АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 10 ноября 2025 г. по делу N А32-62478/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 06 ноября 2025 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 10 ноября 2025 года.
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Черных Л.А., судей Герасименко А.Н. и Гиданкиной А.В., при участии в судебном заседании от заявителя — общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственная компания «Октябрь» — Ягнакова М.С. (доверенность от 12.08.2025), Петренко С.П. (доверенность от 01.08.2024), от заинтересованного лица — Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы N 10 по Краснодарскому краю — Кобзановой Н.Н. (доверенность от 04.09.2023), Котова В.В. (доверенность от 03.03.2025), рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственная компания «Октябрь» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.04.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2025 по делу N А32-62478/2023, установил следующее.
ООО «Сельскохозяйственная компания «Октябрь» (далее — общество) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы N 10 по Краснодарскому краю (далее — инспекция) о признании недействительным решения от 18.05.2023 N 829 в редакции решений Управления Федеральной налоговой службы России по Краснодарскому краю (далее — управление) от 15.08.2023 N 26-08/22244 и Федеральной налоговой службы России от 31.01.2024 N СД-4-9/975@ и обязании устранить допущенные нарушения прав общества.
Решением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении заявления отказано по мотиву занижения обществом полученных доходов и расходов и завышения налоговых вычетов.
В Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой обратилось общество, просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Указывает, что суд неполно установил обстоятельства реализации объектов недвижимости, немотивированно отказано в назначении судебной оценочной экспертизы, а инспекция необоснованно провела дополнительную экспертизу при налоговой проверке, так как ее объектом являлись то же недвижимое имущество, что и при проведении первоначальной экспертизы. Экспертное заключение содержит многочисленные недостатки: эксперты производили оценку зданий, руководствуясь лишь сведениями об их состоянии на основании технических паспортов, датированных периодами более пяти лет от даты изготовления до даты определения стоимости, а также результатами непосредственного осмотра зданий лично экспертами, не учитывая возможное дооборудование зданий их новыми собственниками; источник осведомленности экспертов о величинах процентов, характеризующих физический износ объектов исследования на дату, которая ранее даты обследования почти на три года, не указан; отсутствует оценка возможного вклада новых собственников объектов; при анализе наиболее эффективного использования объектов выводы по ним сделаны без описания; для проведения исследования допущены нарушения отбора объектов аналогов (по времени и территории). Суд необоснованно отклонил ходатайство о проведении судебной оценочной экспертизы. При начислении налога на доходы с физических лиц (далее — НДФЛ) неправильно применен подпункт 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс), нарушена процедура истребования документов, показания свидетелей не соответствуют материалам дела.
В отзыве на кассационную жалобу инспекция просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу — без удовлетворения.
В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали доводы и возражения, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, проверив законность судебных актов, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.
При рассмотрении дела суд установил и материалами дела подтверждается, что по результатам выездной налоговой проверки в отношении общества составлен акт от 03.11.2022 N 1544 и решение от 08.05.2023 N 829, которым оно привлечено к ответственности по пункту 3 статьи 122 Кодекса в виде взыскания 7 991 338 рублей штрафа, начисления 33 337 403 рубля налога на прибыль организаций (далее — налог на прибыль); страховых взносов в государственные внебюджетные фонды (далее — страховые взносы, фонды) с 01.01.2017 по 31.12.2022: на обязательное пенсионное страхование, — 7 414 651 рублей 64 копеек; на обязательное медицинское страхование работающего населения, — 1 718 851 рублей 06 копеек; на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, — 977 385 рублей 90 копеек; с доходов в натуральной форме, выплаченных физическим лицам за 2018 год, — 500 999 рублей. Всего — 51 940 628 рублей 60 копеек. Обществу также предложено: удержать и перечислить в бюджет 4 381 370 рублей НДФЛ за 2018, 2019 годы, и удержать неправомерно неудержанных 227 694 рубля НДФЛ. Решением управления от 15.08.2023 N 26-08/22244@ решение инспекции отменено в части начисления 1 171 624 рублей 90 копеек страховых взносов в фонды и 129 534 рубля штрафов за неуплаты страховых взносов, внесены предложения по излишнему удержанию и перечислению в бюджет неудержанного за 2018, 2019 годы 507 702 рублей НДФЛ. Решением Федеральной налоговой службы России от 31.10.2024 N СД-4-9/975@ обжалуемое решение отменено в части налога на прибыль и штрафов в общем размере 340 074 рублей. Общество обжаловало решение инспекции в измененной редакции в арбитражный суд.
При рассмотрении дела суд установил и материалами дела подтверждается, что по результатам мероприятий налогового контроля инспекция выявила нарушение обществом пункта 1 статьи 54.1 Кодекса, выразившееся в умышленном уменьшении налоговой базы по страховых взносам и НДФЛ, искажении сведений о фактически отработанном сотрудниками времени, суммах начисленного и выплаченного сотрудникам общества дохода за исполнение трудовых обязанностей (заработной платы), при фактической выплате своим сотрудникам дохода в виде «серой» заработной платы. Кроме того, обществом неправомерно занижались суммы выплат, производимые работникам путем создания схемы с помощью аффилированных лиц за счет неучтенных наличных денежных средства, в результате чего происходило неперечисление НДФЛ и страховых взносов в фонды. Суд признал правомерным расчет инспекции расчетным методом НДФЛ и страховых взносов исходя из среднесложившейся зарплаты, выплачиваемой работникам на предприятиях отрасли, от работы в которой общество выплачивало доходы своим работникам. В нарушение подпункта 1 пункта 2 статьи 54.1, статьи 249 Кодекса общество также неправомерно занижало доходы при совершении операций между взаимозависимыми лицами, заключая с ними договоры на условиях, отличных от сопоставимых операций между лицами, не являющимися взаимозависимыми с обществом. Общество реализовало объекты недвижимости взаимозависимым лицам по цене ниже цены их приобретения и значительно ниже рыночного уровня цен, что признано судом свидетельством направленности спорных сделок на уклонение от уплаты налогов путем получения необоснованной налоговой выгоды в виде занижения налоговой базы по налогу на прибыль. Суд также исчерпывающе проверил доводы общества и представленные в материалы дела доказательства о процедурных нарушениях инспекцией при проведении налоговой проверки, рассмотрении ее материалов, и правомерно признал ее соблюденной.
Надлежащую правовую оценку получили и доводы общества об отсутствии у инспекции оснований для начисления ему пеней за несвоевременную уплаты начисленных ему налогов вследствие проведения мероприятий налогового контроля в течение длительного времени. При этом суд учел в совокупности и взаимосвязи истребованные и полученные инспекцией при проведении мероприятий налогового контроля материалы (в том числе уголовного дела), сопоставил их с материалами встречных налоговых проверок и решений налоговых органов по результатам проведения налоговых проверок иных взаимозависимых с обществом участников схемы по получению необоснованной налоговой выгоды, подвергавшихся судебному контролю в других арбитражных делах (N А32-42088/2022, А32-63733/2022, А32-57357/2022, А32-20704/2022, А32-53881/2022, А32-42354/2022, А32-63713/2022), в которых не только сде, и сделал не подлежащий переоценке кассационной инстанцией вывод о наличии у инспекции правовых оснований для начисления пеней за несвоевременное исполнение обязанностей по уплате спорных налогов и страховых взносов (в том числе с учетом периода проведения проверки, длительность которого вызвана исключительно умышленными противоправными действиями общества и взаимосвязанных с ним лиц, создававших не только формальный документооборот, но и намеренно скрывавших подлинные налоговые обязанности в бухгалтерском и налоговом учете, занижая налоговые и страховые базы, «подгоняя» их под нужные финансовые показатели с целью избежания уплаты налогов и страховых платежей). Утаивание обществом от инспекции подлинных экономических взаимоотношений и хозяйственных операций, как правильно установил суд, в данном случае повлекло необходимость истребования инспекцией огромного массива доказательств, их исследования, анализа, сопоставления между всеми участниками незаконной налоговой схемы, намеренно искажающих бухгалтерский и налоговый учет, на что требовались значительные временные, трудовые ресурсы, масштабные организационные мероприятия с целью систематизации полученных материалов налогового контроля, их сопоставления, перепроверки с целью выявления расхождений и противоречий и т.д. Выводы суда в этой части об установленных им фактических обстоятельствах проведениях налоговой проверки и причинах длительного срока оформления результатов ее проведения соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам и основаны на правильном применении пункта 15 статьи 89, пунктов 1, 5 статьи 100, пункта 14 статьи 101, статьи 75 Кодекса, постановлениях и определении Конституционного Суда Российской Федерации от 20.04.2017 N 790-О, 16.07.2004, 13.05.2025 N 20-П)
Суд также согласился с выводами инспекции о реализации обществом и входящими с ним в группу компаний «ЮМК» организациями цели, преследуемой организациями холдинга «ЮМК» при взаимоотношениях между собой, в виде получения дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой экономии в отсутствие намерения получить экономическую выгоду. Структура группы компаний «ЮМК» состоит из «департаментов», фактически представляющих собой отдельные подразделения, курирующие различные направления деятельности и возглавляемых ими «управлений». Это подтверждается показаниями бывших работников организаций, входящих в группу компаний, протоколами оперативно-розыскных и следственных действий. Все участники вмененной инспекцией схемы взаимоотношений пользовались одними трудовыми, финансовыми, производственными ресурсами (в том числе телефонными, Интернет-ресурсами), управленческим персоналом. Участники группы также применяли единую для них агрессивную, не характерную для обычаев делового оборота и сложившимся в регионе деятельности величинам выплачиваемых заработной плат работникам, схему по минимизации уплачиваемых страховых взносов и НДФЛ (выплата заработной платы «в конвертах»), чем нарушили статью 54.1 Кодекса. Размер официальной части заработной платы в группе компаний «ЮМК» не дифференцировался, ориентировался только на законодательно регламентированный размер прожиточного минимума трудоспособного населения Краснодарского края. Максимальный размер официальной заработной платы, начисленной абсолютному большинству работников группы компаний, отработавших полный рабочий месяц, составлял половину МРОТ (менее 5 тыс. рублей (за минусом НДФЛ)), что в два раза ниже установленного минимального размера оплаты труда и прожиточного минимума трудоспособного населения Краснодарского края. При этом многочисленными допросами работников организаций группы компаний «ЮМК» подтверждается, что фактически выплачиваемая заработная плата составляла величины выше половины МРОТ. Приговором Советского районного суда г. Краснодара от 03.06.2019 N 1-170/2018, 1-4/2019 по делу N 1-170/2018 в отношении Балыбердиной Я.В., которая с начала 2012 года до марта 2014 года фактически исполняла обязанности главного бухгалтера и вела бухгалтерский учет в группе компаний, установлено, что в группе компаний заработная плата сотрудникам выплачивалась «в конвертах», имело место формальное оформление работников не в те организации, где они фактически работают. Выплата заработной платы в подконтрольных Макаревичу О.А. компаниях осуществлялась за счет наличных денежных средств, аккумулируемых в так называемой «черной кассе» группы компаний. Схожие показания дали двое бывших работников «департамента финансов» группы компаний Строев С.А. (протоколы допроса от 10.08.2020 N 11-18/20, от 16.02.2021 N б/н) и Засимских М.С. (протокол допроса от 14.08.2020 N 11-18/34). Эти свидетельские показания относимы к деятельности общества, подтверждают позицию инспекции о том, что Макаревичем О.А. создана группа компаний, имеющая закрытую от внешних факторов структуру, управляемую ограниченным кругом лиц, находящихся под его непосредственным контролем как бенефициарного собственника. Допросы указанных лиц проведены в соответствии со статьей 90 Кодекса, в том числе по вопросам, относящимся к деятельности группы компаний, участником которого является общество.
Надлежащую правовую оценку суда получили и доводы общества о получении информации из жесткого диска с записями финансовых операций общества и участников группы компаний «ЮМК» с нарушением норм федерального закона. Достоверность информации жесткого диска подтверждена свидетельскими показаниями Завьяловой О.А., что признано судом основанием расценивать представленные электронные таблицы как доказательства фактического начисления заработной платы.
Суд также проверил и обоснованно отклонил доводы общества о неверном определении сумм доходов, выплаченных его работникам, в том числе с учетом табелей учета рабочего времени по унифицированной форме N Т-13 за 2018, 2019 годы, сроков выплаты заработной платы и выдачи натуральной продукции, сведений с пластиковых карт, справками банка о движении денежных средств по расчетному счету общества, ведомостей выплаты заработной платы, показаний сотрудников общества, справок 2-НДФЛ, условий трудовых договоров и дополнительных соглашений к ним. Из 393 допрошенных свидетелей 149 человек подтвердили выплату заработной платы «в конвертах», несоответствие фактического графика работы графику, установленному трудовыми договорами. Из показаний свидетелей следует, что дополнительные денежные средства (не предусмотренные трудовыми договорами и не учтенные при исчислении НДФЛ и страховых взносов), выплачивались в кассе общества. Субъектом выплаты работникам общества являлось само общество, несмотря на то, что источниками выплаты «серой» части заработной платы являлись денежные средства, поступающие в кассы обособленных подразделений ООО «Провизия» от всей группы компаний.
Продолжительность рабочего дня превышала установленное трудовыми договорами время. Обществом не представлены путевые листы на грузовые автомобили, имевшиеся в проверяемом периоде в собственности общества и не переданные в аренду. В свою очередь инспекцией получены сведения из ГУ МВД России по Краснодарскому краю (данные системы автомобильного трафика «Поток») из которых следует, что автомобили перемещались по территории Краснодарского края в утреннее, дневное и ночное время, что свидетельствует о продолжительности рабочего дня более 4 часов. Представленные обществом учетные листы машинистов-трактористов не содержат информации о начале и окончании работ и отработанных часах.
В ходе сравнительного анализа сведений о производстве продукции животноводства и поголовья скота (форма N 3-фермер) с представленным штатным расписанием общества установлено, что в 2018 году на молочно-товарной ферме общества N 7 за поголовьем крупного рогатого скота, превышающем тысячу голов, уход осуществлялся тремя животноводами с продолжительностью рабочего дня с 8:00 по 14:30. В 2019 году уход за поголовьем осуществлялся 7 работниками.
Согласно информации, представленной Управлением Федеральной службы государственной статистики по Краснодарскому краю и Республике Адыгеи, установлено, что среднемесячная заработная плата одного работника на территории Краснодарского края и в Республике Адыгея по всем видам экономической деятельности превышает размер прожиточного минимума трудоспособного населения минимум в два раза. Более того, среднемесячная заработная плата одного работника на территории Краснодарского края и Республике Адыгея в разы больше официально получаемой заработной платы аналогичными специалистами в группе компаний.
Согласно информации, представленной Администрацией муниципального образования Калининский район, среднемесячная сложившаяся заработная плата сотрудников, занятых в сельскохозяйственном производстве Калининского района (информация из отчета о численности и заработной плате работников организации по форме N 5-АПК), составляет: в 2016 году — 23 647 рублей, в том числе трактористы-машинисты — 27 133 рубля; в 2017 году — 26 669 рублей, в том числе трактористы-машинисты — 37 034 рубля; в 2018 году — 25 815 рублей, в том числе трактористы-машинисты — 36 446 рублей.
По информации, представленной Государственной инспекции труда в Краснодарскому крае, в последнюю поступали жалобы, содержащие сведения о конкретных суммах зарплат «в конвертах» и о ведении «черной» бухгалтерии предприятиями, входящими в группу компаний.
Документооборот общества об исчислении и уплате НДФЛ и страховых взносов с учетом изложенных обстоятельств признан судом содержащим неустранимые искажения, в том числе о суммах выплаченного в пользу сотрудников дохода (заработной платы), недостоверные сведения об установленной продолжительности рабочего времени, которые являются неотъемлемым показателем для расчета действительной величины заработка. Первичные документы общества содержат неустранимые пороки, не позволяющие использовать их в качестве основы для расчета реальных налоговых обязательств.
Общество в нарушение пункта 1 статьи 54.1 Кодекса умышленно оформило документы, не соответствующие фактическим отношениям общества с работниками, исказило сведения о суммах выплаченного работникам дохода с единственной целью — неисполнение обязательств общества в качестве плательщика страховых взносов и налогового агента по НДФЛ. Искажение сведений о фактах хозяйственной жизни предполагает доначисление сумм налогов, таким образом, как если бы налогоплательщик не допускал нарушений (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 307-ЭС19-8085). При этом обязанность по достоверности и полноте определения и ведения объектов учета по НДФЛ и страховым взносам лежит на налоговом агенте и соответственно работодателе. Иные доказательства общества не раскрыло, реальный размер выплаченной сотрудникам заработной платы от инспекции скрыло. По этим причинам суд обоснованно признал определение его налоговых обязанностей по НДФЛ и страховым взносам инспекцией по правилам подпункта 7 пункта 1 статьи 31 Кодекса расчетным путем на основании информации об иных аналогичных налогоплательщиках (ООО «Племзавод Дружба», ООО «Земля Кубани», ООО «Калининское», ООО «Кирпили», ОАО «Семеноводческая Агрофирма Русь», ООО «Агрофирма Хуторок») правомерным. Из допроса Балыбердиной Я.В. (бывший бухгалтер группы компаний «ЮМК», протокол допроса от 16.02.2021 N 11-18/38/1) также следует, что заработная плата в группе компаний «ЮМК» была средней по отрасли, иногда даже выше. В отношении всех категорий должностей трудовыми договорами официальный оклад устанавливался в размере МРОТ, тарифная ставка составляла 0,5. Фактическая сумма выплаты превышала официально установленную. Источником выплаты заработной платы наличные денежные средства, которые аккумулировались в кассе за счет торговой выручки (магазины, привозная наличность торговыми представителями). Ведомость идентична обычной зарплатной ведомости, только она не имела никаких обозначений. Список состоял из сотрудников по направлениям деятельности. Также допрошены двое бывших работников «департамента финансов» Строев С.А. (протоколы допроса от 10.08.2020 N 11-18/20, от 16.02.2021 N б/н), Засимских М.С. (протокол допроса от 14.08.2020 N 11-18/34), которые дали схожие показания о процессе выдачи «серой» заработной платы и ее источнике. Материалами с жесткого диска Завьяловой О.А. (представленными письмом следователя по особо важным делам следственного отдела по Карасунскому округу г. Краснодара) также подтвержден факт не соответствия, реально выплачиваемого физическим лицам дохода, заявленному в сдаваемых справках по форме 2-НДФЛ.
Из пояснений Завьяловой О.А. также следует, что она работала с марта 2013 года по декабрь 2016 года директором «департамента бухгалтерии» группы компаний «ЮМК», и в файлах, изъятых следователем, содержится список сотрудников департамента бухгалтерии, задействованных в ведении бухгалтерского учета по всем фирмам группы компаний «ЮМК» в разрезе отделов и принадлежности к фирмам.
Согласно информации с жесткого диска Завьяловой О.А. заработная плата работникам Общества Андрейчиковой Г.Д. и Прокопенко Е.И. за январь 2016 года начислена в размере 17 490 рублей и 21 862 рубля соответственно, в то время как согласно справкам 2-НДФЛ, представленным заявителем, доход названных физических лиц за аналогичный период составил 3 240 рублей и 5 400 рублей соответственно.
Из показаний Завьяловой О.А. (директор «департамента бухгалтерии» группы компаний «ЮМК», протокол допроса от 13.07.2021 N 11-18/б/н) следует, что на выплату заработной платы (около 300 млн. рублей в месяц при общей численности 7 500 сотрудников) направлялись денежные средства, полученные от розничных магазинов, входящих в группу компаний «ЮМК». При недостаточности имеющихся наличных денежных средств осуществлялся вывод выручки с розничных фирм в виде займа, выдаваемых бенефициарному собственнику Макаревичу О.А., впоследствии представляющему данные суммы другим компаниям группы (то есть наличность аккумулировалась на розничных магазинах и под видом займов легализовывалась). Завьялова О.А. также указала, что официальная часть заработной платы занижена. Информация, отраженная в справках 2-НДФЛ и расчетах 6-НДФЛ не соответствует фактическому размеру выплаченной заработной платы.
Условия трудовых договоров и дополнительных соглашений к ним лишь формально соответствуют требованиям трудового законодательства; условия исполнения трудовых обязанностей фактически отличались от условий, установленных трудовыми договорами; первичные документы бухгалтерского учета, кадровая документация содержат недостоверные сведения о размере выплаченного дохода; размещенная в сети Интернет информация о вакансиях содержит информацию о предлагаемой заработной плате и полной занятости. При раскрытии принятой в обществе системы оплаты труда указано, что выплаты за труд работников устанавливаются — «Должностной оклад (тарифная сетка)». Однако, тарифная сетка (оклады) не приводится, порядок тарификации работ также не раскрыт. Дифференцирование оплаты труда в зависимости от качества работы и квалификационного уровня работника с помощью тарифных сеток, представляющих собой совокупность квалификационных разрядов, расположенных в зависимости от качественной характеристики работ в виде возрастающей шкалы и соответствующих этим разрядам тарифных коэффициентов, не осуществляется. Обществом не представлены документов по учету рабочего времени в организации, истребуемых в ходе проведения контрольных мероприятий, несмотря на неоднократные запросы инспекции документов. При этом, на недостоверность данных, содержащихся в Табелях учета рабочего времени также указывает тот факт, что доля фонда оплаты труда в выручке заявителя значительно меньше данного показателя в среднем по отрасли.
В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Кодекса база для исчисления страховых взносов определяется по истечении каждого календарного месяца, как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных п. 1 статьи 420 Кодекса, начисленных отдельно в отношении каждого физического лица с начала расчетного периода нарастающим итогом за исключением сумм, не подлежащих обложению, указанных в статьи 422 Кодекса. Основанием для исчисления страховых взносов являются выплаты, начисленные работнику за определенный трудовой результат (исполнение служебных обязанностей, выполнение работы, оказание услуги).
Таким образом, показаниями свидетелей подтверждаются выявленные выездной налоговой проверкой факты умышленного искажения должностными лицами общества информации о продолжительности рабочего дня сотрудников; о суммах выплаченного дохода, то есть умышленное занижение обществом базы для исчисления страховых взносов и НДФЛ.
Согласно показаниям работников других организаций, входящих в группы компаний «ЮМК» (общество, ООО СК «Советская Кубань», ООО «Кубанский консервный комбинат») у каждого направления деятельности была своя касса. Ведомость выглядела как документ формата А4, на этот лист накладывалась картонка, чтобы сотрудник, расписывающийся в ведомости, не видел зарплату других сотрудников. Макаревич О.А., согласно показаниям свидетелей, является владельцем и руководителем группы Компаний «ЮМК». Из материалов дела следует, что работники, трудоустроенные в группе компаний «ЮМК» подписывали обязательство о неразглашении сведений о собственной заработной плате, а также о заработной плате других сотрудников. При этом данные работники введены в заблуждение о том, что сведения о заработной плате являются коммерческой тайной и за их разглашение в силу законодательства предусмотрена ответственность, вплоть до уголовной, что подтверждается документом под названием «обязательство о неразглашении коммерческой тайны ОАО «ЮМК», являющегося приложением N 2 к Положению о коммерческой тайне ОАО «ЮМК» на сотрудника Мочалина К.И., являющейся фасовщицей.
Подписание обязательств о неразглашении коммерческой тайны с работником, не имеющим доступа к информации, составляющей коммерческую тайну не может иметь иных мотивов, кроме сокрытия фактического размера заработной платы в группе компаний «ЮМК». В данном случае факты выплаты сотрудникам группы компаний «ЮМК» «серой» заработной платы подтверждаются приговором Советского районного суда г. Краснодара от 03.06.2019 N 1-170/2018 1-4/2019 по делу N 1-170/2018 в отношении 13 подсудимой Балыбердиной Я.В., которая с начала 2012 года по март 2014 год фактически исполняла функции главного бухгалтера и вела бухгалтерский учет в группе компаний «ЮМК».
Инспекция допросила 939 свидетелей (как бывших, так и действующих сотрудников группы компаний), 448 из которых подтвердили выплату заработной платы «в конвертах», несоответствие фактического графика работы графику, установленному трудовыми договорами.
Суд также учел протоколы допросов работников других организаций Группы компаний «ЮМК», в отношении которых также проведены выездные налоговые проверки, подтверждающие факты выплаты заработной платы в «конверте». По результатам допросов свидетелями даны идентичные показания в отношении графика работы, режима труда и отдыха, системы штрафов, системы премирования, фиксации времени прибытия/убытия на рабочее место. Так, работу на полную ставку, фактически получаемую заработную плату, значительно превышающую сумму заработной платы, указанной организациями группы компаний «ЮМК» в справках по форме 2-НДФЛ, а также применение окладно-премиальной системы оплаты труда, помимо работников общества, подтверждают работники ОАО «ЮМК», ООО «Калина», ООО «Провизия», ООО «Динские колбасы», ООО «Динские Колбасы-2», ООО «Динские Колбасы-Восток», ООО «Динские Колбасы Регион», ООО «Динские Колбасы-Юг», ООО «Динские Колбасы-Центр», ООО «Тихорецк Маг-Мак», ООО «Краснодар Маг-Мак», ООО «Горячий Ключ Маг-Мак», ООО «Новый Уровень», ООО «Провиант-Юг», ООО «Удачная Покупка», ИП Макаревич Н.В., ООО «Кубаньалкоопт», ООО «Кубанский молочно-товарный комплекс», ЗАО «Кубаньоптпродторг», ООО «Кубаньторгодежда», ООО «Северо-Кавказская строительная компания», ООО «Стройметаллснаб», ООО «Кубанский консервный комбинат», общество, ООО «СК «Советская Кубань».
Этими доказательствами подтверждается, что в группе компаний «ЮМК» единым структурным подразделением, осуществляющим подбор персонала и ведение кадрового учета в организациях группы, являлось ООО «Новый уровень».
Суд также отметил, что общество, не опровергая совокупность обстоятельств, свидетельствующих об искажении сведений о фактически отработанном сотрудниками времени, о суммах начисленного и выплаченного сотрудникам общества дохода за исполнение трудовых обязанностей (заработной платы), при фактической выплате своим сотрудникам дохода в виде «серой» заработной платы, приводит доводы о том, что источник выплаты «серой» заработной платы налоговым органом не установлен; не выявлено неучтенной денежной наличности или сокрытия выручки; общество не являлось источником вмененных доходов работников.
Вместе с тем, в решении инспекции отражено, что источником выплаты «серой» заработной платы являлась не выручка от реализации общества, а «черная» касса группы компаний «ЮМК» в целом, то есть денежные средства, изначально сокрытые от налогообложения, что подтверждается в том числе свидетельскими показаниями Балыбердиной Я.А. и Ланской И.В. При этом «серая» заработная плата сотрудникам общества выплачивалась именно от лица общества.
Материалы, представленные следственным комитетом Российской Федерации, изъятые в рамках обыска у Завьяловой О.А., которыми подтверждено, что группой компаний «ЮМК» используются различные схемы по минимизации налогов, в том числе по реализации товара по «непроводным» документам в адрес покупателей, не требующих сопроводительных документов. При этом в так называемую «управленческую» кассу «стекалась» денежная наличность по «непроводным» операциям по реализации. Источником выплаты «серой» части заработной платы являлись денежные средства, аккумулируемые группой компаний в виде неучтенной денежной наличности и направляемые в «черную» кассу группы компаний «ЮМК». В качестве источника выплаты неофициальной части заработной платы использован, в том числе поток денежных средств, зачисляемый на лицевые счета подконтрольных физических лиц.
Общество также указывало на неправомерность применения расчетного метода в части НДФЛ в отношении налогового агента, ссылаясь на то, что оно представило документы кадрового учета о приеме и увольнения работников, штатные расписания, табели учета рабочего времени, документы о начислении и выплате заработной платы, которые согласуются между собой и с иными документами, регистрами налогового и бухгалтерского учета, в которых в полной мере отражены свершившиеся факты финансово-хозяйственной деятельности. Эти доводы правомерно отклонены как не основанные на нормах права и не соответствующие представленным в материалы дела доказательствам.
Согласно постановлению Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 10.04.2012 по делу N А55-5386/2011 наделение налоговых органов правом исчисления налогов расчетным путем направлено как на реализацию целей и задач налогового контроля, осуществление которых не должно иметь произвольных оснований, так и на создание дополнительных гарантий прав налогоплательщиков и обеспечение баланса публичных и частных интересов.
Налоговой проверкой установлено, что показатели налоговой и бухгалтерской отчетности общества в целях определения действительного размера налоговых обязательств по НДФЛ и страховым взносам неполном, недостоверен и умышленно искажен им, сведения о размере выплаченного дохода в пользу наемных работников недостоверны, доказательства, позволяющие установить реальный размер, выплаченных в проверяемом периоде физическим лицам за исполнение последними в интересах общества трудовых обязанностей денежных средств, не раскрыты.
В связи с чем, налоговые обязательства общества по НДФЛ и страховым взносам подлежали определению расчетным путем на основании информации об иных аналогичных налогоплательщиках. Правомерность использования инспекцией метода расчета на основании информации об иных аналогичных налогоплательщиках предусмотрена положениями подпункта 7 пункта 1 статьи 31 Кодекса.
Доводам общества о неправомерном использовании сведений об аналогичных налогоплательщиках суд также дал надлежащую и исчерпывающую правовую оценку, все выводы об установленных фактических обстоятельствах в этой части соответствуют материалам дела. Расчет среднемесячного размера оплаты труда на одного сотрудника общества, определенного на основании данных об аналогичных налогоплательщиках, рассчитан по формуле: Расчет среднемесячного размера оплаты труда на одного сотрудника общества, определенного на основании данных об аналогичных налогоплательщиках, произведен по формуле ЗП СК Октябрь = ЗП Аналог 1 + ЗП Аналог 2 + ЗП Аналог 3 + ЗП Аналог 4 + ЗП Аналог 5 + ЗП Аналог 6 / Количество отобранных аналогичных налогоплательщиков. Таким образом, расчетный размер заработной платы в месяц на одного сотрудника общества, определенный на основании информации об аналогичных налогоплательщиках, составляет в 2018 году — 33 786 рублей, в 2019 году — 35 407 рублей. Исходя из установленного проверкой среднего размера ежемесячной заработной платы на одного сотрудника на основании информации об аналогичных налогоплательщиках, налоговым органом произведено доначисление НДФЛ, не исчисленного, не удержанного с доходов, выплаченных обществом своим сотрудникам. Подробный анализ аналогичных налогоплательщиков и расчет налоговых обязательств приведен на странице 150 — 161 решения инспекции.
Согласно разъяснениям Федеральной налоговой службы России от 10.10.2016 N ММВ-7-11/551@ строка 020 подраздела 1 раздела 1 Расчета по страховым взносам «Количество физических лиц, с выплат которым начислены страховые взносы, всего» отражает количество физлиц, с выплат которым исчислены страховые взносы.
Используемый инспекцией элемент расчета в виде среднесписочной численности не противоречит общему принципу расчета по определению средней заработной платы исходя из данных по аналогичным налогоплательщикам. Численность работников, которым производились выплаты аналогичными организациями, с которых начислялись страховые взносы, также варьируется и изменяется в зависимости от особенностей производственного, технологического и иных процессов указанных предприятий.
Показатель среднесписочной численности является более усредненным и не включает сведения о работниках, получавших доход по договорам гражданско-правового и иного характера. Общество не опровергло сведения о фактической продолжительности рабочего времени по должностям.
Применяемый инспекцией расчетный метод определяет сумму не исчисленных и не уплаченных страховых взносов и НДФЛ отдельно по каждому сотруднику (по итогам каждого месяца) исходя из количества отработанных в обществе дней в налоговом периоде и средней заработной платы по данным аналогичных налогоплательщиков; сумма средней заработной платы по этим данным уменьшена на сумму заработной платы, учтенной обществом при расчете НДФЛ и страховых взносов в части «официальной» заработной платы; количество отработанных рабочих дней определено по каждому сотруднику, исходя из общего количества дней, когда работник числился в штате общества, дни отпуска, больничного учитывались в количестве отработанных рабочих дней в связи с тем, что показатель среднего размера заработной платы аналогичных налогоплательщиков включает в себя данные выплаты; инспекцией учтены стандартные, социальные и имущественные вычеты, предоставленные обществом своим сотрудникам; дни отпуска, больничного учитывались в количестве отработанных рабочих дней в связи с тем, что показатель среднего размера заработной платы аналогичных налогоплательщиков включает в себя данные выплаты; в отношении сотрудников в месяцы увольнения при количестве отработанных дней менее пяти, общая сумма выплаченного обществом данному работнику дохода с учетом фактически отработанного времени превысила размер средней заработной платы аналогичных налогоплательщиков в связи с тем, что наряду с заработной платой данным им начислялась компенсация за неиспользованный отпуск, в ряде случаев — больничные. Данные суммы повлияли на размер среднедневного заработка уволенного сотрудника в месяц увольнения.
При возникновении таких ситуаций доначисление страховых взносов и определение размера не исчисленного, неудержанного и не перечисленного в бюджет НДФЛ не производилось; по сотрудникам, трудоустроенным помимо общества по совместительству и в других организациях, в том числе группы компаний «ЮМК», расчет вознаграждения производился исходя из ставки, которую общество указывает в представленных в налоговый орган документах по выдаче заработной платы; налоговый орган, применяя при расчете неудержанного и не перечисленного в бюджет НДФЛ и доначисленных страховых взносов по работникам, трудоустроенным в других организациях, тарифную ставку, указанную обществом в трудовых договорах, исходил из того, что в соответствии с требованиями трудового законодательства совокупная тарифная ставка работника не может превышать единицу (при нормальной продолжительности рабочего дня).
С учетом изложенных обстоятельств суд признал необоснованным довод общества о завышении инспекцией расчета по данным аналогичных налогоплательщиков, поскольку общество, применяя при расчете свой показатель среднесписочной численности и приводя выводы о завышенных размерах средней заработной платы в месяц, не учло, что инспекция определила сумму не исчисленных и не уплаченных страховых взносов и НДФЛ персонально по каждому сотруднику, а не исходя из среднесписочной численности. Общество не исчислило и не перечислило в бюджет страховые взносы с доходов, выплаченных своим сотрудникам в виде «серой» заработной платы на обязательное пенсионное страхование — 6 555 460 рублей 04 копеек, на обязательное медицинское страхование — 1 519 674 рублей 83 копейки, на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством — 864 128 рублей 83 копейки.
Проверяя доводы общества на непринятие во внимание необходимость уменьшения сумм пеней по решению инспекции от 18.05.2023 N 829 и нарушению его прав и интересов в этой части со ссылками на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.09.2023 по делу N А32-14573/2023 по заявлению ООО «ЧОП «Спарта», постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу N А32-60888/2022 по заявлению ООО «Кубаньалкоопт»; постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.09.2023 по делу N А32-42354/2022 по заявлению ООО «Стройметаллснаб», суд проанализировал содержание его письма в управление от 14.03.2024 N 11-15/03322 о пересчете (уменьшении) их величины в соответствии с постановлением Правительства России от 28.03.2022 N 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» за период действия моратория с 01.04.2022 по 01.10.2022. По данным ЕНС, 26.03.2024 проведена операция N 13105171577-1 по уменьшению пеней на 2 237 894 рублей 15 копеек. Приказом от 09.01.2023 N ЕД-7-2/1@ в из пункта 3 резолютивной части обжалуемого решения инспекции начисленные за период моратория пени исключены.
Соглашаясь с выводом инспекции о занижении обществом дохода от реализации объектов недвижимости взаимозависимым лицам по цене ниже цены их приобретения и значительно ниже рыночного уровня цен, что признано свидетельством отсутствия у общества деловой цели сделки (получение дохода) и направленности его действий исключительно на получение налоговой выгоды в виде занижения налоговой базы по налогу на прибыль, и налоговых преимуществ внутри участников группы подконтрольных организаций, суд установил наличие следующих обстоятельств.
Общество по договорам купли-продажи: от 20.12.2018 реализовало взаимозависимому лицу ООО «Рентинг» объекты недвижимости в Ставропольском крае городе Пятигорске по улице Беговой дом 5 торговый центр площадью 8 192 кв. м, склад площадью 7 429, 2 кв. м, общей стоимостью 33 458 333 рублей 20 копеек; от 20.12.2018 ООО «Динские колбасы» объекты недвижимости в Краснодарском крае городе Новороссийске селе Кирилловка в Кирилловской промзоне (земельный участок площадью 9 615 кв. м, склад смешанных товаров площадью 309 кв. м; нежилое здание площадью 1 387.2 кв. м; нежилое строение площадью 122 кв. м) общей стоимостью 55 233 333 рублей 17 копеек. Все участники сделок входят в группу компаний «ЮМК», контролирующим лицом и бенефициарным собственником которого является Макаревич О.А.
В силу пункта 1 статьи 105.1 Кодекса, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в данном пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения. Взаимозависимыми лицами признаются организации в случае, если одно и то же лицо прямо и (или) косвенно участвует в этих организациях и доля такого участия в каждой организации составляет более 25% (подпункт 3 пункта 2 статьи 105.1 Кодекса). В ООО «Рентинг» с 23.06.2014 по настоящее время единственным учредителем является Макаревич О.А., с 27.10.2014 по настоящее время руководителем является Вовкотруб А.Н.; они же, — в ООО «Динские колбасы» (с 15.05.2014 учредитель Макаревич О.А., с 28.12.2017 руководитель Вовкотруб А.Н.); в обществе с 03.10.2016 по настоящее время учредители ООО «Динские колбасы» (доля участия 99,2%) и Макаревич О.А. (доля участия 0,8%), с 09.06.2017 по настоящее время руководителем является Петренко С.П.
Суд согласился с выводом инспекции о том, что названные объекты общество реализовало по цене ниже стоимости их приобретения. Безвозмездная реализация этого имущества обществу не вменялась, доводы о снижении их стоимости вследствие естественного износа, что удешевляет их стоимость, суд признал не опровергающими выводы инспекции о реализации спорного имущества по цене ниже закупочной, и, кроме того, ниже их официальной кадастровой стоимости. Отклоняя представленные обществом доказательства оценки объектов недвижимости, проведенной независимым экспертом (отчеты от 30.11.2018 N 261118.01, N 261118.04) и доводы об их реализации по цене не ниже, определенной экспертной оценкой (в отчете ООО «Альфа Эксперт» от 18.05.2023 N 255-О-2023 рыночная стоимость объектов, реализованных ООО «Рентинг», составила 26 322 200 рублей (торговый центр 13 803 800 рублей; склад — 12 518 400 рублей)) и завышении инспекции стоимости реализации объектов и, соответственно, полученных от нее доходов, суд отклонил эти доводы, отдав предпочтение представленному инспекцией экспертному заключению в том числе по изложенным выше причинам, отметив также следующее. При определении экспертом стоимости имущества без учета износа и амортизационных отчислений общество не учло, что вопрос определения остаточной стоимости реализуемого имущества в бухгалтерском учете (первоначальная стоимость — сумма начисленной амортизации) перед экспертом не ставился и не получил оценки в отчете эксперта. Показатель остаточной стоимости используется для отражения основных средств в бухгалтерском учете (пункт 49 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Минфина России от 29.07.1998 N 34н) и, очевидно, не совпадает с рыночной ценой объекта при прочих равных условиях. Инспекция же определила стоимость реализованного обществом имущества, установленная по результатам оценочной экспертизы (заключение эксперта от 15.07.2021 N 288/21-К), где определена рыночная стоимость спорных объектов (стоимость каждого объекта отражена в решении инспекции на девятой странице). Из-за неполноты ранее выполненной оценочной экспертизы (отсутствие у экспертов доступа к объектам исследования или иных источников информации, уточняющих характеристики конструктивных элементов объектов недвижимости, в отношении которых проводилась оценочная экспертиза), постановлением инспекции от 04.08.2021 N 3 назначена дополнительная оценочная экспертиза, по результатам которой подготовлено заключение эксперта от 30.09.2021 N 450/21К, в котором определена рыночная стоимость спорных объектов (стоимость каждого объекта отражена в решении на десятой странице). Изучив примененные экспертами методики оценки реализованных объектов, суд принял во внимание определенную в экспертном заключении, представленном инспекцией, величину общей рыночной стоимости спорных объектов в 262 025 тыс. рублей. Поэтому указанный обществом доход от реализации взаимозависимым организациям объектов (их рыночную стоимость), как и налоговую базу по налогу на прибыль, суд счел заниженными на 173 333 335 рублей. Критически оценивая ссылки общества на нарушения при назначении и проведении экспертизы инспекцией, суд правильно установил фактические обстоятельства дела и применил к ним подпункт 11 пункта 1 статьи 31, статью 95 Кодекса, статью 12 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее — Закон N 135-ФЗ). Итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное. Статьей 13 Закона N 135-ФЗ установлено, что в случае наличия спора о достоверности величины рыночной или иной стоимости объекта оценки, установленной в отчете, в том числе и в связи с имеющимся иным отчетом об оценке этого же объекта, указанный спор подлежит рассмотрению судом, арбитражным судом в соответствии с установленной компетенцией, третейским судом по соглашению сторон спора или договора или в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, регулирующим оценочную деятельность.
Доводы общества о том, что дополнительная экспертиза по своей сути являлась повторной, поскольку в распоряжение эксперта не представлялись какие-либо дополнительные материалы, суд проверил и правомерно отклонил, поскольку при производстве дополнительной экспертизы в распоряжение эксперта помимо прочих доказательств, представлялись фотоматериалы с объектами исследования (страницы 2 — 4 заключения от 30.09.2021 N 450/21-К). Таким образом, эксперт проводил именно дополнительную экспертизу с учетом дополнительных материалов, а не новую, как утверждает общество. Инспекция также не могла учесть и направить эксперту оценку стоимости имущества, представленную обществом (страницы 177, 178 решения со ссылками на поступление отчетов независимой оценки от 30.11.2018 N 261118.01, N 261118.04 в инспекцию 23.09.2021 при назначении экспертизы 31.05.2021). Общество не обращалось с ходатайством о приобщении данных отчетов к материалам, предоставленным эксперту, а действующее законодательство не предусматривает обязанности налоговых органов приобщать представленные налогоплательщикам материалы в распоряжение эксперта. Кроме того, в этих отчетах имеется ссылка на источник информации — сборник «Индексы цен в строительстве, выпуск 108, июль 2019 года», что, принимая во внимание представление отчетов 30.11.2018, свидетельствует об их недостоверности.
КонсультантПлюс: примечание.
В тексте документа, видимо, допущена опечатка: глава 5.1 в Налоговом кодексе РФ отсутствует, имеется в виду раздел V.1.
С учетом изложенных обстоятельств, судом признано совершение обществом сделок между взаимозависимыми лицами, стоимость которых существенно отличается от рыночных цен, а также стоимостью ниже, чем спорные объекты реализованы, в данном случае обладающими признаками недобросовестной, умышленной направленности спорных сделок на уклонение от уплаты налогов путем получения необоснованной налоговой выгоды в виде занижения налоговой базы по налогу на прибыль. Глава 5.1 Кодекса не исключает пересчет налоговым органом цены сделки при незначительном отклонении, инспекция данном случае не контролировала цены по правилам главы 5.1 Кодекса. В настоящей ситуации инспекция по правилам статьи 54.1 Кодекса установила искажение сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения и в порядке статьи 95 Кодекса назначила экспертизу по определению стоимости спорных объектов, которая и была учтена инспекции в решении. Экспертное заключение, представленное инспекцией, обоснованно признано основанным на правильных расчетах, методиках, достоверность величины рыночной стоимости объекта оценки, установленной в отчете, в том числе и в связи с имеющимся иным отчетом об оценке этого же объекта в силу Закона N 135-ФЗ, получили надлежащую правовую оценку суда. Сравнительный анализ кадастровой стоимости спорных объектов недвижимости со стоимостью реализации, отраженный на странице 172 решения, как установил суд, носит справочный характер с целью подтверждения выводов о занижении стоимости объектов. Налоговая база по налогу на прибыль определена инспекцией исходя из рыночной стоимости имущества по результатам экспертизы. Налоговые органы в рамках проводимых ими налоговых проверок не наделены компетенцией по осуществлению контроля за ценой сделки, примененной сторонами договора, за исключением случаев признания соответствующей сделки контролируемой по правилам главы 14.4 Кодекса (пункт 2 статьи 105.3, пункт 1 статьи 105.5, статьи 105.6, пункт 1 статьи 105.7, статья 105.17 Кодекса, пункт 5 статьи 4 Федерального закона от 18.07.2011 N 227-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием принципов определения цен для целей налогообложения»). В обжалуемых судебных актах исчерпывающе изложены мотивы отклонения доводов и доказательств в этой части, а также применимые к ним нормы права, причины предпочтений суда одних доказательств перед другими.
Общая рыночная стоимость спорных объектов составила 262 025 тыс. рублей, что повлекло занижение рыночной стоимости спорных объектов, реализованных взаимозависимым лицам на 173 333 335 рублей. Существенность и выраженность отклонения примененной обществом цены от рыночного уровня в совокупности с иными обстоятельствами совершения спорных операций, может иметь юридическое значение, если при проведении выездной налоговой проверки установлены признаки получения необоснованной налоговой выгоды, в частности, указанные в пункте 3 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2016 N 305-КГ16-4920).
Многократное отклонение цены сделки от рыночного уровня может учитываться в качестве одного из признаков получения необоснованной налоговой выгоды в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, указывающими на несоответствие между оформлением сделки и содержанием финансово-хозяйственной операции (пункт 3 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 Налогового кодекса, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017).
Отклонение цены сделки от рыночной цены более чем в два раза является многократным (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 303-КГ17-19327). Отклонение от рыночной цены стоимости реализации имущества, как установил суд, составили: земельный участок: назначение — для строительства производственной базы, 9 615 кв. м, кадастровый номер 23:47:0107010:194 (стоимость продажи 30 млн. рублей, рыночная стоимость 22 700 тыс. рублей); склад смешанных товаров, назначение: нежилое, 309 кв. м, кадастровый номер 23:47:0107010:482 (стоимость продажи 3 120 333 рублей, рыночная стоимость 3 450 тыс. рублей); нежилое строение, назначение: вспомогательное, 122 кв. м, кадастровый номер 23:47:0107010:797 (стоимость продажи 238 тыс. рублей, рыночная стоимость 275 тыс. рублей); нежилое здание, назначение: нежилое, 1 387.2 кв. м, кадастровый номер 23:47:0107010:503, стоимость продажи 21 874 999 рублей, рыночная стоимость 30 900 тыс. рублей), не является существенным и многократным (отклонение менее чем в два раза от рыночной стоимости). В такой ситуации суд правомерно отказал в удовлетворении ходатайства общества о назначении по делу судебной экспертизы.
Федеральная налоговая служба в решении от 31.01.2024 N СД-4-9/975@ сочла необоснованными выводы инспекции о неправомерном занижении обществом дохода при совершении операций по реализации недвижимого имущества, расположенного в селе Кирилловка города Новороссийска: земельного участка, площадью 9 615 кв. м, склада смешанных товаров площадью 309 кв. м, нежилого строения площадью 122 кв. м, нежилого здания площадью 1 387.2 кв. м. Однако предметом судебной оценки в данной ситуации является вывод инспекции о занижении дохода при реализации недвижимого имущества, расположенного в г. Пятигорске Ставропольского края (торговый центр площадью 8192 кв. м и склад площадью 7429,2 кв. м).
Оценивая обстоятельства, связанные с заключением договоров купли-продажи от 20.12.2018, и экспертной оценкой имущества, принимая во внимание отсутствие деловой цели, которую преследовало общество, реализуя имущество, расположенное по последнему адресу, суд правильно указал, что эта сделка совершена на заведомо нерыночных условиях (отклонение цены продажи от рыночной цены более чем в два раза), и в силу особых взаимоотношений сторон общество заведомо знало о том, что стоимость приобретения недвижимого имущества не соответствует стоимости, указанной в договорах купли-продажи. Владея, в том числе, информацией об актуальной кадастровой стоимости объектов недвижимости и являясь плательщиком налога на имущество организаций, общество сознательно занизило цену реализации объектов в городе Пятигорске более чем в два раза, что исходя из определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 303-КГ17-19327 является многократным отклонением цены сделки от рыночной цены. С учетом изложенного выводы суда о наличии у инспекции оснований для начисления обществу налога на прибыль в связи с занижением стоимости реализуемого по адресу г. Пятигорск (торговый центр площадью 8192 кв. м и склад площадью 7429,2 кв. м) имущества по стоимости, значительно ниже рыночной цены, являются правомерными. Доводы общества об иной стоимости имущества сводится лишь к необходимости получения иной альтернативной оценки рыночной стоимости спорных объектов недвижимости, а здания и сооружения подлежат естественному износу, что удешевляет их стоимость, не опровергают выводы о реализации названного имущества по цене существенно ниже рыночной.
Выводы суда основаны на правильном применении норм права к установленным им обстоятельствам и соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам. Доводы жалобы фактически направлены на переоценку исследованных и оцененных судом доказательств, что в полномочия кассационной инстанции не входит. Основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов не установлены.
Руководствуясь статьями 286 — 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа
постановил:
решение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.04.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2025 по делу N А32-62478/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу — без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловало в Верховный Суд Российской Федерации в двухмесячный срок в порядке статьи 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий
Л.А.ЧЕРНЫХ
Судьи
А.Н.ГЕРАСИМЕНКО
А.В.ГИДАНКИНА
——————————————————————
