ТРЕТИЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 марта 2026 г. N 88-5171/2026
Дело N 2-1767/2025
УИД 51RS0002-01-2025-002018-83
Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Шевчук Т.В.,
судей Смирновой О.В., Стешовиковой И.Г.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-1767/2025 по иску С. к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о признании соглашения о расторжении трудового договора недействительным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула по кассационной жалобе акционерного общества «Российские железные дороги» на решение Первомайского районного суда города Мурманска от 4 июля 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 15 октября 2025 г.
Заслушав доклад судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции Смирновой О.В., объяснения представителя акционерного общества «Российские железные дороги» по доверенности Домбровской М.Р., поддержавшей доводы кассационной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации М., полагавшей судебные постановления законными и обоснованными, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции
установила:
С. обратилась в суд с иском к Санкт-Петербургскому информационно-вычислительному центру — структурному подразделению Главного вычислительного центра — филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги», уточнив исковые требования, просила признать недействительным соглашение о расторжении трудового договора от 18 сентября 2024 г., возложить на ответчика обязанность восстановить на работе в ранее занимаемой должности, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с 26 сентября 2024 г. в размере 2 309 968 руб. 02 коп.
Определением Первомайского районного суда города Мурманска, вынесенным в протокольной форме от 20 июня 2025 г. произведена замена ненадлежащего ответчика Санкт-Петербургского информационно-вычислительного центра — структурного подразделения Главного вычислительного центра — филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» на надлежащего — открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (далее — ОАО «РЖД»).
Решением Первомайского районного суда города Мурманска от 4 июля 2025 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 15 октября 2025 г., исковые требования С. удовлетворены, признано недействительным соглашение о расторжении трудового договора от 18 сентября 2024 г., заключенное между С. и ОАО «РЖД» (Санкт-Петербургский информационно-вычислительный центр — структурное подразделение Главного вычислительного центра — филиала ОАО «РЖД»), С. восстановлена на работе в должности технолога I категории Отдела общекорпоративных автоматизированных систем управления Санкт-Петербургского информационно-вычислительного центра — структурного подразделения Главного вычислительного центра — филиала ОАО «РЖД» с 26 сентября 2024 г., с ОАО «РЖД» в пользу С. взыскан средний заработок за время вынужденного прогула с 26 сентября 2024 г. по 4 июля 2025 г. в размере 1 873 279 руб. 17 коп. Решение суда о восстановлении на работе обращено к немедленному исполнению.
В кассационной жалобе ОАО «РЖД» ставится вопрос об отмене судебных постановлений.
Дело рассмотрено в соответствии с частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — Гражданский процессуальный кодекс) в отсутствие С., извещенной надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, что не препятствует рассмотрению дела в ее отсутствие.
Проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения судебных постановлений, предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса.
Судом при рассмотрении дела установлено, что в соответствии с приказом от 3 февраля 2012 г. N 272 С. (ранее — Долгая) Г.Г. принята на работу в Санкт-Петербургский информационно-вычислительный центр — структурное подразделение Главного вычислительного центра — филиала ОАО «РЖД» в отдел технологического сопровождения ERP-систем управления финансово-экономической деятельностью Центра внедрения на должность технолога II категории по основному месту работы, временно, на период отпуска по уходу за ребенком.
В соответствии с дополнительными соглашениями к трудовому договору неоднократно переводилась в иные отделы, с 1 октября 2016 г. С. переведена на должность технолога I категории Отдела автоматизированных систем управления финансами и ресурсами вг. Мурманск. Последняя занимаемая должность в соответствии с приказом от 1 декабря 2021 г. N К468-ЛС — технолог I категории Отдела общекорпоративных автоматизированных систем управления.
17 сентября 2024 г. истец обратилась к своему руководителю ФИО11., с просьбой прислать шаблон заявления об увольнении, сославшись на невозможность дальнейшей работы. Указала, что все ее письма относительно работы, организации рабочего места, по занижению премий, игнорируются, заявления на предоставление дней без сохранения заработной платы не согласовываются, причины не объясняются, что фальсификация актов об отсутствии на рабочем месте никого не интересуют. В ответ на обращение ФИО6 направлен образец заявления об увольнении по соглашению сторон и бланк соглашения о расторжении трудового договора 19 сентября 2024 г.
18 сентября 2024 г. С. работодателю в г. Санкт-Петербурге подано заявление об увольнении по соглашению сторон 25 сентября 2024 г., согласованное с начальником Санкт-Петербургского информационно-вычислительного центра ФИО8 и заместителем начальника Санкт-Петербургского информационно-вычислительного центра по кадрам и социальным вопросам ФИО7.
В тот же день работодателем в лице начальника Санкт-Петербургского информационно-вычислительного центра ФИО8 и С. заключено соглашение о расторжении трудового договора, в соответствии с которым последним днем работы работника является 25 сентября 2024 г.
23 сентября 2025 г. С. обратилась с заявлением об аннулировании соглашения об увольнении по соглашению сторон, на которое письмом от 25 сентября 2024 г. работодатель сообщил отказом.
Приказом от 24 сентября 2024 г. N ИВЦ-268/лс трудовые отношения с С. прекращены в соответствии с пунктом 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее — Трудовой кодекс).
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования С., суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 1, 77, 78, 84.1, абзацем вторым статьи 234, статьями 392, 394 Трудового кодекса, разъяснениями, изложенными в пунктах 5, 20, 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (далее — Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2), правовой позицией, выраженной в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 1999 г. N 19-П и от 15 марта 2005 г. N 3-П, анализируя установленные обстоятельства с учетом объяснений сторон, показания свидетелей, установив, что подписание соглашения о расторжении трудового договора от 18 сентября 2024 г. не являлось добровольным актом волеизъявления С., направленным на прекращение трудовых отношений, поскольку из представленных доказательств усматривается написание работником заявления, обусловленное конфликтной ситуацией, возникшей между истцом и работодателем с мая 2024 г., исходил из того, что правовая природа расторжения трудового договора по соглашению сторон предполагает наличие взаимного добровольного волеизъявления на его прекращение двух сторон договора (работника и работодателя).
Суд первой инстанции указал, что обстоятельства отсутствия взаимного волеизъявления истца на расторжение трудового договора подтверждается представленной в материалы дела перепиской посредством электронной почты между С. и ФИО6, из которой усматривается, что, обращаясь 17 сентября 2024 г. к ФИО6 с просьбой прислать шаблон заявления на увольнение в день написания заявления, истец сослалась на невозможность работы, перечисляя обстоятельства утверждения. В связи с чем между работником и работодателем ОАО «РЖД» по смыслу статьи 78 Трудового кодекса не было достигнуто основанное на добровольном и осознанном волеизъявлении, в том числе работника соглашение о прекращении трудовых отношений, о чем свидетельствуют совершенные С. действия, направленные на аннулирование соглашения 23 сентября 2024 г., а также письмо от 25 сентября 2024 г., из содержания которого усматривается несогласие истца с увольнением и его вынужденный характер. Вопреки указанию в электронном письме истца на несогласие с действиями работодателя, каких-либо мер по выяснению у работника причин увольнения не принял, а также не проверил наличие добровольности у истца на увольнение.
Разрешая ходатайство ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд, суд первой инстанции признал уважительными причины его пропуска, принимая во внимания действия работника по неоднократной подаче в суд искового заявления о восстановлении на работе, возвращенные по процессуальным основаниям (неподсудность, отсутствие подписи в исковом заявлении).
Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции полагает выводы суда первой и апелляционной инстанций законными, основанными на правильном применении судом норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.
Трудовые отношения согласно части первой статьи 16 Трудового кодекса возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом.
Статьей 21 Трудового кодекса определены основные права и обязанности работника. В числе прав работника — право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй части первой статьи 21 Трудового кодекса).
Указанным правам работника корреспондирует обязанность работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части второй статьи 22 Трудового кодекса).
Статьей 77 Трудового кодекса установлены общие основания прекращения трудового договора. В их числе согласно пункту 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса — соглашение сторон (статья 78 Трудового кодекса). В силу статьи 78 Трудового кодекса трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.
Как разъяснено в пункте 20, в подпункте «а» пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2, при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Трудового кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника. Расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением.
Данное разъяснение Верховного Суда Российской Федерации о допустимости расторжения трудового договора по инициативе работника только при наличии его добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений подлежит применению и при рассмотрении споров о расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса), поскольку и в этом случае необходимо добровольное волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений с работодателем.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, свобода труда, а равно и свобода трудового договора предполагают не только возможность заключения работником и работодателем трудового договора (часть первая статьи 16, абзац второй части первой статьи 21 и абзац второй части первой статьи 22 Трудового кодекса), но и возможность его прекращения в любое время по соглашению сторон, то есть на основе их добровольного и согласованного волеизъявления (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса).
Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора, являющегося необходимым условием гармонизации трудовых отношений. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по соглашению сторон нередко обусловлено выплатой ему выходного пособия, которое — хотя в данном случае увольнение и предполагает волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений — тем не менее призвано смягчить наступающие для работника негативные последствия увольнения, связанные с потерей им работы и утратой заработка, а целью такого увольнения для работника, как правило, является не столько прекращение трудовых отношений с работодателем, сколько получение дополнительных денежных средств, без которых само увольнение по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса) не отвечает его интересам и попросту утрачивает для него смысл (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2009 г. N 1091-О-О, от 23 июля 2020 г. N 1827-О, Постановление от 13 июля 2023 г. N 40-П, Определение от 16 января 2025 г. N 6-О).
Из приведенных нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности.
В сфере трудовых отношений свобода труда проявляется в договорном характере труда, в свободе трудового договора, что предполагает не только возможность заключения работником и работодателем — посредством согласования их воли — трудового договора и определения его условий, но и возможность расторжения трудового договора в любое время по соглашению сторон.
Инициатива расторжения трудового договора по соглашению сторон может исходить как от работника, так и от работодателя.
Правовая природа соглашения о расторжении трудового договора как содержащего условия, на которых работник и работодатель прекращают трудовые отношения, предполагает наличие добровольного, осознанного и согласованного волеизъявления работника и работодателя на их прекращение, а также наличие взаимного интереса работника и работодателя в прекращении трудовых отношений. При этом добровольное и осознанное волеизъявление на прекращение трудовых отношений означает то, что соглашение о расторжении трудового договора не являлось вынужденным для сторон этого соглашения, при подписании такого соглашения каждая из его сторон (работник и работодатель) дала согласие не только на саму возможность прекращения трудового договора по соглашению сторон, но и понимала форму и момент заключения соглашения, то есть то, когда оно будет считаться окончательно оформленным и наступят установленные им юридические последствия.
О согласованности волеизъявления работника и работодателя на прекращение трудовых отношений может свидетельствовать обоюдное согласие работника и работодателя с условиями соглашения о расторжении трудового договора.
Интерес работника в прекращении трудовых отношений может заключаться в предложенных ему работодателем дополнительных гарантиях, компенсирующих негативные последствия увольнения и потери работы. Такие гарантии могут выражаться, например, в выплате работнику дополнительных денежных средств (выходного пособия), предоставлении работнику какого-либо имущества (квартиры, автомобиля и др.), оказании работнику помощи в дальнейшем трудоустройстве. Отсутствие в соглашении о расторжении трудового договора, заключенном работником и работодателем, каких-либо дополнительных гарантий (компенсаций), предоставляемых работнику работодателем в связи с прекращением трудовых отношений, не будет отвечать интересам работника, поскольку в таком случае для работника, не имевшего намерения расторгать трудовой договор, теряется смысл заключения соглашения о прекращении трудового договора.
Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора — как работника, так и работодателя.
Работник вправе оспорить свое увольнение по указанному основанию при отсутствии с его стороны добровольного и осознанного волеизъявления на подписание соглашения о расторжении трудового договора и прекращение в связи с этим трудовых отношений. Об отсутствии такого добровольного и осознанного волеизъявления со стороны работника могут свидетельствовать такие обстоятельства как оказание работодателем на работника давления с целью подписания им соглашения о расторжении трудового договора, непонимание работником последствий подписания этого соглашения, отсутствие в соглашении о расторжении трудового договора каких-либо гарантий работнику ввиду прекращения трудовых отношений. Вынужденный характер подписания работником соглашения о расторжении трудового договора также может явствовать из обстановки, в которой работодатель предложил работнику заключить такое соглашение и которая порождала у работника обоснованные опасения негативных последствий отказа от подписания соглашения о расторжении трудового договора.
Вопреки доводам кассационной жалобы, юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований и их обоснования и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса являлись следующие обстоятельства: наличие воли истца, направленной на прекращение трудового договора, достижение соглашения об увольнении истца по соглашению сторон, намерение истца расторгнуть трудовой договор, являлось ли подписание соглашения его личным волеизъявлением, понимались ли истцом последствия подписания такого соглашения и разъяснялись ли работодателем последствия его подписания, по какой причине истец подписал соглашение о расторжении трудового договора, учитывая, в том числе, его семейное и материальное положение, действия истца и работодателя, выполненные как перед подписанием соглашения и издания приказа об увольнения так и последующее поведение сторон.
Оценивая причину увольнения, обстоятельства, послужившие основанием для заключения соглашения о расторжении трудового договора, на основании оценки совокупности имеющихся в деле доказательств, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно пришли к выводу, что у истца не имелось добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с ответчиком на условиях подписанного соглашения о расторжении трудового договора, в связи с чем соглашения по условиям увольнения между сторонами достигнуто не было.
Доводы кассационной жалобы сводятся к оспариванию обстоятельств, побудивших работника заключить соглашение об увольнении, со ссылкой на предоставление отпуска в соответствии с графиком отпусков, премирование по результатам работы, то есть создание условий для реализации работником права на труд, указывая, что основной причиной для принятия истцом решения об увольнении являлось избежание дисциплинарной ответственности за отсутствие на рабочем месте актированное работодателем.
Между тем нарушений правил оценки доказательств, предусмотренных статьей 67 Гражданского процессуального кодекса, судом кассационной инстанции не установлено. Из совокупности предоставленных сторонами доказательств достоверно усматриваются напряженные отношения сторон трудового договора, в основе которых имеются взаимные претензии к исполнению обязательств. Вместе с тем, при реализации работником права на расторжение трудового договора, работодатель обязан был убедиться на сколько волеизъявление работника о прекращении трудовых отношений соответствует его истинным желаниям, а не обусловлено эмоциональной реакцией на возникшую рабочую ситуацию, поскольку именно такое поведение работодателя предполагается законодателем при правовом регулировании прекращения трудовых отношений как по соглашению сторон, так и по инициативе работника, имеющие тождественную правовую природу — наличие добровольного волеизъявления на совершения действия с целью достижения желаемого результата.
Приведение в кассационной жалобе доводы не опровергают выводы суда о недоказанности работодателем того, что совершались действия по установлению вышеперечисленных обстоятельств, вследствие чего исковые требования обосновано и правомерно удовлетворены.
Доводы кассационной жалобы о неправомерности суждения суда об уважительности пропуска срока обращения в суд ввиду того, что процессуальные действия по подаче искового заявления совершались представителем, имеющим познания в области юриспруденции, а не лично истцом, отклоняются судом кассационной инстанции, поскольку положения части четвертой статьи 392 Трудового кодекса, подлежащей применению в системной взаимосвязи с требованиями статей 2, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса, судами применены правильно.
Принимая во внимание неоднократное (четырежды) обращение истца через своего представителя в суд с исковым заявлением о восстановлении на работе, учитывая какое имеет значение для работника разрешение данного вопроса в судебном порядке, суд первой инстанции правомерно квалифицировал причины пропуска срока обращения в суд уважительным, восстанавливая право на судебную защиту.
При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены вступивших в законную силу судебных актов.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции
определила:
решение Первомайского районного суда города Мурманска от 4 июля 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 15 октября 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Российские железные дороги» — без удовлетворения.
Мотивированное определение изготовлено 3 апреля 2026 г.
——————————————————————
