Гражданин купил у физлица цифровую валюту (криптовалюту) согласно договору. Произошел обмен между криптокошельками сторон договора. Покупатель отправил токены, получив взамен рубли. Договор содержал подтверждение легальности добычи, получения и приобретения продавцом данной криптовалюты.
Затем покупатель поручил другому физлицу управление ранее приобретенной цифровой валютой. Согласно договору управляющий должен был в течение 7 дней совершать с переданными ему токенами сделки на криптовалютных биржах, направленные на получение выгоды. После истечения этого срока он должен был вернуть их на тот же криптокошелек, а также часть полученной прибыли, если она образуется.
При этом договором было оговорено, что права на переданную цифровую валюту не переходят к управляющему. Он должен возместить все убытки, возникшие в результате отсутствия необходимой заботливости о переданном имуществе в форме цифровой валюты. Передача криптовалюты подтверждена записью в инфосистеме и подписанным актом о приеме-передаче.
Управляющий не возвратил цифровую валюту владельцу в срок и не ответил на его претензию.
Тогда собственник криптовалюты подал исковое заявление с требованием обязать управляющего вернуть ему цифровую валюту в соответствии с договором. Гражданин сослался на порядок истребования имущества из чужого незаконного владения и возврат связанного с этим неосновательного обогащения.
Суды ему в этом отказали. Они руководствовались тем, что истец не проинформировал о владении цифровой валютой и о сделках с ней налоговую инспекцию. Кроме того, суд определил объект виндикации как существующую в натуре индивидуально-определенную вещь, в то время как заявитель не представил доказательства того, что переданное им имущество находится у ответчика.
Гражданин считает, что часть 6 статьи 14 закона № 259-ФЗ не соответствует Конституции РФ, так как способствует неравенству между собственниками цифровой валюты и владельцами любого иного имущества в части судебной защиты. Так как для этого необходимо предоставить информацию государству об обладании цифровой валютой и о сделках (операциях) с ней.
КС указал, что приведенное правовое регулирование относится к специальному порядку информирования теми обладателями цифровой валюты, которые осуществляют ее майнинг, а также операторам майнинговой инфраструктуры.
Суд признал не соответствующей Конституции оспариваемую норму в той мере, в какой она в системе действующего правового регулирования препятствует судебной защите имущественных требований, вытекающих из законного обладания цифровой валютой и ее законного использования в обороте и заявленных лицами, получившими (приобретшими) цифровую валюту способами, не связанными с ее майнингом.
До внесения изменений в законодательство, вытекающих из настоящего постановления, для защиты своих прав в суде необходимо представить сведения, которые подтверждают, что цифровая валюта, относительно которой возникло требование, была получена и использовалась на допустимых законом основаниях.
КС РФ не делал оценку верности выбора способа защиты гражданином и соответствия стейблкоинов признакам цифровой валюты согласно действующему в России законодательству. Так как учет обстоятельств дела и разграничение видов виртуальных активов является прерогативой суда.
Вы можете оставить первый комментарий