении ФИО1, машинисту Куриони, повторного инструктажа 25 августа 2020 г., 10 февраля 2021 г. и 25 апреля 2023 г.
Указанные письменные доказательства, по мнению суда апелляционной инстанции, подтверждают, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «ОренГофроТара» с 17 октября 2019 г., которые были прекращены, что подтверждается расходно-кассовым ордером N 1066 от 9 июня 2023 г., в котором ФИО1, расписался за получение компенсации при увольнении.
Таким образом, поскольку работодатель подтвердил прекращение с истцом трудовых отношений, а истец данное обстоятельство иными доказательствами не опроверг, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для установления факта трудовых отношений после 9 июня 2023 г.
При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции признал установленным факт того, что 27 июня 2024 г. ФИО1 был допущен до работы в ООО «ОренГофроТара», поскольку находился в производственном цехе, выполнял работы по настройке станка, и в ходе выполнения работ получил травму. Доказательств отсутствия трудовых отношений ответчиком не представлено.
С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что трудовые отношения между ФИО1 и ООО «ОренГофроТара» вновь возникли с 27 июня 2024 г. на основании фактического допуска истца к работе, в связи с чем, факт трудовых отношений подлежит установлению с 27 июня 2024 г. по 28 декабря 2024 г., когда ФИО21. был уволен.
В этой связи, суд апелляционной инстанции изменил решение суда в части установления факта трудовых отношений, установив факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «ОренГофроТара» в периоды с 17 октября 2019 г. по 9 июня 2023 г. и с 27 июня 2024 г. по 28 декабря 2024 г., а также отказав в установлении факта трудовых отношений в период с 10 июня 2023 г. по 27 июня 2024 г.
Поскольку наличие трудовых отношений ФИО1 с ООО «ОренГофроТара» 27 июня 2024 г. установлено, несчастный случай, произошедший в этот день с истцом при выполнении им работы, связан с производством.
Отклоняя доводы ответчика о пропуске ФИО1 срока обращения в суд с настоящим иском ввиду того, что о нарушении своих прав он узнал в июне 2023 г., когда уволился из ООО «ОренГофроТара», суд апелляционной инстанции сослался на то, что поскольку не имеется доказательств того, что истец обращался к ответчику за оформлением трудовых отношений и в этом ему было отказано, увольнение истца 9 июня 2023 г. не может свидетельствовать о том, что на тот момент он полагал свои права нарушенными. О нарушении своих прав истец узнал 28 декабря 2024 г., когда он был уволен из ООО «ОренГофроТара».
Более того, не согласившись с увольнением, истец 9 января 2025 г. обратился за защитой своих прав в ГИТ Оренбургской области, а 21 февраля 2025 г. — к прокурору Промышленного района и Ленинского района г. Оренбурга. Ответ из ГИТ Оренбургской области был получен им в феврале 2025 г., из прокуратуры — в марте 2025 г., где истцу было разъяснено его право на обращение в суд с иском.
При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что срок обращения в суд пропущен истцом по уважительной причине и подлежит восстановлению, а отсутствие в решении суда вывода о восстановлении срока не влечет признания его незаконным и отмену. Довод ответчика о том, что истец не заявлял о восстановлении срока, препятствием для его восстановления судом в случае пропуска по уважительной причине служить не может.
Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит обоснованными и правомерными выводы суда первой инстанции в неизмененной части и суда апелляционной инстанции, в связи с чем не усматривает оснований для отмены решения суда первой инстанции в неизмененной части и постановления суда апелляционной инстанции по доводам кассационной жалобы ООО «ОренГофроТара», поскольку приведенные выше выводы судов предыдущих инстанции соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения (статье 37 Конституции Российской Федерации, статьям 2, 11, 15, 16, 19.1, 21, 22, 56, 66, 67, 84.1, 139, 211, 212, 227, 228, 229, 229.2, 230, 230.1, 237, 392, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, статье 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), разъяснениям, содержащимся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» и от 29 мая 2018 г. N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей — физических лиц и у работодателей — субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», а также обстоятельствам данного гражданского дела.
Приведенные в кассационной жалобе доводы проверены в полном объеме и признаются судебной коллегией суда кассационной инстанции необоснованными, так как своего правового и документального обоснования в материалах дела не нашли, выводов суда первой инстанции в неизмененной части и суда апелляционной инстанции не опровергли.
Доводы кассационной жалобы об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1, в том числе ссылки на недоказанность наличия между сторонами по делу трудовых отношений в момент получения истцом травмы, а также на пропуск работником установленного законом срока для обращения в суд за защитой нарушенных трудовых прав и отсутствие уважительных причин для его восстановления, основаны на неверном, ошибочном толковании норм материального права, а потому не влекут отмену обжалуемых судебных постановлений. Более того, данные доводы приводились заявителем ранее, являлись предметом исследования судов предыдущих инстанций, были обоснованно отклонены по мотивам, изложенным в судебных постановлениях.
Вопреки доводам кассационной жалобы, из материалов дела следует, что, в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суды правильно установили обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследовали представленные сторонами по делу доказательства, дали им надлежащую правовую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в судебных актах.
При рассмотрении настоящего гражданского дела судами первой и апелляционной инстанций не допущено нарушений и неправильного применения норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных постановлений, а также нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебных постановлений.
Судебной коллегией по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции отклоняются утверждения подателя кассационной жалобы о том, что доказательства и доводы, приводимые им в обоснование своей позиции по делу, оставлены судами без внимания и должной оценки, поскольку они опровергаются содержанием обжалуемых судебных актов, отвечающих требованиям части 4 статьи 198, статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть включающего в себя ссылки на нормы права, регулирующие спорное правоотношение, установленные судами первой и апелляционной инстанций обстоятельства и мотивы, по которым суд отдал предпочтение одним доказательствам перед другими.
Иные доводы кассационной жалобы приводились заявителем ранее, являлись предметом исследования судов предыдущих инстанций, были обоснованно отклонены по мотивам, изложенным в судебных постановлениях, по существу направлены на иную оценку представленных сторонами доказательств и иное толкование норм материального и процессуального права.
Кассационная инстанция при проверке законности судебных постановлений нижестоящих судов не вправе входить в обсуждение фактической стороны дела. Исследование и оценка представленных лицами, участвующими в деле, доказательств в подтверждение своих доводов и возражений, установление обстоятельств, на которых основаны изложенные в судебных постановлениях выводы, отнесены законом к исключительной компетенции судов первой и апелляционной инстанций.
Кассационная жалоба не содержит указаний на обстоятельства, которые не были учтены судами и не получили правовую оценку.
При таких данных судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы ООО «ОренГофроТара».
Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 20 августа 2025 г. в неизмененной части и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 12 февраля 2026 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ООО «ОренГофроТара» — без удовлетворения.
Председательствующий
Г.Г.НЕПОПАЛОВ
Судьи
И.А.РОМАДАНОВА
И.И.ПЕТРОВА
Мотивированное определение изготовлено 2 июля 2026 г.
