Предпринимательница из Брянской области заключила договор от 01.04.2020 об аренде с этой же даты помещения под общепит в торговом центре. Стороны сразу же подписали акт приема-передачи точки, оставив пустой дату заполнения документа.
Из-за противокоронавирусных ограничений начать использовать помещение бизнес-леди не смогла, в связи с чем 15.04.2020 сообщила арендодателю о расторжении договора и потребовала вернуть обеспечительный платеж (137,5 тыс. рублей). Собственник навстречу не пошел, и женщина обратилась в суд, где в требованиях ей также было отказано.
Судья обратил внимание на то, что режим повышенной готовности на территории Брянской области был введен постановлением от 17.03.2020. Значит, на дату заключения соглашения 01.04.2020 сторонам было известно о приостановлении деятельности предприятий в регионе. Кроме того, подписанный акт приема-передачи подтверждает, что помещение было передано арендатору без претензий к его состоянию. Отсутствие даты не делает документ недостоверным письменным доказательством, тем более что он не был оспорен.
Согласно условиям договора арендатор мог расторгнуть его, уведомив арендодателя за три календарных месяца до даты расторжения. Поскольку предпринимательница заявила о соответствующем намерении 15.04.2020, договор расторгнут 16.07.2020.
Соглашение также предусматривало, что в случае его расторжения арендатором по любой причине до истечения срока аренды сумма обеспечительного платежа остается у арендодателя в качестве штрафа.
Ссылки ИП на непредвиденные последствия от пандемии суд признал несостоятельными. Согласно «Обзору судебной практики ВС РФ № 1 по вопросам периода пандемии» распространение COVID-19 не может считаться универсальным форс-мажором для любых категорий должников. Таковым пандемия может быть признана в конкретном случае. В обстоятельствах рассмотренного дела, по мнению суда, предпринимательница владела всей необходимой информацией для принятия обоснованного решения о заключении договора.
