ТРЕТИЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 июня 2026 г. N 88-10162/2026
Дело N 2-824/2025
51RS0002-01-2025-000330-06
Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в составе
председательствующего судьи Козловой Е.В.,
судей Акуловой Е.В., Смирновой О.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-824/2025 по иску Б.А.А. к обществу с ограниченной ответственностью «ЗЕТАСОФТ» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, установлении факта осуществления работником работы в районах Крайнего Севера, возложении обязанности совершить определенные действия, взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплат, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск, расходов по оплате стоимости проезда к месту отдыха и обратно,
по кассационной жалобе представителя общества с ограниченной ответственностью «ЗЕТАСОФТ» на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 9 апреля 2026 г.
Заслушав доклад судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции Козловой Е.В., выслушав представителей общества с ограниченной ответственностью «ЗЕТАСОФТ» З. (генерального директора) и Е., действующего по доверенности, поддержавших доводы кассационной жалобы, представителя Б.А.А. по доверенности И., возражавшего против удовлетворения жалобы, заключение прокурора Скибенко С.А. об отсутствии оснований для отмены или изменения апелляционного определения, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции
установила:
Б.А.А. обратился с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ЗЕТАСОФТ» (далее ООО «ЗЕТАСОФТ»), уточнив исковые требования, просил суд признать факт его работы в ООО «ЗЕТАСОФТ» в период с 12 октября 2023 г. по 24 декабря 2024 г. в районах Крайнего Севера, обязать ООО «ЗЕТАСОФТ» представить в Фонд пенсионного и социального страхования сведения о периоде работы (стаже) с 12 октября 2023 г. по 24 декабря 2024 г. в районах Крайнего Севера, признать решение аттестационной комиссии от 20 декабря 2024 г. недействительным, признать незаконным приказ генерального директора ООО «ЗЕТАСОФТ» от 24 декабря 2024 г. N 93 о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановить на работе в должности разработчика программного обеспечения, взыскать задолженность по заработной плате в размере 3 528 865 руб. 34 коп., компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 1 484 325 руб. 92 коп., средний заработок за время вынужденного прогула в размере 1 170 070 руб. 08 коп., расходы по оплате стоимости проезда к месту отдыха и обратно в размере 30 135 руб. 41 коп., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 575 410 руб. 28 коп., расходы на оплату услуг представителя в размере 55 000 руб., расходы по оплате услуг по составлению претензии в размере 18 000 руб., расходы по оформлению протокола осмотра доказательств в размере 30 300 руб.
Решением Первомайского районного суда города Мурманска от 22 мая 2025 г. исковые требования удовлетворены частично.
Приказ генерального директора ООО «ЗЕТАСОФТ» от 24 декабря 2024 г. N 93 о прекращении (расторжении) трудового договора с Б.А.А. по основанию, предусмотренному пунктом 3 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, признан незаконным, Б.А.А. восстановлен на работе в ООО «ЗЕТАСОФТ» в должности разработчика программного обеспечения с 25 декабря 2024 г., установлен факт осуществления работником ООО «ЗЕТАСОФТ» Б.А.А. работы в период с 12 октября 2023 г. по 24 декабря 2024 г. в районах Крайнего Севера, на ООО «ЗЕТАСОФТ» возложена обязанность представить в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования по Санкт-Петербургу и Ленинградской области сведения о периоде работы (стаже) Б.А.А. с 12 октября 2023 г. по 24 декабря 2024 г. в районах Крайнего Севера; с ООО «ЗЕТАСОФТ» в пользу Б.А.А. взыскана задолженность по заработной плате в размере 2 066 584 руб. 36 коп., компенсация за несвоевременную выплату заработной платы в размере 900 191 руб. 46 коп., средний заработок за время вынужденного прогула в размере 1 228 633 руб. 92 коп., расходы по оплате стоимости проезда к месту отдыха и обратно в размере 17 398 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 55 000 руб., расходы по оплате услуг по составлению претензии в размере 18 000 руб., расходы по оформлению протокола осмотра доказательств в размере 30 300 руб.
В удовлетворении остальной части иска отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 11 сентября 2025 г. решение Первомайского районного суда города Мурманска от 22 мая 2025 г. отменено, по делу постановлено новое решение, которым в удовлетворении иска отказано в полном объеме.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 15 декабря 2025 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 11 сентября 2025 г. отменено в части разрешения исковых требований об установлении факта осуществления работы в районах Крайнего Севера, возложении обязанности совершить определенные действия, взыскании заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, расходов по оплате стоимости проезда к месту отдыха и обратно, распределения судебных расходов, в указанной части дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
В остальной части апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 11 сентября 2025 г. оставлено без изменения.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 9 апреля 2026 г. решение Первомайского районного суда города Мурманска от 22 мая 2025 г. отменено в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ЗЕТАСОФТ» в пользу Б.А.А. судебных расходов на оплату услуг представителя по составлению претензии в сумме 18 000 руб., в отменной части принято новое решение, которым в удовлетворении данного требования Б.А.А. отказано.
В части взыскания заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, государственной пошлины решение изменено. С ООО «ЗЕТАСОФТ» в пользу Б.А.А. взыскана задолженность по заработной плате в размере 1 797 928 руб. 40 коп., компенсация за несвоевременную выплату заработной платы в размере 891 325 руб. 50 коп., задолженность по оплате отпуска в размере 272 606 руб. 14 коп.
С ООО «ЗЕТАСОФТ» взыскана государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования город Мурманск в размере 25 222 руб. 18 коп.
В остальной части решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе ответчика и дополнениях к ней ставится вопрос об отмене апелляционного определения по мотиву незаконности.
В судебное заседание суда кассационной инстанции не явился истец, о времени и месте рассмотрения дела извещен, направил в суд заявление о рассмотрении дела без его личного участия, воспользовался правом ведения дела с помощью представителя. Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции, руководствуясь частью пятой статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрела дело в отсутствие неявившегося истца.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и дополнений к ней, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом установлено и из материалов дела следует, что на основании трудового договора N 05/2023 от 12 октября 2023 г. Б.А.А. был принят на работу в ООО «ЗЕТАСОФТ» на должность разработчика программного обеспечения в отдел разработок с 12 октября 2023 г.
Согласно пункту 2.2 трудового договора дистанционный работник обязуется выполнять трудовые функции, предусмотренные должностной инструкцией для должности Разработчик программного обеспечения, вне места нахождения работодателя, его филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения (включая расположенный в другой местности), вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя.
Согласно пункту 5 трудового договора за выполнение трудовой функции дистанционному работнику, полностью отработавшему норму рабочего времени, установленную настоящим трудовым договором, устанавливается: должностной оклад в размере 57 472 руб. в месяц; премии, согласно локальным нормативным актам и организационно-распорядительным документам работодателя; надбавки, доплаты и иные выплаты, предусмотренные Трудовым кодексом Российской Федерации, локальными нормативными актами и организационно-распорядительными документами работодателя.
Пунктом 4.3 трудового договора предусмотрено, что дистанционному работнику предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней, а также могут устанавливаться дополнительные отпуска в соответствии с законодательством Российской Федерации и правилами внутреннего трудового распорядка.
Местом заключения трудового договора указан город Санкт-Петербург.
В разделе 13 «Реквизиты и подписи сторон» указан адрес регистрации Б.А.А.: <адрес>.
Приказом ответчика от 24 декабря 2024 г. N 93 прекращено действие трудового договора от 12 октября 2023 г., Б.А.А. уволен 24 декабря 2024 г. в связи с несоответствием работника занимаемой должности или выполняемой работе вследствие недостаточной квалификации (пункт 3 часть первая статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации).
В качестве основания указан протокол N 2 заседания аттестационной комиссии от 23 декабря 2024 г.
Отказывая истцу в удовлетворении требований о признании результатов аттестации незаконными, суд первой инстанции, проверив процедуру проведения аттестации, в соответствии с положениями статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», Положения о порядке проведения аттестации работников ООО «ЗЕТАСОФТ», исследовав представленные доказательства, пришел к выводу о том, что ответчиком не допущено нарушений процедуры проведения аттестации, в связи с чем решение аттестационной комиссии о несоответствии истца занимаемой должности является обоснованным.
Суд первой инстанции установил, что работодателем в установленном порядке создана аттестационная комиссия, приказом генерального директора общества утверждены тестовые вопросы и задачи для проведения первых двух этапов аттестации, утвержден график проведения аттестации, с которым истец был ознакомлен, как и с тематикой проведения аттестации, за 30 дней до начала аттестации, лица, включенные в аттестационную комиссию, обладали необходимыми знаниями в области разработки программного обеспечения 1С, оценка результатов аттестации проводилась также компетентным лицом, решение о несоответствии работника занимаемой должности принято по результатам голосования. По окончании аттестации Б.А.А. был уведомлен о невозможности предложения другой должности в отсутствие вакансий.
Отказывая в удовлетворении требований о взыскании сумм не начисленной премии, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что работодатель обоснованно снижал размер премии Б.А.А., поскольку представленными в дело письменными доказательствами, объяснениями самого истца, нашли подтверждение доводы ответчика о том, что истец не справлялся с поставленными перед ним задачами, выполнял их некачественно, не в полном объеме. При этом, исходя из принятого у ответчика Положения об оплате труда и премировании, условий трудового договора истца, следует, что постоянной частью заработной платы является лишь должностной оклад, тогда как премии представляют собой переменную часть оплаты труда, следовательно, не являются гарантированной выплатой.
Суд апелляционной инстанции (апелляционное определение от 11 сентября 2025 г.) с выводами суда первой инстанции в указанной части согласился.
Разрешая спор и удовлетворяя требования Б.А.А. в части установления факта работы истца в период с 12 октября 2023 г. по 24 декабря 2024 г. в ООО «ЗЕТАСОФТ» в районах Крайнего Севера, суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства о том, что в период работы у ответчика истец неоднократно обращался за медицинской помощью в городе Мурманске, зарегистрирован по месту жительства в городе Мурманске вместе со своей матерью, имеющей инвалидность и опекуном которой он является, проводил отпуск с выездом из города Мурманска с возвращением к месту жительства в период с 30 сентября 2024 г. по 9 октября 2024 г., пришел к выводу о том, что факт проживания истца в городе Мурманске, относящемся к району Крайнего Севера, и осуществление им дистанционной работы по месту жительства, подтверждается. В связи с изложенным, установив, что выплата заработной платы Б.А.В. производилась без учета районного коэффициента и полярной надбавки за стаж работы в районах Крайнего Севера, суд первой инстанции удовлетворил также требование истца о взыскании с ответчика недополученной заработной платы, на сумму которой начислил в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации денежную компенсацию.
Удовлетворяя требования о признании незаконным приказа генерального директора ООО «ЗЕТАСОФТ» о прекращении (расторжении) трудового договора с Б.А.А., восстановлении истца на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, суд первой инстанции, сославшись на положения статей 312.1, 312.8 Трудового кодекса Российской Федерации, установив, что приказ о прекращении трудового договора с истцом от 24 декабря 2024 г. N 93 был изготовлен ответчиком в виде электронного документа и направлен Б.А.А. в электронном виде, при этом в нарушение приведенных норм работник не был извещен работодателем о прекращении трудового договора путем направления копии приказа на бумажном носителе по почте заказным письмом с уведомлением в течение трех рабочих дней со дня издания приказа, признал приказ незаконным, подлежащим отмене, восстановил истца на работе с 25 декабря 2024 г. с выплатой среднего заработка за время вынужденного прогула.
Данные выводы суда первой инстанции суд апелляционной инстанции (апелляционное определение от 11 сентября 2025 г.) признал не основанными на законе, указал, что само по себе осуществление истцом по собственному усмотрению трудовой функции в городе Мурманске без согласования с работодателем, не может повлечь изменение существенного условия трудового договора о месте работы, поскольку изменение существенных условий трудового договора работников в одностороннем порядке противоречит трудовому законодательству и нарушает права работодателя как стороны трудового договора.
В трудовом договоре отсутствует указание на выплату Б.А.А. заработной платы с учетом районного коэффициента и процентной надбавки за стаж работы в районах Крайнего Севера, не указано на предоставление дополнительного отпуска в связи с работой в особых климатических условиях. Истец, подписывая трудовой договор, знал и был согласен с его условиями, в том числе о размере заработной платы, гарантиях и компенсациях. Истцу ежемесячно выплачивалась заработная плата в соответствии с условиями договора, каких-либо претензий о своем несогласии с размером получаемой заработной платы он работодателю не заявлял, не обращался с заявлением о внесении изменений в трудовой договор в оспариваемой в иске части.
Суд апелляционной инстанции указал, что сама по себе регистрация истца по месту жительства вместе с матерью, опекуном которой он является, периодическое обращение за медицинской помощью, получение водительских прав, выезд в отпуск и возвращение к месту жительства в городе Мурманске, не может бесспорно подтверждать постоянное исполнение трудовых обязанностей в районе Крайнего Севера на протяжении всего периода с октября 2023 г. по декабрь 2024 г.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для удовлетворения требования истца об установлении факта осуществления Б.А.А. работы в спорный период в районах Крайнего Севера и выплате недополученной заработной платы и денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, а также производных требований в части возложения на ответчика обязанности представить в пенсионный орган сведения о спорном периоде работы истца как осуществление работы в условиях Крайнего Севера, а также в части взыскания расходов по оплате стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно.
Суд апелляционной инстанции также посчитал незаконными и выводы суда первой инстанции в части удовлетворения требований истца о восстановлении на работе, поскольку в соответствии с абзацем 3 статьи 312.8 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, если ознакомление дистанционного работника с приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора, предусматривающего выполнение этим работником трудовой функции дистанционно на постоянной основе или временно, осуществляется в форме электронного документа, работодатель обязан в течение трех рабочих дней со дня издания указанного приказа (распоряжения) направить дистанционному работнику по почте заказным письмом с уведомлением оформленную надлежащим образом копию указанного приказа (распоряжения) на бумажном носителе.
Судом установлено и ООО «ЗЕТАСОФТ» не оспаривалось, что приказ об увольнении истца от 24 декабря 2024 г. N 93 на бумажном носителе в течение 3 рабочих дней почтой истцу направлен не был, при этом ответчик представил в дело доказательства ознакомления истца с данным приказом через систему электронного документооборота, а также путем направления через Телеграмм-канал.
Суд апелляционной инстанции указал, что при таком положении, действительно, ответчиком не соблюден порядок уведомления дистанционного работника с приказом об увольнении, а именно путем направления копии приказа на бумажном носителе, вместе с тем данное обстоятельство не является нарушением процедуры увольнения, поскольку не подтверждает отсутствие у работодателя законного основания для прекращения трудового договора и не относится к числу нарушений порядка увольнения, влекущих признание его незаконным. Данное обстоятельство не препятствовало истцу обратиться за защитой нарушенных трудовых прав и обжаловать приказ работодателя в судебном порядке.
С учетом изложенного предусмотренных законом оснований для удовлетворения требований истца об отмене приказа об увольнении и восстановлении на работе по основанию несоблюдения работодателем процедуры увольнения работника, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, у суда первой инстанции не имелось.
Также суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что поскольку в ходе судебного разбирательства нарушения трудовых прав работника не установлено, оснований для удовлетворения требования Б.А.А. о взыскании денежной компенсации морального вреда в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации не имелось, как и отсутствовали правовые основания в соответствии с требованиями статей 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для возмещения истцу понесенных по делу судебных расходов.
Проверяя законность и обоснованность судебных постановлений по доводам кассационной жалобы истца и кассационному представлению прокурора, суд кассационной инстанции с выводами судов первой и апелляционной инстанций в части отказа в удовлетворении требований о признании результатов аттестации недействительными и приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании невыплаченных сумм премии, оплаты вынужденного прогула, согласился.
Вместе с тем, выводы суда апелляционной инстанции в части разрешения спора об установлении факта осуществления работы в районах Крайнего Севера, возложении обязанности совершить определенные действия, взыскании заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, расходов по оплате стоимости проезда к месту отдыха и обратно, распределения судебных расходов, суд вышестоящей инстанции признал постановленными с нарушением норм материального и процессуального права.
Сославшись на положения статей 312.1, 312.6, 312.8, 313, 315 Трудового кодекса Российской Федерации, суд вышестоящей инстанции указал, что на дистанционных работников в период выполнения ими трудовой функции распространяется действие трудового законодательства и иных актов, районный коэффициент и процентная надбавка начисляются к заработной плате работника в зависимости от места выполнения им трудовой функции.
Судом апелляционной инстанции оставлены без внимания реквизиты трудового договора, согласно которым истцом указано место его регистрации в г. Мурманске, сведений об ином месте для выполнения трудовой функции при дистанционной работе трудовой договор не содержит. Также не учтено, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях, о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд Российской Федерации (определение от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, определение от 13 октября 2009 г. N 1320-О-О, определение от 12 апреля 2011 г. N 550-О-О и др.). Не учтены положения пункта 5.1 трудового договора, согласно которым в состав заработной платы Б.А.А. включаются надбавки, доплаты и иные выплаты, предусмотренные Трудовым кодексом Российской Федерации, локальными нормативными актами и организационно-распорядительными документами работодателя.
При повторном апелляционном рассмотрении (апелляционное определение от 9 апреля 2026 г.) суд апелляционной инстанции во исполнение указаний суда вышестоящей инстанции проанализировал положения пунктов 5.1, 8.1, 13 трудового договора, обстоятельства трудоустройства истца и его проживания в г. Мурманске в районе Крайнего Севера, доказательства, которыми данный факт подтверждается. Сославшись на сведения о регистрации истца, совершении им покупок, посещении спортивного зала, получении парикмахерских и медицинских услуг, документы, подтверждающие транспортные расходы, а также информацию о дате, времени входящих и исходящих телефонных соединений и смс-сообщений с указанием абонентских номеров и местоположения приемопередающих базовых станций за спорный период, наличие у истца статуса опекуна матери, признал подтвержденным факт проживания Б.А.А. в районе Крайнего Севера.
При этом суд апелляционной инстанции указал, что место нахождения работодателя в г. Санкт-Петербурге правового значения для разрешения спора не имеет, поскольку истец фактически работал в г. Мурманске, относящемся к районам Крайнего Севера, где при расчете заработной платы начисляется районный коэффициент и полярная надбавка за стаж работы, то есть применяются предусмотренные законом гарантии и компенсации для лиц, проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям. Само по себе отсутствие в трудовом договоре условия о выплате заработной платы с учетом северных надбавок, не является основанием для их не начисления, поскольку такая выплата предусмотрена действующим трудовым законодательством и не зависит от усмотрения работодателя.
С учетом изложенного выводы суда первой инстанции о взыскании с ответчика недополученной истцом заработной платы и компенсации по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации признал обоснованными.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не согласился с определенной суммой выплат, подлежащих взысканию, произвел перерасчет задолженности за весь период работы истца с октября 2023 г. по декабрь 2024 г., что составило 1 797 928 руб. 40 коп. (сумма, подлежащая выплате работнику, с вычетом НДФЛ).
Компенсацию за задержку выплат в соответствии с положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции определил в сумме 891 325 руб. 50 коп. (сумма, подлежащая выплате работнику, с вычетом НДФЛ).
Принимая во внимание, что требования истца об установлении факта осуществления работы в районах Крайнего Севера удовлетворены, истец вправе требовать выплату денежной компенсации неиспользованных отпусков при увольнении, а также оплату предоставленного отпуска с учетом гарантий, предусмотренных для лиц, работающих в районах Крайнего Севера, суд апелляционной инстанции взыскал с ответчика в пользу истца доплату при увольнении в размере 272 606 руб. 14 коп. (сумма, подлежащая выплате работнику, с вычетом НДФЛ).
Выводы суда первой инстанции о возложении на ответчика обязанности представить в ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области сведения о периоде работе (стаже) истца с 12 октября 2023 г. по 24 декабря 2024 г. в районах Крайнего Севера, суд апелляционной инстанции признал обоснованными.
Также суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для удовлетворения ходатайства истца о восстановлении пропущенного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в обоснование которого Б.А.А. указал, что для решения вопроса о выплате задолженности по заработной плате 26 августа 2024 г. он обратился с жалобой на действия работодателя, связанные с невыплатой заработной платы, в частности полярных надбавок и районного коэффициента посредством сервиса «ОнлайнинспекцияРФ» на портале Госуслуг. Указал, что при направлении письменного обращения по вопросу невыплат заработной платы в Государственную инспекцию труда, истец правомерно ожидал, что в отношении работодателя будет принято соответствующее решение об устранении нарушений его трудовых прав и его права будут восстановлены.
Решение суда первой инстанции в части взыскания судебных расходов на оплату услуг представителя по составлению претензии в размере 18 000 руб. суд апелляционной инстанции отменил, указав, что такие расходы не относятся к судебным издержкам по смыслу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ввиду отсутствия в трудовом законодательстве обязанности по досудебному урегулированию трудовых споров.
Учитывая сумму требований, удовлетворенных судом, руководствуясь статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции снизил размер государственной пошлины, подлежащей взысканию в доход бюджета муниципального образования, до 25 222 руб. 18 коп.
Доводы кассационной жалобы ответчика не могут быть признаны основанием для отмены апелляционного определения в кассационном порядке, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права.
При повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями части четвертой статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации учтены указания вышестоящего суда, подробно проверены доводы истца относительно его проживания в г. Мурманске и осуществления рабочей функции в районе Крайнего Севера, произведен анализ положений трудового договора в совокупности с трудовым законодательством и нормативными положениями, регулирующими спорные правоотношения, в апелляционном определении от 9 апреля 2026 г. изложены исчерпывающие выводы о толковании закона, примененного при рассмотрении спора.
Вопреки доводам кассационной жалобы и дополнений к ней, нижестоящими судами достоверно установлен факт проживания и исполнения истцом в дистанционном формате трудовых обязанностей в г. Мурманске, который относится к районам Крайнего Севера. Данный факт подтверждается совокупностью представленных в дело доказательств и не опровергнут ответчиком. При этом работодателю было известно фактическое местонахождение работника Б.А.А., поскольку указанные сведения представлены истцом при трудоустройстве.
С учетом установленных обстоятельств, выводы судов о наличии оснований для начисления полярных надбавок и районного коэффициента являются правильными.
Судом апелляционной инстанции обоснованно было учтено, что согласно части первой статьи 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации дистанционной (удаленной) работой (далее — дистанционная работа, выполнение трудовой функции дистанционно) является выполнение определенной трудовым договором трудовой функции вне места нахождения работодателя, его филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения (включая расположенные в другой местности), вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя, при условии использования для выполнения данной трудовой функции и для осуществления взаимодействия между работодателем и работником по вопросам, связанным с ее выполнением, информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет, и сетей связи общего пользования.
Частью третьей статьи 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что под дистанционным работником понимается работник, заключивший трудовой договор или дополнительное соглашение к трудовому договору, указанные в части второй статьи 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации, а также работник, выполняющий трудовую функцию дистанционно в соответствии с локальным нормативным актом, принятым работодателем в соответствии со статьей 312.9 Трудового кодекса Российской Федерации.
На дистанционных работников в период выполнения ими трудовой функции дистанционно распространяется действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, с учетом особенностей, установленных главой 49.1 Трудового кодекса Российской Федерации (часть четвертая статьи 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с абзацем вторым части второй статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации к числу обязательных условий трудового договора относится, в частности, место работы работника, а в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, — место работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения.
На основании абзаца второго части четвертой статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, в частности, уточнение места работы (с указанием структурного подразделения и его местонахождения) и (или) о рабочем месте.
Из определения дистанционной работы в соответствии с частью первой статьи 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что для работника местом постоянной работы является место его нахождения.
Согласно статье 315 Трудового кодекса Российской Федерации оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.
Повышение оплаты труда в местностях с особыми климатическими условиями является реализацией вытекающих из положений статей 19 и 37 Конституции Российской Федерации, а также закрепленных в статьях 2 и 22 Трудового кодекса Российской Федерации принципов равенства прав работников и запрета дискриминации, включающих право на равную оплату за труд равной ценности.
Данная позиция изложена в разделе I Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 февраля 2014 г., применительно к районным коэффициентам и процентным надбавкам, установленным для районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей.
Таким образом, районный коэффициент и процентная надбавка начисляются к заработной плате работника в зависимости от места выполнения им трудовой функции, а не от места нахождения работодателя, в штате которого состоит работник.
Иное толкование положений законодательства, равно как иная оценка установленных судом обстоятельств, доказательств, несогласие с выводами судов основанием для отмены апелляционного определения не является.
Взыскание в пользу истца задолженности по иным выплатам также обосновано выполнением трудовой функции в районах Крайнего Севера и неполной оплате работодателем отпусков, невыплате компенсации за проезд к месту отпуска и обратно в соответствии с нормативными положениями, устанавливающими дополнительные гарантии для работников, которые осуществляют трудовую деятельность в особых климатических условиях.
Нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных постановлений (часть третья статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), исходя из материалов дела и доводов кассационной жалобы, не допущено.
Поскольку ни один из доводов кассационной жалобы не свидетельствует о наличии обстоятельств, предусмотренных в статье 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, кассационный суд не находит оснований для ее удовлетворения и пересмотра обжалуемого апелляционного определения.
Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 9 апреля 2026 г. оставить без изменения, кассационную жалобу представителя общества с ограниченной ответственностью «ЗЕТАСОФТ» — без удовлетворения.
Мотивированное определение изготовлено 10 июля 2026 г.
——————————————————————
