Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей компании-банкрота. По его данным, в бухгалтерском отчете должника за год, предшествующий году возбуждения дела о банкротстве, была отражена информация о наличии дебиторской задолженности в размере 109 млн рублей, однако первичные документы, которые могли бы подтвердить факт существования этой задолженности, конкурсному управляющему не передавались.
Суды, рассмотрев дело, установили, что указанные первичные документы были изъяты в период руководства компанией одним из руководителей, но доказательства изъятия в материалах дела не представлены. Вскоре после исчезновения документов на смену предыдущему руководителю пришел новый, но доказательства передачи ему пропавшей первички также отсутствуют. Из этого суды заключили, что документы исчезли при первом из руководителей, в связи с чем они признали в отношении него обоснованность заявления о привлечении к субсидиарной ответственности и привлекли его к ней.
Бывший руководитель обжаловал решение суда в апелляции, но там в удовлетворении его требований отказали. Тогда он обратился в кассационный суд, указав в жалобе следующее. Непосредственно перед банкротством руководителем должника был другой человек, являвшийся одновременно и единственным участником компании. В то же время сам податель жалобы фактически был не причастен к деятельности компании с апреля 2015 года, то есть более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве. С указанного момента он находился в отпуске без сохранения оплаты труда, хотя фактически его полномочия руководителя были прекращены только через два года.
Суд кассационной инстанции прислушался к этим доводам, указав нижестоящим судам на то, что напрасно они не дали им своей оценки.
Дело направили на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Вы можете оставить первый комментарий