Все новости законодательства
у вас на почте

Подпишитесь на рассылки

Все новости законодательства в вашей электронной почте

Подпишитесь на наши рассылки

ОПРЕДЕЛЕНИЕ Второго кассационного суда общей юрисдикции от 03.06.2020 № 88-1423/2020

ВТОРОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 июня 2020 г. по делу N 88-1423/2020

Уникальный идентификатор дела 69RS0018-01-2019-000206-51

Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе
председательствующего Патронова Р.В.,
судей Бекловой Ж.В. и Матушкиной Н.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании 3 июня 2020 г. гражданское дело N 2-184/2019 по иску Федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Тверской области» к В.Л. о взыскании с работника материального ущерба
по кассационной жалобе Федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Тверской области» на решение Лихославльского районного суда Тверской области от 3 июля 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 12 сентября 2019 г., которыми в удовлетворении требований отказано.
Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции Патронова Р.В.,
Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

установила:

Федеральное казенное учреждение «Военный комиссариат Тверской области» (далее — ФКУ «Военный комиссариат Тверской области») обратилось в суд с иском к В.Л. о взыскании материального ущерба.
В обоснование заявленных требований указало, что ответчик состояла в трудовых отношениях с 15 апреля 2014 г., была принята на должность начальника юридического отделения.
2 февраля 2015 г. с В.Л. заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности.
С 30 марта 2018 г. трудовой договор расторгнут по инициативе работника.
Указывает, что ответчик при исполнении трудовых обязанностей причинила материальный ущерб.
ФГБОУ ВО ТвГУ и истец заключили договор от 18 сентября 2017 г. N 69-34-ДПО на обучение по дополнительной образовательной программе повышения квалификации «Контрактная система закупок товаров, работ и услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Услуги по повышению квалификации 4 работников, в том числе и ответчика, оплачены истцом. Вместе с тем, В.Л. итоговую аттестацию не прошла, отчислена приказом и.о. ректора от 29 декабря 2017 г. N 1798-0 с 25 сентября 2017 года.
Военный комиссариат был поставлен в известность об отчислении В.Л. только в мае 2018 года. Полагает, что ответчиком причинен ущерб на сумму 12 600 руб. в размере расходов затраченных на ее обучение.
27 апреля 2018 г. проведена инвентаризация имущества и материальных ценностей. На момент инвентаризации в наличии не оказалось 2-х наименований нефинансовых активов (вычислительной техники и электрочайника) общей балансовой стоимостью 15 789 руб., ответственность за сохранность которых возложена на В.В.
Решением Лихославльского районного суда Тверской области от 3 июля 2019 г. в удовлетворении требований отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 12 сентября 2019 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
В кассационной жалобе ФКУ «Военный комиссариат Тверской области» ставится вопрос об отмене судебных постановлений как незаконных. В обоснование доводов жалобы указано на неправильное применения судами норм материального права и неверное установление обстоятельств, имеющих значение для дела.
В обоснование доводов жалобы податель указывает обстоятельства, ранее изложенные в исковом заявлении и апелляционной жалобе на решение суда.
Выражает несогласие с выводом судебных инстанций о том, что им как работодателем нарушена процедура привлечения работника к материальной ответственности, поскольку от нее не были отобраны объяснения. В опровержение указанного вывода приводит доводы о том, что на момент проведения проверки истец с ответчиком уже не состояли в трудовых отношениях, в связи с чем отобрать у нее объяснения по факту причинения имущественного ущерба не представлялось возможным. Вместе с тем по факту обнаружения ущерба ей была направлена претензия с требованием возместить убытки, на которую она не отреагировала.
Не соглашается с выводами суда об отсутствии оснований для возмещения материального ущерба в связи с утратой двух наименований нефинансовых активов, полагая судебные постановления в указанной части незаконными.
На рассмотрение дела в судебное заседание суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, не явились. О времени и месте судебного заседания, назначенного на 3 июня 2020 г., извещены надлежащим образом. При таких обстоятельствах, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в отсутствие сторон.
В силу статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив по правилам статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, кассационный суд не находит предусмотренных статьей 379? оснований для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ответчик В.Л. состояла в трудовых отношениях с ФКУ «Военный комиссариат Тверской области» с 15 апреля 2014 г. в должности начальника юридического отделения.
11 апреля 2014 г. в пользование ответчика как работника переданы, в том числе, комплект вычислительной техники на сумму 14 369 руб., а также чайник электрический SC-1225.
2 февраля 2015 г. между истцом и В.Л. заключен договор о полной материальной ответственности.
Приказом военного комиссара от 26 марта 2018 г. N 46 В.Л. уволена с занимаемой должности.
Актом о результатах инвентаризации от 30 мая 2018 г. установлено отсутствие данной техники.
Актом от 30 мая 2018 г. установлена стоимость техники в сумме 15 789 руб.
Приказом военного комиссара Тверской области от 18 сентября 2017 г. В.Л. направлена на обучение по программе повышения квалификации «Контрактная система в сфере закупок товаров, работ и услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».
Приказом от 20 сентября 2017 г. В.Л. зачислена в ФГБОУ ВО ТвГУ с 7 сентября 2017 г. по 25 сентября 2017 г. на дополнительную профессиональную программу повышения квалификации «Контрактная система в сфере закупок товаров, работ и услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».
Работодателем оплачены услуги по повышению квалификации работников, в том числе за обучение В.Л. в сумме 12 600 руб.
20 декабря 2017 г. В.Л. отчислена из ФГБОУ ВО ТвГУ, в связи с непрохождением итоговой аттестации.
Приказом Военного комиссариата Тверской области от 23 июля 2018 г. N 190 назначено административное расследование с целью установления причин и лиц, виновных в причинении ущерба, выявленного при выездной проверке ФКУ «Военный комиссариат Тверской области», в частности 15 789 руб. в части недостачи материальных ценностей В.Л., а также суммы в размере 12 600 руб., выплаченной на повышение квалификации В.Л.
Актом служебного расследования установлено, что В.Л. причинила истцу ущерб на сумму 12 600 руб. за не прохождение обучения, а также 15 789 руб., в связи с недостачей материальных ценностей.
31 января 2019 г. В.Л. направлена претензия с предложением о добровольном возмещении ущерба на общую сумму 28 389 руб.
На претензию В.Л. не ответила.
Кроме того, материалами дела подтверждается и не оспаривалось истцом, что письменные объяснения для установления причины возникновения ущерба от ответчика В.Л. по факту причинения работодателю материального ущерба не истребовались.
Отказывая в удовлетворении требований о возмещении материального ущерба, причиненного при исполнении служебных обязанностей, в связи с недостачей материальных ценностей, суд первой инстанции руководствовался нормами главы 39 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющей условия и порядок возложения на работника материальной ответственности за причиненный при исполнении трудовых обязанностей материальный ущерб, а также Приказом Минфина России от 13 июня 1995 г. N 49 «Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств».
При этом суд исходил из нарушения работодателем процедуры и порядка проведения инвентаризации имущества, поскольку при увольнении ответчика (26 марта 2018 г.) инвентаризация имущества не проводилась, а недостача материальных ценностей обнаружена работодателем спустя более чем 2 месяца с момента увольнения В.Л. (акт от 30 мая 2018 г.). Кроме того, суд принял во внимание, что у В.Л. в нарушение требований статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации не истребовались объяснения по факту причиненного ущерба и она не была уведомлена об итогах проведения служебного расследования.
Отказывая в удовлетворении требований о взыскании с ответчика расходов на повышение квалификации по правилам о материальной ответственности работника, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 196, 198 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что повышение квалификации не является ученическим договором, в связи с чем понесенные истцом расходы на повышение квалификации ответчика, не могут быть отнесены к затратам на обучение и не подлежат возмещению с В.Л.
Кроме того, применительно к обоим заявленным суммам суд первой инстанции указал на неприменение договора о полной материальной ответственности, поскольку он заключен с ответчиком без установленных на то законом оснований.
Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.
Суд кассационной инстанции в пределах доводов кассационной жалобы также не усматривает оснований для возложения на ответчика материальной ответственности за причиненный работодателю ущерб.
Как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.
Заявляя требования о взыскании с ответчика как бывшего работника сумм недостачи материальных ценностей и расходов на повышение ее квалификации, ответчик не представил суду доказательств, подтверждающих соблюдение требований статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации и истребование у работника объяснений перед взысканием с нее суммы ущерба, а также не принял во внимание, что инвентаризация была проведена не непосредственно после увольнения работника, как того требует пункт 27 Приказа Минфина России от 29 июля 1998 г. N 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации», а спустя два месяца. Не представлено суду и доказательств, подтверждающих с разумной степенью достоверности размер материального ущерба, то есть требования статьи 246 Трудового кодекса Российской Федерации.
Таким образом, ответчик как работодатель не доказал соблюдение процедуры возложения на работника данной меры юридической ответственности.
Доводы подателя жалобы о том, что у работодателя отсутствовала возможность отобрать у работника письменные объяснения в связи с его увольнением, суд кассационной инстанции отклоняет в силу следующего.
Так, согласно статье 232 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
При этом, исходя из содержания статей главы 39 Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующих порядок привлечения работника к материальной ответственности, закон не предусматривает каких-либо различий в процедуре проведения проверки по факту причиненного ущерба для действительных работников и лиц, с которыми на момент проведения проверки трудовые отношения прекращены.
При таких обстоятельствах истребование от ответчика объяснений являлось обязательным.
Иные доводы ФКУ «Военный комиссариат Тверской области», изложенные в кассационной жалобе, по сути, направлены на оспаривание оценки доказательств и выводов суда по обстоятельствам дела, в связи с чем не могут служить основанием для пересмотра состоявшихся по делу судебных постановлений в кассационном порядке, поскольку исследование и оценка собранных в ходе разрешения спора доказательств и установление обстоятельств, имеющих значение для дела, в соответствии с действующим гражданским процессуальным законодательством (часть 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) к компетенции суда кассационной инстанции не относится.
Руководствуясь статьями 379?, 390, 390? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

определила:

решение Лихославльского районного суда Тверской области от 3 июля 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 12 сентября 2019 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Тверской области» — без удовлетворения.
——————————————————————

Задать вопрос

















*Для организаций Москвы и МО